По-настоящему.

– Вот это уже знакомо.

Дверь закрылась.

Я осталась одна.

Каэр ушёл вместе с Мираэль, унеся опечатанный элемент.

Следующие несколько часов я почти не работала.

Редкий случай.

Головная боль постепенно усиливалась, потом появилась жажда.

Мираэль предупреждала.

Цена дара.

Ничего героического.

Никакого чувства великой силы.

Просто организм, которому не понравилось, что через него провели слишком много неизвестного.

Я лежала на диване в гостиной, пила воду и смотрела в потолок.

Думала о Лиоре.

До сегодняшнего дня она раздражала меня как человек, который оставил плохо организованный проект и исчез за день до проверки.

Теперь сравнение стало казаться несправедливым.

Она не планировала исчезать.

Возможно, собиралась вернуться к письмам.

Закончить проверку.

Объяснить Каэру.

Помириться с братом.

Или окончательно разругаться.

Жить.

Я слишком долго думала о ней только как о причине собственных проблем.

Но Лиора не создавала моё попадание.

Она тоже была жертвой того, чего я пока не понимала.

Эта мысль оказалась неприятнее раздражения.

Злиться проще, чем жалеть.

К вечеру головная боль стала терпимой.

Я вышла в галерею.

Мне хотелось воздуха.

Вейрхольм после дождя пах мокрым камнем. Облака разошлись, между ними виднелась узкая полоска вечернего света. Во дворе тренировочная площадка уже пустовала.

Я спустилась по лестнице.

Охранник пошёл следом на положенном расстоянии.

Во внутреннем дворе было почти тихо.

Каэра я увидела возле стены.

Он стоял один, без папок, сопровождающих и людей, которые обычно пытались получить от него очередное решение.

Редкое зрелище.

Я собиралась пройти мимо.

Он повернулся.

– Лучше?

– Намного.

– Голова?

– Осталась на месте.

– Мираэль сказала, сегодня вам нужен покой.

– Я гуляю очень спокойно.

– Вижу.

Я подошла ближе.

Сама.

После дороги каждый такой момент всё ещё где-то отмечался.

Каэр тоже отмечал, но больше не показывал.

Мы встали у каменного парапета.

Снизу виднелась часть города.

Окна уже зажигались одно за другим.

– Вы отправили письмо Севарту?

– Копия уйдёт утром с защищённой почтой. Оригинал хранится под печатью.

– Хорошо.

Несколько секунд молчали.

Удивительно, но молчание с ним перестало требовать немедленного заполнения.

– Вы правда считаете, что Лиора могла расследовать поставки? – спросила я.

Каэр долго смотрел на город.

– Считаю, что теперь это версия, которую нельзя игнорировать.

– Очень дознавательский ответ.

– Я стараюсь не повторить прежнюю ошибку раньше, чем пойму, в чём именно она была.

Я повернула голову.

Он говорил спокойно.

Но под спокойствием ощущалось напряжение.

– Вы пока не обязаны считать себя виноватым.

– Я и не считаю.

– Удобно.

Каэр посмотрел на меня.

– Хотите, чтобы считал?

Я подумала.

– Нет.

Ответ удивил даже меня.

– Почему?

– Потому что мне не нужен мужчина, который ради красивого раскаяния внезапно решит, что все прежние доказательства исчезли.

Его взгляд стал внимательнее.

– А что вам нужно?

Вопрос прозвучал слишком просто.

И отчего-то стал не про расследование.

Я заметила это сразу.

Наверное, он тоже.

– Чтобы вы смотрели на новые факты так же серьёзно, как когда-то смотрели на старые.

– Это могу.

– Тогда пока достаточно.

Мы снова замолчали.

Ветер тронул волосы.

Я подняла руку, убирая прядь с лица, и неожиданно встретилась с его пальцами.

Каэр тоже собирался убрать её.

Остановился раньше прикосновения.

Рука зависла на несколько сантиметров.

Он посмотрел на меня.

Не на волосы.

В глаза.

Я должна была отойти.

Очень простое действие.

Шаг назад.

И ничего бы не произошло.

Но не отошла.

Каэр медленно опустил руку.

Не коснулся.

Почему-то именно отсутствие прикосновения стало заметнее самого прикосновения.

Расстояние между нами вдруг оказалось другим.

Обычным.

Допустимым.

И одновременно слишком маленьким.

Я почувствовала тепло его тела, хотя ветер оставался холодным.

Взгляд сам опустился к его губам.

Всего на мгновение.

Ошибка.

Когда снова посмотрела в глаза, поняла, что он заметил.

Каэр не двигался.

Ждал.

Это было самое опасное в нём.

Не сила.

Не дракон.

Не приказ.

Возможность оставить выбор мне.

Я знала, что должна сейчас сделать.

Отойти.

Сказать что-нибудь.

Вернуться к письму, поставкам, Лиоре.

Вместо этого осталась.

Каэр чуть склонил голову.

Медленно.

Настолько, что я могла остановить происходящее в любую секунду.

И всё же не остановила.

Пока.

Глава 13. Не её поцелуй

Каэр наклонился ко мне медленно.

Настолько медленно, что у меня было достаточно времени подумать.

В этом и заключалась проблема.

Если бы он действовал резко, если бы попытался решить за меня, если бы просто сократил расстояние без вопроса, всё было бы легко.

Я бы отступила.

Разозлилась.

Напомнила условия гарантии, личные границы и ещё десяток вещей, которыми научилась отгораживаться от него за последние недели.

Но Каэр не делал ничего.

Он ждал.

Оставлял последние сантиметры мне.

И я их хотела.

Вот это оказалось гораздо страшнее.

За моей спиной холодил ладони каменный парапет. Внизу мерцали огни Вейрхольма. После дождя воздух был чистым, резким, пах мокрым камнем, дымом и осенью, которая здесь ощущалась ближе, чем в Тейране.

Я слышала собственное дыхание.

Видела тёмные ресницы Каэра, тонкую линию старого шрама, чуть уставшее лицо после длинного дня.

Никакого дракона.

Никакого маршала.

Мужчина.

Тот самый, с которым я спорила над договором.

Который остановился после двух шагов, потому что я разрешила только два.

Который не смеялся над моим страхом.

Который запомнил, как я работаю с цифрами.

Который несколько часов назад впервые допустил, что Лиора могла искать причину диверсии, а не готовить её.

Мне хотелось его поцеловать.

Без всяких красивых оправданий.

Не потому, что он спас меня на дороге.

Не из благодарности.

Не потому, что тело Лиоры когда-то собиралось стать его женой.

Я сама хотела узнать, каким будет его рот.

Хотела почувствовать, останется ли Каэр таким же выдержанным, если между нами исчезнет последняя безопасная дистанция.

Хотела.

И именно это слово наконец привело меня в чувство.

Я.

Хотела.

А мужчина передо мной всё ещё видел Лиору.

Женщину, с которой был помолвлен десять месяцев.

Женщину, чьи привычки помнил.

Чьи реакции сравнивал с моими.

Чьё лицо сейчас находилось в нескольких сантиметрах от него.

Он хотел меня.

Но кого именно он хотел?

Этот вопрос сработал лучше холодной воды.

– Нет.

Каэр остановился сразу.

Не вздрогнул.

Не нахмурился.

Просто замер.

Его лицо оставалось близко.

Слишком близко для спокойного мышления.

Я сама сделала шаг назад.

Он не последовал.

– Хорошо, – сказал Каэр.

И всё.

Никакого «почему».

Никакой попытки выяснить, не ошиблась ли я.

Моё «нет» не стало началом переговоров.

От этого стало ещё тяжелее.

Я отвернулась к городу.

Внизу продолжали гореть окна.

Где-то далеко проехала телега. От стены донёсся голос караульного. Жизнь совершенно равнодушно продолжалась, пока я пыталась разобраться, почему сама остановила то, чего хотела.