Речной двор существовал.

Рабочим нужно было платить.

Причал готовили к холодам.

Один арендатор хотел продлить договор, но требовал слишком большую скидку.

Бран считал, что можно закрыть ремонт крыши до первых тяжёлых дождей.

Нора считала, что он слишком оптимистичен.

Я считала, что оба недооценивают стоимость задержки.

Нормальная жизнь.

Моя.

После вчерашнего решения жить это ощущалось особенно остро.

Я не вернулась на Землю.

Не могла.

Но и не собиралась превращать Эларис в комнату ожидания перед следующей попыткой умереть.

К полудню я почти перестала смотреть на дверь каждые пять минут.

Почти.

Потом вошёл Дален.

И по его лицу я сразу поняла.

– Северт просит вас.

Нора подняла голову.

– Что случилось?

– Не знаю.

Он знал.

Но дисциплина оказалась сильнее любопытства.

Я встала.

– Где?

– В малой комнате рядом с конторой.

Каэр уже был там.

Мираэль тоже.

Северт стоял возле вестника.

На столе лежал короткий лист.

Я вошла.

– Ну?

Северт посмотрел.

– Илар Весс не явился на повторное служебное освидетельствование, которое ему назначили этим утром.

– Потому что получил ваш приказ?

– Приказ дошёл позже.

Это стало хуже.

– Значит, он начал исчезать ещё до.

– Возможно.

– Северт.

– Да. Вероятность высокая.

Каэр спросил:

– Где он?

– Пока не знают.

В комнате стало тихо.

– Его дом? – спросила я.

– Пуст.

– Рабочие помещения?

– В официальном кабинете ничего необычного.

– А неофициальные?

Северт постучал пальцем по листу.

– Нашли помещение, которое не числилось частью его лечебной практики.

Мираэль резко подняла голову.

– Где?

– В Тейране. Под другим назначением.

– Что внутри?

– Пока идёт осмотр.

Я почувствовала холод.

– Он знал.

– Похоже.

– Кто его предупредил?

Северт не ответил.

Потому что ответа не было.

Но вопрос уже изменил расследование.

До этого Илар мог оказаться одиночным специалистом, которому кто-то однажды заплатил.

Если его предупредили о запросах быстрее, чем дошёл официальный приказ, значит, кто-то следил за делом сейчас.

Не два месяца назад.

Сейчас.

Каэр тоже понял.

– Не расширяйте круг людей, знающих о задержании.

– Уже сократил.

– Северные учреждения?

– Только необходимые.

Я смотрела на них.

Вот то, что значит заговор внутри системы.

Нельзя просто крикнуть всем:

«Ловите преступника».

Потому что среди тех, кто побежит ловить, может оказаться человек, который сначала отправит другое сообщение.

Следующий ответ пришёл вечером.

Илар нашёлся.

Не там, где его ожидали.

Он попытался покинуть Тейран до официального запрета на выезд.

Этого уже было достаточно, чтобы перестать относиться к происходящему как к обычному недоразумению.

Но хуже оказалось другое.

В тайном помещении Илара начался пожар.

Не большой.

Каменное здание не сгорело.

Соседние помещения почти не пострадали.

Зато именно та часть, где хранились записи и магические материалы, оказалась повреждена сильнее всего.

Я прочитала сообщение.

Потом снова.

– Очень избирательный пожар.

– Да, – сказал Северт.

– Случайность?

– Всё возможно.

Я посмотрела.

Он позволил себе едва заметную усталую улыбку.

– Но я бы на неё не рассчитывал.

– Илар поджёг?

– Пока не доказано.

– Но пытался скрыться.

– Да.

– Его задержали?

– Да.

Я не ожидала, насколько сильно подействует одно слово.

Задержали.

Мужчина, стоявший возле моей кровати после смерти Лиоры, больше не мог просто уйти.

Я села.

Ноги неожиданно стали мягче.

Каэр сделал движение в мою сторону.

Остановился.

Я заметила.

И сама протянула руку.

Он подошёл.

Ладонь легла мне на плечо.

Ничего больше.

Достаточно.

Северт продолжил:

– Часть записей уничтожена.

– Сколько?

– Пока не знают.

Мираэль спросила:

– Магические носители?

– Несколько повреждены. Два сохранились.

– Какие?

– Описание не передали.

Она тихо выругалась.

Первый раз услышала.

Я посмотрела.

– Плохо?

– Если Илар работал с запрещённой магией много лет, обычные записи могут быть полезнее признания.

– Почему?

– Потому что человек может лгать. Собственная рабочая схема обычно лжёт хуже.

Это мне понравилось.

Профессионально.

Каэр спросил:

– Когда начнётся допрос?

– Уже начался.

– Кто ведёт?

Северт назвал должность, не имя.

Королевский дознаватель в Тейране.

Не человек Каэра.

Не человек Астенов.

Не тот, кого можно легко обвинить в желании спасти Лиору.

Правильно.

Мне всё равно хотелось быть там.

Сидеть напротив Илара.

Спросить, что он сделал.

Почему.

Что сказала Лиора.

Боялась ли.

Поняла ли.

Последнее желание было самым опасным.

Я вспомнила Санну.

«Она чувствовала боль?»

Мираэль тогда ответила:

«Не знаю».

Возможно, Илар знал.

Я не была уверена, что хочу этот ответ.

Ночь прошла плохо.

Не трагически.

Просто сон постоянно рвался.

Один раз мне показалось, что снова нахожусь в лечебной комнате Тейрана.

Илар склоняется надо мной.

Только теперь я знаю, кто он.

Проснулась резко.

Каэра рядом не было.

И это было нормально.

Я сама не просила его остаться.

Села.

Выпила воды.

Потом долго смотрела на тёмное окно.

Мне больше не хотелось домой ценой смерти.

Но ощущение временности ещё не ушло полностью.

Наверное, не уйдёт за один день.

Вместо него появлялось другое.

Ответственность перед Лиорой.

Не обязанность прожить её жизнь.

Никогда.

Не обязанность любить тех, кого любила она.

Не обязанность сохранять её привычки, обиды или мечты.

Но кто-то убил эту женщину.

А я жила потому, что её тело каким-то невозможным образом не умерло вместе с ней.

Я пользовалась её домом.

Её деньгами.

Её даром.

Носила её лицо.

И теперь знала достаточно, чтобы не сказать:

это не моя проблема.

Когда-то именно так я воспринимала обвинение.

Чужая неприятность, которую нужно пережить, чтобы вернуться к своей жизни.

Теперь своей жизнью был и Речной двор.

И расследование.

И Каэр.

И Санна, которая ещё не могла назвать меня Верой.

И Риан, который уже смог один раз.

Лиора тоже стала частью моей жизни.

Не как прежняя хозяйка, которую нужно вытеснить.

Как человек, которому я была должна одну вещь.

Правду.

На третье утро после приказа о задержании Северт разбудил весь двор раньше рассвета.

Не намеренно.

Просто появился у моей двери сам.

Я открыла в халате.

– Если это не конец королевства, я вас ненавижу.

– Переживу.

В руках у него был новый лист.

Я сразу проснулась.

– Илар?

– Да.

– Признался?

– Частично.

Я распахнула дверь шире.

– Войдите.

Каэр появился через несколько минут.

Не знаю, кто его позвал.

Возможно, Дален.

Мираэль пришла последней.

Северт положил сообщение на стол.

– Дословной полной записи у нас пока нет. Только заверенная краткая передача содержания допроса.

– Что он сказал?

Северт посмотрел на меня.

– Подтвердил, что проводил над Лиорой воздействие, не входившее в назначенную диагностику.

Я перестала чувствовать холод комнаты.

– Какое?

– Он пока избегает слова «Обрыв».

Мираэль усмехнулась без веселья.

– Конечно.

– Но описал цель.