Такое молчание дорого стоило.

Я уже знала достаточно, чтобы это понимать.

Северт Ранн медленно сложил бумаги.

– Потому что лорд Вейран был вашим женихом.

Я перевела взгляд на Каэра.

Он не отрицал.

Женихом.

Чужое тело.

Обвинение в диверсии.

Трое погибших.

И мужчина, который стоял передо мной так, словно имел право знать каждую мою мысль.

– Был?

На этот раз ответил Каэр.

– Был.

Одно слово.

Без оправдания.

Без сожаления.

– Помолвка расторгнута, – добавил Северт.

Я посмотрела на него.

– Когда?

– После предъявленных вам обвинений.

Понятно.

Не муж.

Не нынешний жених.

Бывший.

Причём расстались они не потому, что не сошлись характерами.

Каэр Вейран отказался от Лиоры, когда её обвинили в гибели людей.

Я снова посмотрела на него.

Его лицо оставалось спокойным.

Но теперь в этом спокойствии появилось что-то ещё.

Настороженность.

Он первым понял, что я слишком долго его рассматриваю.

– Что? – спросил Каэр.

Я могла сказать правду.

«Я пытаюсь понять, каким человеком нужно быть, чтобы отказаться от женщины после обвинения и потом прийти смотреть, как она приходит в себя».

Но это была оценка без данных.

А я и без того сегодня оказалась в жизни женщины, которую, похоже, уже однажды оценили раньше окончательного решения.

Поэтому спросила другое:

– Вы были здесь, когда я потеряла сознание?

На мгновение взгляд седого врача метнулся к Каэру.

Очень быстро.

Но достаточно.

Каэр заметил тоже.

– Нет, – ответил он.

Я повернулась к врачу.

– А вы?

Мужчина побледнел.

Совсем немного.

– Я проводил обследование.

– Как вас зовут?

Он промедлил.

– Илар Весс.

Я повторила имя про себя.

Илар Весс.

Первый человек, которого я увидела после того, как умерла.

Если, конечно, умерла.

Он отвёл взгляд раньше меня.

А Каэр Вейран не отвёл.

– Вам нужен покой, – произнёс Северт.

– Мне нужны ответы.

– Завтра.

Завтра.

Значит, они рассчитывали, что оно у меня будет.

Уже неплохо.

Я медленно легла обратно.

Не потому, что послушалась.

Потому что ноги пока дрожали даже от мысли встать.

– Хорошо, – сказала я. – Завтра.

Северт направился к двери.

Илар поспешил заняться флаконами.

Каэр остался.

– Лорд Вейран, – негромко произнёс дознаватель.

Тот всё-таки двинулся к выходу.

У самой двери остановился.

Обернулся.

– Лиора.

На этот раз я заставила себя посмотреть на него сразу.

– Да?

Он несколько секунд молчал.

– Вы можете не помнить меня.

Голос оставался спокойным.

– Но я слишком хорошо помню вас.

Глава 2. Дракон, который отказался

Зеркало принесли утром.

Я обнаружила его на столе, когда проснулась во второй раз.

Высокое, овальное, в тяжёлой тёмной раме. Поставлено боком к кровати, будто человек, который его принёс, решил дать мне право самой выбрать момент знакомства с собственным лицом.

Я минут пять этим правом не пользовалась.

Смотрела в потолок.

Считала вдохи.

Прислушивалась к коридору.

За дверью по-прежнему находилась охрана. Теперь я различала двух человек: один иногда проходил мимо, другой почти не двигался.

Значит, Северт Ранн вчера говорил правду.

Я действительно была под следствием.

За диверсию.

С тремя погибшими.

И где-то здесь ходил бывший жених женщины, чьё тело я получила неизвестно каким способом.

Утро определённо проигрывало любому понедельнику моей прошлой жизни.

Я поднялась.

Голова отозвалась тупой болью, но комната больше не пыталась перевернуться.

На стуле лежала одежда. Простое длинное платье из мягкой серой ткани, нижняя рубашка, чулки. Никаких застёжек, принцип которых невозможно понять человеку с высшим образованием и двадцать первым веком за плечами.

Уже неплохо.

Я села на край кровати и посмотрела на босые ноги.

Не мои.

Ступни чуть меньше. Щиколотки тоньше. Икры плотные, сильные.

Странно, насколько быстро мозг принимал невозможное, когда невозможное не оставляло альтернатив.

Можно было часами убеждать себя, что всё это сон.

Только во сне обычно не болит шея от неудобной подушки и не хочется в туалет.

Я встала.

Добралась до зеркала.

И наконец посмотрела.

Женщина в отражении была красивой.

Это пришло раньше ужаса.

Не «красивой, если похудеть». Не «с интересным лицом». Просто красивой.

Тёмные густые волосы рассыпались по плечам. Светлая кожа. Мягко очерченный рот. Большие глаза, цвет которых при утреннем свете казался серо-зелёным. Лицо не кукольное, не идеально правильное, зато живое.

И совершенно незнакомое.

Я подняла руку.

Она тоже.

Коснулась щеки.

Отражение повторило.

– Лиора Астен, – тихо сказала я.

Чужой голос произнёс чужое имя.

Никакого чуда.

Никакой вспышки.

Я не вспомнила детство Лиоры, её родителей, первого поцелуя или любимого блюда.

Только увидела, что у женщины в зеркале дрогнули губы.

Пришлось опереться ладонью о стол.

Не потому, что тело оказалось хуже моего.

В этом и была проблема.

Оно было нормальным.

Тёплым.

Живым.

У него имелись привычные движения, сила в ногах, лёгкая сухость кожи на пальцах, маленькая родинка возле запястья.

В нём кто-то прожил двадцать восемь лет.

А теперь здесь была я.

Я не знала, где Лиора.

Не знала, существовала ли она вообще после того, как я открыла глаза.

Не знала даже, что произошло со мной.

Фургон.

Белый бок.

Стекло.

Мама, которой я обещала позвонить в воскресенье.

Я резко отвернулась от зеркала.

Не сейчас.

Это правило начинало становиться главным.

Не сейчас.

Сначала выжить.

Потом разваливаться на части.

Если останется время.

Я оделась сама.

Платье сидело по непривычной фигуре иначе, чем любая моя одежда. Грудь требовала нового понимания расстояний, округлые бёдра меняли движение ткани, талия ощущалась выше привычного. Пришлось дважды поправлять пояс.

Но никаких мыслей о том, что тело необходимо срочно переделать, у меня не появилось.

Переделывать требовалось моё положение.

С ним всё выглядело значительно хуже.

В дверь постучали.

Я едва не рассмеялась.

Хотя бы здесь люди признавали существование дверей и личного пространства.

– Войдите.

Первым появился Северт Ранн.

Сегодня на нём был такой же тёмный строгий сюртук, словно мужчина имел запас одинаковой одежды на каждый день недели.

За ним вошёл Каэр.

Я невольно задержала взгляд.

Тоже тёмная одежда, но совсем другого кроя. Более плотная ткань, высокие сапоги, перевязь с оружием. Никаких украшений, кроме серебристой застёжки у воротника.

Лицо спокойное.

Глаза внимательные.

Вчера он сказал:

«Я слишком хорошо помню вас».

Я тоже запомнила.

– Доброе утро, – сказал Северт.

– Насколько оно может быть добрым под охраной.

– Судя по вашему состоянию, значительно добрее предыдущего.

Сухой человек.

Мне начинало нравиться.

Совсем немного.

– Садитесь, леди Астен.

Я посмотрела на два кресла возле стола.

– Я предпочитаю Веру.

Тишина продлилась ровно столько, чтобы я поняла: рано.

Северт решил, что я оговорилась.

Каэр нет.

– Что? – спросил дознаватель.

– Ничего. Забудьте.

Каэр смотрел слишком пристально.

Я села.

Он остался стоять.

– Если лорд Вейран здесь как мой бывший жених, – сказала я, – я предпочла бы разговаривать без него.

Северт перевёл взгляд на Каэра.