Морвей долго смотрел.

Потом спросил:

– Вы понимаете последствия?

Лавена даже не моргнула.

– Да.

– Север находится в кризисе.

– Именно поэтому вам больше не будет доступна система снабжения.

Первый настоящий удар.

Не обвинение.

Лишение контроля.

Для Морвея это, наверное, было хуже.

Он посмотрел на Каэра.

До сих пор Каэр почти не говорил.

– Довольны?

Я напряглась.

Лёгкий вопрос.

Опасный.

Можно ответить как мужчина, которого пытались политически уничтожить.

Как дракон, чьи люди погибли.

Как бывший жених Лиоры.

Каэр сказал:

– Нет.

Морвей явно ожидал другого.

– Нет?

– Люди погибли.

Голос был ровным.

– Лиора погибла. Элмар погиб. Север понёс потери. Моё прежнее решение помогло вашей версии против неё сработать.

Он не прятался за Морвея даже сейчас.

– Я буду доволен, когда суд установит факты и виновные ответят.

Вот и всё.

Не месть.

Ответственность.

Морвей смотрел несколько секунд.

– Вы стали осторожнее, Вейран.

– Да.

– Эта женщина вас изменила?

Я почувствовала почти физическое раздражение.

Как будто всё снова надо объяснять через женщину.

Каэр ответил:

– Я изменил собственные решения.

Спасибо.

Морвей перевёл взгляд на меня.

– А вы, леди Астен?

– Что я?

– Довольны?

Я подумала.

Лиора.

Женщина, которую он сначала сделал подозреваемой, потом почти успешно превратил в виновную для всех, а в конце приказал убрать.

– Нет.

– Почему?

– Потому что вы пока только задержаны.

Первый раз за весь разговор он улыбнулся искренне.

Почти с уважением.

– Вот это уже больше похоже на прежнюю Лиору.

Неожиданно.

И больно.

Я посмотрела прямо.

– Вы плохо её знали.

Улыбка исчезла.

– Возможно.

– Именно поэтому и проиграли.

Лавена подняла руку.

– Достаточно.

Правильно.

Никаких красивых финальных дуэлей словами.

Охрана вошла.

Не люди Каэра.

Королевские.

Это было важно.

Морвей встал.

Не сопротивлялся.

Не проклинал.

Не признавался.

Перед выходом остановился возле Терена.

– Вы пожалеете.

Терен ответил:

– Возможно.

Пауза.

– Но не о том, что не прикрыл преступление ради собственной политической позиции.

Морвей ушёл.

Дверь закрылась.

И только тогда я поняла, что всё это время держала руки слишком напряжённо.

Пальцы болели.

Я разжала.

Семь папок остались на столе.

Морвея в комнате больше не было.

Два месяца назад я очнулась в чужом теле и узнала, что женщина с моим лицом почти наверняка предательница.

Сегодня человека, построившего эту версию, увели под королевской охраной.

Мне хотелось почувствовать конец.

Не получилось.

Северт начал собирать документы.

Я посмотрела.

– Что теперь?

– Тейран.

Одно слово.

– Морвей задержан.

– Да.

– Норрен.

– Да.

– Гесс.

– Да.

– Илар.

– В Тейране.

– Текущую диверсию мы доказали.

– В значительной части.

Я почувствовала раздражение.

– Вы специально оставляете себе формулировку, которая портит любой момент?

– Профессиональное.

– Лиора невиновна.

Северт остановился.

Вот здесь.

Я уже знала ответ.

Но всё равно сказала.

– Мы же это доказали.

Каэр поднял голову.

Лавена тоже.

Северт смотрел на меня спокойно.

– Мы доказали, что существовала сеть Морвея.

– Да.

– Что она проводила диверсию.

– Да.

– Что Лиора расследовала поставки до первой диверсии.

– Да.

– Что часть доказательств против неё была сфальсифицирована или получила ложную трактовку.

– Да.

– Что после обвинения её пытались убить.

– Да.

Я почти ударила ладонью по столу.

– Тогда что ещё нужно?

Северт не отступил.

– Судебное решение.

– Серьёзно?

– Очень.

Он подошёл ближе.

– Вера, Лиора действительно незаконно вошла в закрытый архив.

– Знаю.

– Копировала материалы.

– Знаю.

– Изъяла контрольный элемент.

– Знаю.

– Солгала об архиве.

– Знаю.

– И не назвала источник.

– Потому что боялась за Элмара.

– Теперь мы это понимаем.

Вот ключевое слово.

Понимаем.

– Но её настоящие нарушения должны быть отделены от преступлений, которые ей приписали. Официально. В суде.

Я смотрела на него.

– То есть даже сейчас её имя не очищено.

– Ещё нет.

Больно.

Настолько близко.

Морвей под охраной.

Сеть раскрыта.

Цель сорвана.

И всё равно общество пока помнит Лиору как женщину, обвинённую в государственной диверсии.

– Комиссия не может этого сделать? – спросила я.

Лавена ответила сама:

– Нет.

– Почему?

– Потому что тогда я сделаю то же, в чём мы обвиняем других.

Я посмотрела.

– Решите окончательный вопрос не той властью, которая для этого существует.

Точно.

Ненавижу, когда люди правы в неудобное время.

Лавена продолжила:

– Я могу санкционировать задержание Морвея по совокупности новых данных. Могу приостановить его полномочия. Могу обеспечить сохранность доказательств. Но окончательное решение по делу Лиоры Астен должно принять высшее судебное разбирательство.

– В Тейране.

– В Тейране.

Я посмотрела на семь папок.

Значит, это ещё не конец её дела.

Только конец охоты.

Каэр подошёл к столу.

Остановился на другой стороне.

– Когда выезжаем?

Северт ответил:

– Как только будут готовы сопровождение и отдельная перевозка доказательств. Люди и материалы пойдут не одной группой.

Разумно.

После трёх пожаров даже я не предложила бы сложить всех свидетелей и доказательства в одну красивую карету.

– Сколько дорога?

– В обычном темпе семь–десять дней.

Я закрыла глаза.

Конечно.

Никакого мгновенного финала.

Эларис оставался верен себе.

Чтобы закончить историю мёртвой женщины, сначала предстояло больше недели трястись по дороге.

Открыла глаза.

Каэр всё ещё смотрел.

Не спрашивал, поеду ли.

Знал, что решение моё.

Я сказала:

– Я еду.

Северт кивнул.

Лавена тоже.

Каэр ничего не ответил.

Только в его лице появилось то самое тихое выражение, которое я уже научилась узнавать.

Он хотел, чтобы я была рядом.

И не считал это достаточной причиной решать за меня.

Вот теперь я смогла улыбнуться.

Совсем немного.

Морвей был задержан.

Север устоял.

Но имя Лиоры всё ещё ждало суда.

И я собиралась довести её дело до конца.

Глава 36. Дорога обратно

Из Вейрхольма мы выехали разными группами.

Морвей не ехал с нами.

Северт настоял на этом ещё вечером, и Лавена поддержала без обсуждения. Задержанного члена Совета сопровождала королевская охрана. Основная часть документов шла другим маршрутом. Копии ещё одним.

После трёх сгоревших архивов даже самые большие поклонники порядка внезапно обнаружили преимущества недоверия.

Я смотрела, как из ворот выезжает очередной закрытый экипаж, и чувствовала странное раздражение.

Два месяца назад мне хотелось одного.

Чтобы кто-нибудь наконец сказал:

Лиора невиновна.

Теперь вокруг ехала маленькая армия людей и бумаг, способных это доказать, а мне всё равно казалось, что недостаточно.

Потому что окончательного решения не было.

Морвей задержан, но не осуждён.

Лиора больше не выглядела преступницей для тех, кто знал материалы расследования, но официально её дело оставалось открытым.

Каэр признал ошибку, но Совет ещё не решил, что делать с маршалом, который сначала поддержал ложную версию, а потом оказался в центре кризиса, едва не разрушившего Север.