Да, я немало хочу — список желаемого то и дело пополнялся, когда я отрывался от сортировки накопившихся за годы вещей, чтобы вписать еще несколько пунктов…

— Тих Тихыч… ты нормальный вообще? — искреннего удивления в голосе Сергея, одного из моих действительно близких друзей, было полно. — Куда-куда ты собрался?

Я послушно повторил:

— В глушь.

— И надолго?

— Навсегда! — уверенно ответил я, но что-то внутри заставило подстраховаться и добавить: — Надеюсь, во всяком случае, что навсегда и без возврата. Разве что в гости буду заглядывать. Я же не в монастырь мужской собрался…

— В женский? Тогда понимаю…

— Смешно…

— Да ты спятил! — похоже, в выборе фраз Сергей тоже пошел по кругу. — Тихыч… ну расстался ты с очередной. Но это же не повод убегать от жизни.

— Я и не убегаю, — ответил я с такой мощной жизнерадостностью — обычно мне несвойственной, что Сергей удивленно хмыкнул в трубку. — Честно говоря… мне просто не нравится мое текущее существование. Не знаю, как это объяснить. Но в городе мне не нравится. Хочу на природу. Для начала. Затем хочу побыть современным кочевником.

— В метель, в раздолье и в тайгу?

— Ну, почти…

— Ты спятил. Но это твое дело. Ты, главное, не руби с плеча. Возьми отпуск и вали в свою глушь недельки на три. Можешь даже на месяц. Да прямо на все лето вали в глухую деревню. Но ты столько не продержишься — спорю на блок пива, что ты вернешься максимум через пару недель, весь искусанный комарами и клещами, а может, и бродячими собаками, после чего даже на дачу ездить заречешься.

— У меня нет дачи.

— И не будет. Потому что природа — не для нас.

— Дачи у меня не будет, — согласился я. — А вот свой дом в глуши — он будет. И скоро.

— Вот же ты… ладно! Если продержишься там месяц и не откажешься от этой идеи — прикачу к тебе с проигранным блоком пива. Посидим, выпьем, поглядим на твою кусачую природу.

— Договорились.

Я еще не успеть нажать отбой, как за окном послышалась визгливая ругань старушек и чей-то басовито отвечающий им миролюбивый мужской голос. Я заторопился к окну, выглянул наружу и удивленно заморгал, заметив символику одной из фирм по скупке старых вещей, куда я звонил не больше пары часов назад. Быстро же они…

Уверенность скупщиков в своих силах была столь мощной, что они подогнали грузовик сразу к подъезду, наполовину загнав его задом на умирающий газон и раздавив пару чахлых цветов. От настоящего водопада брани и проклятий прибывших спасло лишь отсутствие большей части отряда еще не занявших свой пост вездесущих скамеечных бабушек, ревниво оберегающих наш оставшийся где-то в восьмидесятых спальный район. Из кабины выскочил бодрый крепыш и, размахивая руками, заторопился ко входу в подъезд, доставая на ходу телефон. Я взглянул на экран своего смартфона, и тот мгновенно ожил, заодно послав во все стороны требовательный звонок. Оглядев разворошенную комнату, я пожал плечами и принял вызов, продолжая ощущать необыкновенную легкость…

Столь бодрое начало внушало оптимизм и веру в будущее: похоже, мир вскоре снова станет для меня ярким и всегда солнечным, причем надолго — ведь при удаче у меня впереди как минимум несколько десятилетий активной жизни, а значит, и путешествий.

Я купил машину. Просто взял и купил машину. Большую. Старую. С пробегом, наверное, как от Земли до Луны.

Внедорожник. «Ford Expedition». Год выпуска — самое начало двухтысячных. Машине четверть века. Цвет серый. Коробка-автомат. Бензиновый движок. Салон такого размера, что в нем можно жить.

При этом изначально я искал под свои нужды не слишком старый пикап, но каким-то образом спустя всего несколько дней после начала поиска вдруг оказался за рулем собственного старого внедорожника, который прямо сейчас глотал километр за километром, двигаясь на юг от столицы. Ехал я по М4, держался в крайней правой полосе, с трудом решаясь на обгон самых медлительных и держа скорость ниже сотни. Машина вела себя хорошо, пока что полностью соответствуя словам ее прежнего владельца, шестидесятилетнего старичка с грустью в слезящихся глазах, потратившего несколько часов своего времени, чтобы детально рассказать о внедорожнике и все показать на практике. Еще он вручил мне старую тетрадь с масляными пятнами на страницах, где имелись подробные записи о каждой замененной детали за все время эксплуатации. Судя по списку, машину он перебрал чуть ли не полностью. И по его же словам, ни за что не стал бы продавать любимого коня-тяжеловеса, но так уж сложилась жизнь… Расспрашивать я его не стал, но пообещал, что о машине буду заботиться. На том мы и расстались.

А когда на следующий день я позвонил другу и рассказал о своем приобретении, он сначала засмеялся, решив, что я шучу, а когда понял, что я серьезен, назвал меня обведенным вокруг пальца полудурком, купившим старое ржавое ведро. Он изо всех сил призывал меня расторгнуть сделку, если еще не слишком поздно, и обещал прислать целый список действительно стоящих покупки машин с пробегом, но из чистого и, возможно, глупого упрямства я остался непреклонным. В результате мы слегка поссорились, но я недолго переживал — меня аж потрясывало от желания немедленно отправиться в первое путешествие, благо несколько намеченных для осмотра целей уже имелось.

Сказано — сделано.

И вот я еду по федеральной трассе М4, не слишком быстро приближаясь к границе Тульской области. Мимо с гудками проносились лавирующие современные автомобили, меня обгоняли тяжело нагруженные фуры, а я старался поменьше давить на педаль газа. В багажнике — пара сумок с вещами, в кресле справа — рюкзак с ноутом и повербанком, в держателе для стакана постукивает бутылка с минеральной водой. Все удобства…

Потратив на дорогу почти два часа, я остановился на ближайшей заправке, купив там кофе и проведя полчаса за неспешным изучением карты на телефоне. Скоро съезд с трассы, и я окажусь на дороге, что приведет меня к первому из присмотренных варианта: земельному участку в девять соток, расположенному в черте села, находящегося в трех километрах от асфальтированной дороги. Если верить фотографиям, то на участке находился давно нежилой бревенчатый дом, пара хозяйственных мелких построек и колодец.

Допив кофе, я завел двигатель и осторожно двинулся к выезду на трассу, следя, чтобы никого не зацепить: машина все же очень большая, и я пока не чувствую ее габаритов. Движок кашлянул, и я замер на секунду в напряжении — приехали? Но старый внедорожник разок дернулся и снова пошел ровно. Я с облегчением выдохнул — пока едем…

Может, мой друг Евгений был все же прав, назвав меня облапошенным полудурком, купившим старое ржавое ведро?..

Первый вариант я отмел мгновенно и с трудом подавил раздражение, глядя на вышедшего с соседнего участка мужичка в старой поношенной одежде и с хитрым бегающим взглядом. В сетевом объявлении не указали, что участок вытянутой треугольной формы. А на фотографиях не было заметно, что дом уже просел с одного бока и перекошенность стен видно невооруженным взглядом. Мужичок-владелец оказался не глуп, обуревавшие меня чувства уловил сразу и попытался оправдаться:

— Дом на домкратах приподнять можно…

— Можно, — кивнул я и вернулся в машину. — Но я этим заниматься не собираюсь.

Рыкнув двигателем, внедорожник пошел задом по узкой улочке, а переставший улыбаться мужичок крикнул:

— Ну и зря! Выгодная ведь для покупки земелька! Москва растет быстро — глядишь, скоро у нее под боком будем!

— Под боком, — пробормотал я, высунувшись из окна и смотря назад. — Ну да, как же… до Москвы больше ста километров… И вообще, я хочу оказаться от нее подальше…

С трудом выбравшись из хитросплетения улочек и заборов, я остановился у выезда на асфальтированную дорогу и вбил в навигатор следующие координаты, не забыв поставить маркером жирный красный крест на первом варианте…