И снова не получилось задуматься над моими психическими метаморфозами – с экранов хлынули потоки интернета, мигом смывшие остатки мыслей из зазвеневшего от восторга черепа.

Связь есть!

Мессенджер взорвался сотней непрочитанных сообщений, на почту пришло больше десятка рекламных и не только писем, о чем‑то сообщало приложение Госуслуг, немало пропущенных звонков, хватало и СМС на различные темы.

Поразительно...

За наглухо закрытым окном – конец света, людей жрут. Но если сидеть в кресле и смотреть на весело подмигивающее экраны, то полное впечатление, что с миром все в порядке. Сейчас лениво отвечу на пару сообщений, потом под ужин посмотрю фильмец, а может и два, ну а следом надо бы чуток поспать, чтобы явиться с утра на работу не совсем уж овощем...

Посмеиваясь над своими мыслями, я начал методично отвечать сначала на все простые сообщение, где просто спрашивалось жив ли. Закончив с ними, дал о себе знать во всех чатах и наконец переключился на темы более глубокие или просто новые.

Приход электричества вызвал бурный всплеск не только эмоций, но и действий – возможно то самое весеннее обострение – и наш поселковый чат буквально взорвался. Появилась новая группа, в которую я мгновенно вступил, в группе обнаружился десяток интереснейших тем с многочисленными ответвлениями и в каждой я принял деятельное участие, следя за тем, чтобы не участвовать галочки ради, а давать советы там, где мог и предлагать помощь там, где что‑то понимал.

Так в одной из тем женщина буквально умоляла всех местных пожертвовать ей столько сырой картошки, сколько можем – давно пора сажать картошку, чтобы к осени собрать хоть какой‑то урожай. Свое она уже посадила, лично ей возможно и хватит, но чем остальные будет к зиме кормить детей? Надо действовать! Тем, кто просто пожертвует клубни, она обещала отдать в трехкратном размере, а если примете участие в очистке надела под огород и в налаживании полива, то и больше. Картошка – второй хлеб. И без нее никак нельзя.

Кто‑то деятельный предложил создать одиночные смены – копать и расчищать по полтора часа, плюс примотать себя тросиком к машине или иному тяжелому «якорю». Я с радостью вписался и «забил» под себя утреннюю смену с семи утра до девяти, решив, что вполне справлюсь с этой нагрузкой. Заодно пообещал привезти все свои жалкие остатки картофеля, плюс пообещал проверить что там у меня с семенами, озвучить и привезти.

В свою очередь женщина, представившаяся Клавой Сергеевной, пообещала показать откуда и докуда надо копать и заверила, что разбирается в огородном деле не понаслышке. Следом за мной зарезервировали под себя смены еще четверо мужиков и трое женщин. Тем самым считай огородный день забит полностью. Координаты нам выдали – участок той самой женщины плюс территория прилегающего к нему участка в десять соток. Итого под огород будет примерно пятнадцать соток, и я даже не знаю много это или мало – в смысле будущего урожая. Тут же завязалась беседа на тему что неплохо было бы не ограничиться только картошкой, но надо бы заняться и иными дарами природы вроде кабачков, перца, тыквы. Тут же все как‑то само собой начало сползать в ущелье под названием «миру конец и все пропало, и мы сдохнем тоже», но я поспешно вмешался, остальные тоже помогли и дружными усилиями мы заткнули парочку «всепропальщиков». Вот же зараза мерзкая... как же легко загнивают и становятся плаксиво‑беспомощными наши умы...

Параллельно в соседней теме заговорили о протягивании телефонных проводов и связи. Спросили у кого имелись стационарные домашние телефоны – у меня таких оказалось два и один я был готов пожертвовать. Плюс я знал, что сегодня мы раздобыли еще три советских телефонных аппарата, два кнопочных и один с дисковым набором. Их забрал себе Эдди. Я почти написал об этом, но вовремя опомнился и стер эти слова. Пусть каждый сам рассказывает о своих запасах и нечего мне совать свой нос в чужие закрома. В этой теме тоже предложили сразу перейти к делу, заговорили о проводах, потом о сменах и в результате я подписался на еще одну работенку, заочно познакомившись с еще одним обитателем нашего поселка, назвавшегося Семенем Александровичем Осташко. Так вот официально представился. Я ограничился именем. Мы договорились встретиться на машинах на одной из расположенной, между нами, улице и заняться делом – он делает и руководит, я просто делаю. С девяти тридцати до одиннадцати утра.

Елки‑постап‑палки... так вот и возвращаемся к полноценному рабочему дню... считай с рассвета и до обеда я занят. Причем делами не личными, а общими – делами нашей маленькой и пока живой поселковой коммуны.

Не успел я подумать про обед и посмотреть что в других темах группы, как на связь вышел Денис и попросил не забивать ничем послеобеденное время ничем – нам надо продолжать совершать вылазки, наращивать опыт и пополнять запасы. Сегодня ведь неплохо скатались – надо действовать в том же духе. И очень важно раздобыть завтра побольше бензина. Я с этим всецело согласился и подписался на вылазку. Спросил про здоровье Эдди. Денис жизнерадостно ответил, что он с ним на связи и Эдди «жидко срет со стонами, но продолжает заумно шутковать». Что ж... уже неплохо...

Мы недолго пообщались на тему «как же хорошо, что электричество вернулось в провода, надолго ли это и выходит там наверху власти еще существуют хотя бы регионально и что‑то да делают для народа». Я старался меньше рассуждать, больше читать и заодно готовить макаронно‑мясной плотный ужин.

Поужинав, убедился, что пока в чатах ничего срочного нет – не было даже ни одного запроса от «потеряшек», но скорей всего из‑за долгого отсутствия электричества в регионе. Весь север Тульской области был обесточен на протяжении всего дня. Страшновато... и еще один веский повод продолжать думать о собственной автономности.

Хотя сейчас я больше думал о бензине... особенно после слов Дениса. Весело кататься на рычащих прожорливыми движками машинах. Но без пополнения запасов топливо долго это веселье не продлится...

Плотно поужинав, я позволил себе выпить неспешно два крепких коктейля с виски, выкурил несколько сигарет, досмотрел фильм, убедился что у меня подзаряжено вообще все, что только можно зарядить и... полез в подвал. Надо снова копать...

Ночью работаю на себя, немного сплю, предрассветным утром опять работаю на себя, потом на благо коммуны и свое, потом боевые вылазки и, если вернусь живым домой, то позволю себе чуток расслабиться, выпить, посмотреть фильмец... и снова за работу.

Кто кроме меня? Да никто...

Глава седьмая.

Солнечное утро наблюдало за тем, как я занимаюсь одним из самых из самых мирных занятий на свете. Одним из тех, которые обычно психологи советуют выгоревшим на офисной работе трудягам – в сад, господа и дамы! В сад! Ну еще чаще посылают в баню, но это уже иное.

В общем землю я копал. И действовать старался максимально эффективно.

Упереть лопату штыком в землю, поставить ногу в кроссовке, надавить, перехватить черенок руками в перчатках, надавить уже на него, с треском рвущейся травы выворачивая из земли пронизанный корнями и съеживающимися дождевыми червями ком чернозема. Перевернуть его, пару раз ударить, разбивая на куски помельче, сделать крохотный шажок вперед и повторить весь процесс с самого начала.

Так я и двигался, оставляя за собой длинную черную полосу перекопанной земли. Иногда приходилось задержаться, чтобы перерубить лопатой особо толстый корень и затем выдернуть его. Пару раз пришлось браться за топор – корни попались совсем уж монструозные. Топор мне одолжила Клава Сергеевна, настаивающая чтобы к ней обращались именно так. Она наблюдала за мной сквозь открытые ставни окна – огород начинался прямо перед крыльцом ее небольшого ладного домика на пару комнат. Наблюдала и давала дельные советы – например, про топор и что не стоит напрягаться до хруста в спине в попытке вырвать из земли длинный корень. Лучше перерубить.