Амбротов с отвращением отвернулся. Дарваз же, напротив, заставил себя смотреть.

- Удивительно, - сказал он вдруг. - Разве не подобным вы занимались в своей лаборатории?

Амбротов покачал головой.

- Есть разница.

- В чем? В том, что эксперименты костоправов легальны, а здешние… попытки - нет?

- Хотите сесть на любимого конька? - Вдруг повысил голос Амбротов. - Думаете, я не знаю, чем вы занимались там, на площади? Верхом на своей бочке! Так вот: проповеди не помогут. А знаете, что поможет?

- Ну же, просветите меня.

- Отобрать у них то единственное, на чем они строят своё могущество - биотехнологию.

- А, так это был идейный поступок! - с издёвкой сказал Дарваз, - Украсть у своих нанимателей некую технологию, отдать её местным лоскутникам… Чтобы - что? Чего вы хотели добиться?

Они вышли из ребристого коридора, и перед ними открылась панорама Влажных петель. Это место оправдывало своё название: с потолка свисали гигантские, сочащиеся слизью жгуты органического происхождения, напоминающие кишки исполинского зверя. Они переплетались в сложные узлы, образуя живую сеть над черными зеркалами стоячей воды.

- О, глядите-ка, - вдруг подала голос Голова, и в её тоне прорезалась странная, почти ностальгическая дрожь. - Те самые «петли».

Дарваз бросил на сосуд быстрый взгляд. Он и вообразить не мог, что Голова способна видеть. Хотя, если подумать, это было не таким уж невероятным. Не глазами, и конечно же, не напрямую, а с помощью механизмов, встроенных в сосуд, как был встроен воспроизводящий речь динамик.

Дарваз заметил, что под ногами больше нет твёрдого камня. Плиты были покрыты слоем похожей на мох биомассы, которая мягко проминалась под подошвами, издавая едва слышный стон.

- Влажные петли? - сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. - Я бы скорое сказал, лавка ужасов.

Голова в его руках ничего не ответила, хотя наверняка слышала сказанное.

Амбротов ушёл слишком далеко вперёд. Дарваз покачал головой и последовал за учёным.

***

Итак, размышлял Дарваз, шагая по упругой биомассе, если Рынок Шёпотов - это преддверие, а Изнанка с её торговыми рядами служит витриной, то что такое Влажные петли?

Гигантский плавильный котёл?

Чашка Петри?

Амбротов и Дарваз миновали очередное сплетение жил, когда над их головами бесшумно пронеслась тень. Размах крыльев был велик, но это не были перья птицы - скорее, натянутая на лёгкий костяной каркас тончайшая, почти прозрачная кожа, сквозь которую просвечивали нити черных вен.

Потолок в этой части стоков располагался высоко над головами, и Дарваз решил, что все это время их путь шёл под уклон. Интересно, как глубоко они под землёй?

Тем временем тень вверху заложила вираж и облетев их по кругу, опустилась на одну из каменных колонн неподалёку. Это напомнило Дарвазу о недавних событиях и о том, как кто-то подослал к нему ангела-пустышку, начинённого взрывчаткой. Странно, но в последнее время произошло столько событий, что у него не было времени как следует поразмыслить над случившимся.

Чей голос звучал у ангела изо рта? Вряд ли говорил сам ангел. Скорее всего произошёл сбой, и Дарваз услышал переговоры операторов - тех, кто управлял оболочкой.

Это был не первый раз, когда костоправы покушались на его жизнь, однако ещё никогда это не происходило настолько открыто. Сейчас они пытались не просто напугать его, а убить. Странно лишь то, что для этого использовали именно оболочку ангела.

Сейчас путники двигались между чем-то, что напоминало ряды полок с выставленными на них образцами, однако эти образцы не стояли на полках, росли из них будто сталактиты.

Ангел не сдвинулся с места, продолжая своё бдение. Дарваз огляделся в поисках других живых существ, но так никого и не увидел. В отличие от многолюдного рынка или Изнанки, здешняя часть коллекторов оказалась не такой обжитой.

- Куда мы все-таки идём? - спросил он у Амбротова.

Ему казалось, они ходят по кругу. Это чувство усилилось, когда он в очередной раз посмотрел на колонну с сидящим на ней ангелом. Он не просто не улетел, но и не стал ближе.

Амбротов в очередной раз сверился со свой бумажкой. Затем кивнул в сторону возвышенности между двумя старыми колоннами, бывшими некогда портиками очередного ответвления коллектора. «Возвышенность» при ближайшем рассмотрении оказалась шатром немалых размеров. Зачем в подземелье, где и так есть крыша, мог понадобиться шатёр, вскоре стало понятно. По всему периметру последний окружали каменные резервуары, куда с потолка подземелья капала вода. Это был своеобразный дождь, который никогда не прекращался.

Дарваз ничего не знал о качестве этой воды и вряд ли стал бы проверять, однако местные обитатели наверняка брали её для питья и здесь же умывались. В какой-то момент, когда они подходили к шатру, в одном из резервуаров что-то плеснуло. Дарваз был бы рад думать, что это местные занимались разведением рыбы, но на ум почему-то шли совсем иные варианты. И он предпочёл смотреть в другую сторону.

- Вы бывали здесь раньше?

Вопрос, казалось, озадачил Амбротова. На мгновение он задумался.

- Я встречался с этим человеком, если вы об этом. Но это было не здесь.

- Да уж, наверняка интересный тип.

Дарваз провёл пальцами по краю одного из чанов. Покрытая маслянистой плёнкой вода в нем слегка дрожала.

Они остановились у входа в шатёр. Ткань, из которой он был сшит, на ощупь напоминала выделанную кожу - холодную, тугую и подозрительно эластичную. Изнутри доносилось мерное шипение, словно кто-то выпускал пар из старого котла, и тяжёлый, приторный запах формалина, смешанный с ароматом цветов. Этот контраст вызывал тошноту.

Дарваз снова бросил взгляд на ангела, застывшего на колонне. Тот по-прежнему сидел неподвижно, сложив свои кожистые крылья за спиной, точно горгулья.

- Жуткое место, - негромко произнёс Дарваз.

- Поверьте, друг мой, если бы нас не хотели сюда впускать, ноги нашей здесь бы не было, - философски заметил спутник и отодвинул тяжёлый полог.

Внутри шатра было неожиданно светло. Свет исходил от огромных прозрачных колб, подвешенных на тонких трубках. В них пульсировали органические узлы. Это не были органы в привычном понимании - скорее, сложные конгломераты из нервной ткани, клапанов и медных проводов.

В центре этого кошмара, за столом из полированной кости, сидел человек. Его лицо было пересечено глубокими шрамами, которые не заживали, а постоянно мокли, поддерживаемые микроскопическими инъекторами, вшитыми прямо в скулы.

- Долго же вы добирались, - голос хозяина шатра прозвучал так, будто тёрли друг о друга два куска наждачной бумаги.

Он поднял руку, и Дарваз заметил, что пальцы незнакомца заканчиваются тонкими иглами. Эти иглы сверкали, когда незнакомец водил руками в воздух и постукивали о костяную столешницу, когда тот опускал руки.

- Ну же, - подбодрил модификант. - У вас ко мне дело?

Дарваз развернулся к учёному, приблизил свои губы к его уху и лихорадочно зашептал:

- Нам стоит уйти.

Дарваз смотрел на странного обитателя шатра перед собой, на Амбротова… И ничего не понимал. Разве не за этим они сюда пришли? Но человек за столом не казался кем-то важным. Скорее, он напоминал одного из этих сумасшедших, решивших применять модификации на самих себе. Как тот тип с птицами в грудной клетке.

- Это не он, - сказал Амбротов. - Тот лоскутник ошибся… Или намеренно обманул меня.

- Ни то и ни другое. - Сказал хозяин шатра. - На самом деле мы встречались. Тогда, в парке, помните?

- Но…

- Да, не со мной лично. И всё это был именно я - и действовал через своего биологического аватара.

- Значит, тот человек был вашим аватаром, а общался я с вами.

- Именно так.

Дарваз понял, что биологический аватар - это наиболее близкое описание пустышки в виде ангела, начинённой взрывчаткой.