Да, я оптимист, я верю, что мир вернется на круги своя и привычная жизнь с изобилием и безопасностью снова станет обыденностью, вот только что‑то не верится мне, что это случится в ближайшее десятилетие, если смотреть на всю случившуюся и продолжающую происходить разруху. То, что разрушается в мире за один день, восстанавливать придется месяц... если не год. Хотя тут я не специалист. В любом случае ждать привычной жизни придется лет так пятнадцать‑двадцать – при условии, что все твари сдохнут разом и прямо сегодня. Сколько мне будет через двадцать лет или чуть больше? Уже шестой десяток разменяю, верно? Это при условии, что меня не сожрут твари или я не сдохну от какой‑нибудь плевой болячки, ставшей неизлечимой из‑за отсутствия больниц и врачей.
Поэтому, люди, хватит уже представлять, как вы скоро парой тычков по смартфону сделаете заказ пиццы или сходите прямо в тапочках в магазин у подъезда, чтобы купить еще одну бутылочку белого полусухого... Хватит думать о том, как на улицах снова будет чисто и безопасно...
У нас впереди дни, месяц и годы трудного выживания и все свои силы, включая силу воображения, надо направлять именно на этот срок – дни, месяцы, максимум год или два вперед. Не дальше! Если вдруг я ошибаюсь и порядок вернется в наши жизни уже через год – да и супер! Пусть станет приятным сюрпризом, а меня можете смело распять на позорном столбе! Но пока что хватит тратить время на мечты о несбыточном – лучше заколотите окно покрепче, прямо сейчас убедитесь, что наружу не пробивается ни единого предательского лучика света, проверьте не забыли ли закрыть дверь в свою комнату, а потом подумайте где можно безопасно добыть еще продуктов и хотя бы несколько литров бензина для электрогенератора!
Хватит мечтать о далеком! Решайте проблемы в настоящем!
Написав все это, глянул на простыню текста, увидел кучу ошибок, пожал плечами и нажал стрелку «отправить». Пост ушел в канал, а я, завершив свои дела и подтянув трусы, выпрямился и без особого удивления понял – диарея и тошнота утихли, головной боли нет и если доверять своим ощущениям, я вроде как выздоровел.
И вот что это такое было?
Внезапно пришло и столь же резко исчезло...
И нихрена это не пищевое отравление – и хрен кому удастся меня переубедить в обратном.
Включив чайник, я защелкнул на талии строительный пояс, проверил пистолет ТТ, внимательно изучил камеры наблюдения и, убедившись, что участок пуст, отпер дверь и распахнул ее, впуская свежий рассвет в свою провонявшую жестяную берлогу.
В кармане пояса непрерывно вибрировал смартфон – похоже, многие уже прочли мой пост и начали отвечать на него. Подозреваю, что меня нехило так закидают сейчас говном, но мне плевать. Подцепив дужку изгаженного ведра, я вынес его наружу, вытащил туда же кусок испачканного пластика, являвшегося частью отхожего места и потащил все это к дальнему краю участка. Меня пошатывало буквально от каждого дуновения утреннего ветерка, на лице засохли потеки блевоты, саднящую от боли задницу тоже отмывать долго придется от всего нехорошего, но я широко улыбался, таща ведро к сортиру.
А чего мне не улыбаться?
Ведь я жив. И я не тварь. Я человек.
**
Пользуясь отсутствием тварей на участке и поблизости, как уверенно утверждали камеры наблюдения, я решил укрепить периметр родной обители. Листы металла еще имелись, равно как цемент, песок и гравий. Закинув в желудочную пустоту полпачки печенья и добавив кружку не слишком крепкого сладкого чая, я замесил скудную порцию бетона и прошел вокруг постройки, вмазывая его в каждую щель блочного фундамента.
Закончив с этим, я прислушался к своим ощущениям, убедился, что организм воспринял сухой сладкий хлеб позитивно и добавил ему того же. А что? Там хватает белков и углеводов, а в качестве жиров я рискнул отгрызть небольшой кусочек замороженного сливочного масла. Одна только эта добавка добавила столько энергии истощенному организму, что я сам не заметил, как привинтил обратно отогнутый любопытной тварью угол металлического листа, а следом привинтил еще три листа, укрепив, как мне казалось, самые слабые места моей «бронезащиты».
Ненадолго вернувшись в постройку, я вынужденно предпринял неприятную, но неизбежную операцию – я вынес цыплят наружу вместе с ящиком и пересилил их обратно в курятник. Да, скорей всего птичек ждет печальный конец. Но жить с курями в одном помещении... увольте...
Только что случившее со мной то ли отравление, то ли последствие ударов, то ли что‑то психическое, напомнило мне о невероятной важности личной гигиены. И срущие прямо в жилом помещении куры в это дело никак не вписывались.
Да у меня была мысль пристроить к дому что‑то вроде капитального курятника. Этакая мини‑пристройка где‑нибудь сбоку. Соорудить смежную укрепленную узкую дверцу, защитить курятник железом... я уже даже представил себе полки с довольно квохтающими взрослыми курочками, каждый день дающих мне минимум три свежих яйца... но опомнился и выбросил эту хрень из освеженной ураганной диареей головы. Куры громкие. А у тварей отменный слух. И у меня нет цели приваживать к себе двуногих хищников. Наоборот – я бы хотел, чтобы они держались от меня как можно дальше. Сначала голодные твари отдерут металл и доберутся до птичек, а там и до меня – если поймут, что вон за той стеной тоже может скрываться что‑то вкусное и сочное. Нет уж... к черту кур! Во всяком случае пока что...
Уже «похороненные» мной цыплята ни о чем не подозревали и бодро шумели внутри курятника, радуясь свету и теплу. Возможно, я все же подумаю насчет капитального курятника – если проживете как минимум еще с недельку. И если я сам не сдохну к тому моменту...
Проверив планшет и убедившись, что поблизости нет тварей, я перебрался через соседский забор – тот, откуда я воду воровал из чужого колодца – и перекидал на свой участок все что попалось под руку. Кирпичи, доски, початую пачку саморезов, десяток метров вроде как целого шланга, бухточку жидких проводов, лежащие в пакете под плитками какие‑то газеты и пара книг, а затем и сами тротуарные плитки. Вернувшись обратно, я подобрал наворованное и аккуратно рассортировал по своим внешним и внутренним хранилищам. Скудность добычи меня не смутила – не ради навара на дело шел, а чтобы раж не потерять. Я себя и свой хитровывернутый характерец знал очень хорошо. Стоит дать мне шанс засидеться дома и закиснуть – и я этим шансом обязательно воспользуюсь. Всегда мог запросто безвылазно просидеть дома весь отпуск и не считал эти дни бездарно потерянным.
Убедившись, что тело слушается, а руки и поджилки не трясутся, я занялся подготовкой к возможно главному событию сегодняшнего дня. Зайдя в поселковый чат, спросил не видел ли кто тварей на наших улицах и пока ждал ответа хоть от кого‑нибудь, проверил доступные камеры наблюдения, подтянул шнурки на кроссовках, сходил за ружьем и легкой темной курткой. Планшет пару раз пискнул и оба сообщения радовали – сегодня твари к нам вроде как не забредали. Прочитав это, я тут же зло шикнул на самого себя – не расслабляй булки, Тихон! То, что никто не видел тварей, еще не значит, что их нет – могут отлеживаться за любым забором. Есть только один шанс проверить это...
Намеренно идя на малой скорости, я медленно ехал по главной улице, одной рукой держась за руль, а другую не убирая с рукояти готового к стрельбе пистолета. Ствол я старался держать направленным как от себя, так и от приборной панели – еще не хватал на каком‑нибудь ухабе прострелить себе ногу или приборную панель. Форд тихим не назвать, шумел он будь здорово – проснется даже самая крепко спящая сытая тварь. Но я проехал уже три четверти маршрута, а на шум так никто и не вымахал. Пока что сообщения из чата подтверждались...
Доехав до разоренного тварями дома, я заглянул во двор, убедился, что все выглядит так, как я и оставил, с трудом развернулся и поехал назад. Остановился на половине пути и ненадолго замер за рулем работающей машины, мысленно повторяя план действий. Никаких импровизаций! Действуй четко по плану, Тихон! Повторив все пункты, коротко кивнул сам себе в зеркало обратного вида и заглушил двигатель, тут же толкнув водительскую дверь плечом.
