— Дронами? По машинам и тварям? Здесь у нас?

— Тварей было не меньше двух десятков. Полуголые, очень быстрые. Многие сумели уйти, заскочили в подъезды, а из подошедших бронемашин повалили солдаты. Вот мы сидели с тобой, беляши кушали, спокойно так вокруг, солнышко ясное… но это все обман. Грядет что-то страшное, Тихон. Я это чувствую. Весь мой опыт говорит об этом.

— Но власти справятся. Военные. Полиция.

— Скорей всего, — кивнул он. — Но если ты до этого не доживешь — какая тебе разница? Так что надо завязывать с паникой и пора действовать четко, максимально последовательно и жестко.

— А если твоя семья откажется сесть в машину и поехать, куда ты скажешь? — я задал этот вопрос неожиданно для самого себя.

Помолчав, он дернул плечом и ответил:

— Там и поглядим.

— И раз все так плохо — то почему власти молчат и….

Я не договорил — смартфон пискнул о пришедшем сообщении. Через секунду этот же звук издал кармана Родиона, а затем на торговый центр обрушилась лавина приходящих на смартфоны покупателей и персонала сообщений. Что-то я не хочу смотреть на экран и…

— Изоляция! — пронзительно крикнул кто-то из закутка со шмотками. — Изоляцию объявляют! Как в ковид!

— Не молчат, — буркнул Родион и, пожав мне руку, почти побежал к своему мерседесу. — Не теряй времени, пока дороги не блокированы! И удачи тебе!

— И тебе! — крикнул я вслед. — И тебе!

Едва он пересек парковку и выехал на дорогу, откуда-то из-за леска донесся надсадный звук далекой сирены. Смартфон у меня в кармане продолжал вибрировать как сумасшедший от все приходящих и приходящих сообщений. Государство взялось за дело и, видимо, серьезно. Люди вокруг остановились, замерли статуями с телефонами в руках, жадно читали, а я… Я захлопнул двери внедорожника, заблокировал их и заторопился в торговый центр — гречки и прочего я все же докуплю. Ну а потом срочно на участок, где мертвой хваткой вцеплюсь в строителей…

Еще одна сирена донеслась с другой стороны, а потом с дороги переливчато зазвучали сирены скорой и полиции. Череда сине-красных огней пронеслась мимо и исчезла за поворотом.

— Дороги будут блокировать! Запрет на перемещение! — басом объявил чем-то похожий на священника бородатый мужик в черной футболке. — Надо водки срочно докупить, Пашок! Рванули!

— И водки тоже, — пробормотал я, протискиваясь к продуктовому. — И вообще всякого разного…

Сирены за моей спиной выли, не умолкая…

Конец первой книги

        Дем Михайлов      

        Все имена и события в произведении вымышлены, любые совпадения с реальными людьми      

        и событиями – чистая случайность.      

        Пепел доверия      

        Книга вторая      

        Глава первая      

После разговора с Родионом и уж тем более после массового прихода сообщений на каждый смартфон от государственных органов власти я и думать перестал о лишних разъездах и, совершив один единственный набега на торговый центр, около которого мы и беседовали, рванул прямиком на участок.

Ну как «рванул» …

Хрен, как говорится, там!

Для начала я столкнулся с кучей отнявших драгоценные минуты проволочек еще в торговом центре, и каждая была зеркальным отражением предыдущей, в каждой был виноват так называемый человеческий фактор.

А говоря проще – люди перестали работать. Весь персонал бросил торговлю, схватился за смартфоны и прилип глазами к экранам. Капец… Нет, я не осуждаю – самому голову и задницу жгло продолжающим вибрировать девайсом, но блин – товар продайте все же!

Сначала я терпел. Нет, честно терпел – как всегда и поступал в подобных ситуациях. Ну а какой смысл орать, верно? Они начнут орать в ответ, конфликт перерастет в скандал, а проблема останется нерешенной. Не конструктивно. Поэтому я предпочитал говорить мягко и тихо, всегда был готов повторить несколько раз, а если меня не слышали или не хотели слышать, просто разворачивался и уходил. Бытовой терпила? Не сказал бы. Сдачи я давать умею. Но крикливо настаивать на своем в публичных местах из‑за пустяков вроде пакета с гречкой или пачки маргарина я не собирался. И эти принципы сберегли мне кучу нервов, а еще я ни разу не стал героем социальных сетей, где любят показывать тупые драки в продуктовых и покрасневших от крика старушек, возмущенных ценами.

Но в этот раз я орать начал. И как раз из‑за гречки и маргарина. Да, несколько минут я молча стоял у кассы, в то время как темноволосая девчонка лет на пять младше меня с невероятно длинным маникюром режущего глаза цвета тыкала по облепленному стразами смартфону, что‑то просматривая в Телеграме и одновременно по громкой связи общаясь с подругой:

– Нет ты, слышала? Это же кри‑и‑инж полный…

Меня она просто не замечала. Кашлянув, я попытался привлечь к себе ее драгоценное внимание:

– Послушайте…

– Вот и я о том же! Какая еще «изоляция»?

Ее глаза скользнули по мне, как по пустому месту, и вернулись к мерцающему экрану, где мелькали картинки. Вроде бы она смотрела канал смешных мемов. Нервы себе так успокаивает?

– Пробейте мне товары, пожалуйста.

– Ты Гиацинтику звонила? Тунайт ви дэнс энд дринк?

Она продолжала жить своей жизнью, на расслабленном лице с утиными губами ноль эмоций, в обильно накрашенных глазах лишь туман.

А я стою тут с кучей неоплаченных покупок и жду вот ее…

– ЭЙ! – моя ладонь с такой силой ударила о ленту подачи товаров, что кожу обожгло болью и в локте отдалось.

Облепленный стразами смартфон испуганно заорал женским голосом и выпал из руки с уродским маникюром, рухнув на пол между коленей владелицы. На меня уставились расширенные глаза. Убедившись, что на этот раз они меня действительно видят, я мило улыбнулся и похлопал еще горящей от удара ладонью по стопке пакетов с гречей:

– Товар пробейте мне, пожалуйста.

– Я… а… – она машинально начала нагибаться за смартфоном, но я улыбнулся шире:

– Товар пробейте. Пожалуйста, – я это произнес максимально тихо и доброжелательно, смотря ей прямо в глаза.

Не знаю почему, но вот теперь ее проняло. Дернувшись, она схватилась за первый пакет, потянула к себе, раздался первый писк, подтверждающий сканирование кода. Ну вот, пошло дело… писк за писком… Схватив самый большой пакет, я сорвал следом еще десяток, буркнул ей количество взятого и переместился с тележкой дальше, принявшись все торопливо распихивать. Когда под руку прикатилась большая банка черного «Адреналина», вскрыл, выпил половину и не сдержал рвущегося наружу рыгания. Смущенно закашлялся и… понял, что всем плевать. Вообще всем – даже испуганной мной девчонке на кассе. Она уже забыла. Заученными движениями хватала своими несуразными когтями товары, пробивала, пихала дальше, а ухо было повернуто к соседней кассе, где вторая кассирша и две покупательницы в голос обсуждали происходящее и через каждые три фразы дружно сходились во мнении, что, похоже, дело столь же серьезное, как и ковид.

– Опять кто‑то обезьяну трахнул! Ур‑роды! – с невероятной экспрессии произнес мужской голос от почти пустых стеллажей. – Уроды! Или мышь летучую натянул! Твари! То спид, то ковид! Теперь это! Дома сидеть?! Да пошли вы на хер, мать вашу! Я дальнобой! Шесть заказов висят – целую пентаграмму чертить по необъятной!

Где‑то я это уже слышал – про трахнутую обезьяну…

Утрамбовав покупки в тачку, я расплатился и выскочил в коридор, а девушка за кассой уже опять сидела со смартфоном, почти уткнувшись в него носом. Ну да – у меня аппарат аж разрывало от звонков и сообщений. Даже неожиданно – кто бы это мог мне так рьяно названивать и написывать? Хотя я догадываюсь. Но позже. Чуть позже…