При этом, что самое главное, все смогут сделать столь же обычные люди, как и я сам, оставаясь в безопасности.

– Ты вообще понимаешь, на что замахнулся, Тихон?

– Понимаю.

– Постапокалипсис вокруг!

– Постапокалипсис со вполне себе рабочим интернетом, сотовой связью и электричеством! – парировал я.

– Это пока!

– Судя по твоим же рассказам, государство делает все, чтобы в домах сохранялась подача электричества, воды и связи!

– В твоем чате обычные горожане!

– Ты до того, как в армию пойти, таким же был! Но научился же!

– Да я!.. А, блин! То, что ты придумал, Тихон – это интересная компьютерная игрушка про зомбаков! Только в реальности! Причем участие в ней такое же, как в обычной игре: сидишь себе перед монитором, дергаешь джойстик и наблюдаешь за ходом игры!

– И что?! Как будто те, кто управляет дронами в боевых условиях, делают это как‑то иначе!

– Их обучали!

– Вот поэтому с тобой первым и делюсь задумкой! Может, ты подскажешь, кто нас этому сможет обучить – хотя бы азам.

– Бред!

– Ну и пусть бред! Все равно сегодня оповещу об этом в канале и в чате! И начну собирать неравнодушных! Потому что людей надо спасать!

– Уф‑ф‑ф… ты себя для начала спаси! Тебе сегодня чуть жопу не обглодали!

– Ну не обглодали же, – успокоившись, фыркнул я и похлопал себя по пятой точке: – Пока при мне и даже не надкушенная. Бажен, дружище… ну не могу я больше сидеть в своей душной норке и делать вид, что ничего такого страшного с другими людьми не происходит. Не могу! Я видел эти завязшие в ловушке семьи, видел старушку древнюю… понимаешь, она ведь на помощь даже звать не стала. И почему? Да потому что не верила, что хоть кто‑то придет её спасать. Она считала, что никому в этом мире не нужна. А теперь подумай о семьях, где мужик обратился или умер, а в квартире запертой осталась его многодетная семья с кончающимися продуктами, а у подъезда твари бродят…

– Не трави душу! Думаешь, мне плевать? Нет, не плевать! Но рисковать, бросать семью и куда‑то ехать я не могу! И остальных послать на верную смерть права не имею. У них такие же семьи, как моя.

– Да я не тебе – я себе душу травлю. Намеренно. Прямо ножом тыкаю. Чтобы не дать соскочить и постоянно чувствовать себя виноватым.

– Дебил ты!

– Скорей всего – да. Зато дебил чувствительный.

– Ладно… погоди… идем дальше. Второй пункт твоей задумки – доставка продуктов, воды, лекарств и так далее…

– Да! Но это, по сути, близко к наблюдению и сопровождению. Дрон дотащит те же лекарства запертым в квартире, сбросит на подоконник и улетит. Мелочь, а у человека жизнь спасена.

– Ни хрена не близко! Вот ни разу! Мыслишь, как дурак!

– Это почему?

– Да потому, что лекарства и продукты откуда‑то брать надо! Каждый день! Ты представляешь объемы? Ты, наверное, нарисовал себе в голове картинку пятиэтажки, где из одного окна торчит одинокая рука страждущего… блистер аспиринчика ему, палочку сырокопченой колбаски – и готово. А хрен! В той пятиэтажке тебе будут махать чуть ли не из каждого гребаного окна! Десятки рук! Десятки голодных детей и женщин! И мужиков! Что делать будешь? Каждому по полтаблетки аспирина и по полколечка колбаски? Или у тебя есть огромный склад продовольствия и медикаментов, откуда ты будешь все это черпать?

– Ну… запасы личные есть чуток, но…

– И они кончатся очень быстро, если начнешь делиться ими с другими.

– Значит, у меня только что появилась причина запастись еще большим количеством еды. Я уже, честно говоря, хотел остановиться, мне столько за год не съесть, наверное, но теперь надо запастись впятеро больше!

– Сколько бы не запасся – не хватит! Людей надо кормить, поить и лечить каждый день, Тихон. Сопровождение и наблюдение – еще хрен с ним. Пусть это сюжет компьютерной игры, но все же он имеет право на жизнь. А вот обеспечение запертых в ловушках людей едой, водой и лекарствами… такую задачу способно вытянуть на себе только государство. И уверен – там не дураки сидят и уже все это реализуют.

– И отлично. А я все равно продолжу заниматься этой задумкой, – заявил я с упрямой убежденностью.

– И третье… эвакуация людей с ограниченными возможностями из опасных мест…

– Ну да. У меня же машина. Могу подскочить, забрать в салон ту же самую семью, доставить в безопасное место.

– Помимо всех прочих сложностей, давай представим самое очевидное, Тихон…

– И что это?

– А если у них нет безопасного убежища? Если они заглянут тебе в глаза, эти голодные детишки и их мама, а затем попросят: возьмите нас к себе, пожалуйста, добрый человек. И что ты сделаешь в этом случае, Тихон?

– Э‑м‑м…

– То‑то и оно. Ты готов решить проблему и сбагрить ее с рук. А если сбагривать некуда и некому?

– Ну… отвезу в государственные убежища. Тот же Птичник! – нашелся я.

– Ты еле вывернулся щас.

– Но вывернулся же. И вообще, Бажен – я поэтому тебе первому это все и озвучил. Чтобы получить четкое мнение и поправки к курсу.

– Мое мнение – затея глупая. Благородная, но глупая.

– Не всем так повезло, как твоей семья, Бажен, – вздохнул я. – И таким, как я. Я одинок. Сдохну – и пофиг. Ты заботишься о своей семье, обеспечиваешь их, защищаешь. А что насчет тех, кому по жизни совсем не повезло?

– Сказал же – не трави душу! Пора уже отрастить панцирь на ней.

– Не могу.

– У‑ф‑ф… Я тебе так скажу: ладно, начинай заниматься первым пунктом, общайся с некоторыми, прикидывайте все возможности. Только не бросай идею в чат – закидают говном и безумием! Собери группу из десяти разумных и первое время общайся только с ними, а дополнительных подтягивай по мере необходимости. Если хоть что‑то родится из твоей задумки – пиши, подключусь, помогу чем смогу.

– Спасибо, Бажен!

– Это тебе спасибо… за поддержание веры в благородство человеческих душ. Ладно… еще созвонимся. Не умирай там.

– И ты тоже – не умирай!

Связь оборвалась. Лампочка под потолком продолжала гореть. Облегченно улыбнувшись, я чуток постоял, подумал, а затем пошел к двери, проверяя по пути изображение с камер наблюдения и поселковый чат. Если твари действительно ушли, то мне надо срочно во двор, чтобы продолжить укрепление своей крепости. Заодно обдумаю все, а вечером, во время группового созвона, презентую все без лишнего пафоса…

        Глава девятая      

И снова я разложил перед собой любимое средство приведения скачущих мыслей и идей в порядок – перекидные блокноты «Мегаполис» с желтыми страницами в клетку.

Сидел я в кресле, блокноты лежали на недавно сделанном длинном столе, представляющем собой застеленные пледом толстые доски, одним концом положенные на забитые консервами ящики, а другим привинченные к стене. Сначала я заполнил самыми «долгоиграющими» консервными банками один ящик, закрыл крышку, поставил на него другой и заполнил уже его, после чего начал крепить столешницу.

Еда в ящики была убрана не просто так – я решил сделать НЗ. Отобрал банки с большим сроком годности, осмотрел каждую, уложил аккуратно. Там почти все мясо, но есть и шпроты, горбуша. Туда же уложил контейнеры с гречкой, пшеном, рисом и макаронами. Мой НЗ готов. Этих запасов мне одному хватит надолго, но трогать их я не собирался – это реально на крайний случай вроде многодневной осады или на то время, когда или если люди вообще не смогут покидать свои убежища из‑за тварей. И теперь одной из главных моих задач вновь стало запасание продуктами и всем прочим. Теперь уже не только ради себя – если моя задумка будет осуществлена.

Новая столешница была с запасом – двухметровой длины – и торцом прилегала к стене. На один ее конец я установил один из трофейных компьютерных мониторов, вниз убрал системный блок, второй монитор подключил к вставшему рядом ноутбуку, выведя на него данные с камер наблюдения и навесив вебку. С максимально доступными мне умением и аккуратностью провел провода удлинителя по полу и вдоль стены к ближайшей розетке, чтобы они не путались под ногами. Справа от меня находилась стена с полками, откуда я перегрузил в ящики консервы, а освободившееся место занял лампой с аккумулятором, старым советским радиоприемником, пачкой стеариновых свечей, коробком спичек и всеми своими патронами, рассортированными по трем пластиковым контейнерам. Ружье лежало на полке выше, пистолет на столе под рукой, а сбоку от меня крутил головой оттертый от пыли напольный вентилятор.