Эрнесто заткнулся, повернув голову в сторону каракки. Низкая осадка действительно выглядела внушительно. Так корабль не сядет, если загрузить в него даже десяток ящиков. Нет, для такого там должна быть их сотня, не меньше. А если ещё и парусина есть.

— И сколько металла ты мне отдашь? – уже нормальным, а не бешеным голосом спросил Эрнесто.

— Да хоть весь! Только ты должен будешь полностью восстановить «Сорванца» до последнего гвоздя! Нас немного потрепало рядом с Пуэрто-Дорадо.

Наво всё ожидал, что Рауль расскажет про то, как умер Дуглас, гроза пиратов. Почему-то ему казалось, что в этом месте смерть охотника будет воспринята как повод для всеобщих гуляний. Сколько кораблей потопил этот враг всех пиратов, сколько славных парней пустил на корм рыбам или Командору? Да всё Убежище должно было начать плясать от такой новости! Но он не говорил. Решил приберечь напоследок? Или эта новость слишком шокирующая, чтобы быть рассказанной вот так, между делом.

— Тогда придётся обождать, пока я выпну из дока хотя бы одного! К концу дня будет место. Если доходяга под тобой доживёт до этого часа, можешь завозить его в док. А каракку швартуй вон туда, – на этом Эрнесто потерял к ним интерес, а Рауль с видом кота, укравшего кусок мяса размером с самого себя, приказал бросать якорь прямо там, где стоим. Каракка прошла мимо них, уходя к какому-то отдельному причалу рядом с мастерскими корабелов. Там же и склады, наверное, куда будут перегружать железо?

— Всё, народ, грузимся в шлюпки и уматываем на берег. А четверо самых провинившихся останутся сторожить корабль, чтобы ни одна шваль не подумала его себе захватить под шумок! – часть пиратов радостно закричала, а вот другая подозрительно притихла, переглядываясь и пытаясь выяснить, кто же сильнее накосячил перед капитаном?!

***

Убежище и впрямь мало чем отличалось от того же Пуэрто-Дорадо или даже Маравеля. Те же хлипкие лачуги, те же люди. Разве что вместо дорог здесь были деревянные помосты, скрипящие от каждого шага и норовящие прогнуться под твоим весом. И пиратов здесь было больше, чем где-либо ещё. Особенно выделялись капитаны, важными птицами идущие со свитой, которую изображала команда. Татуировки выставлялись напоказ, блестело золото намеренно вычурных украшений. От последнего у вора чуть не случилось помутнение рассудка, но он вовремя взял себя в руки. Хотя и сделал себе зарубку в памяти, что ходят здесь небедные люди, которые не сильно осерчают после потери одного-двух мешков добра.

Свои кинжалы в богатых ножнах он предусмотрительно обернул тряпицами, внешняя сторона которых была грязной, а вот внутренняя – девственно чистой. И спрятал он их под одежду, но так, чтобы была возможность быстро выхватить. Не сроднился он всё же с саблей. Сильное оружие, которым нужно уметь владеть, дабы нанести противнику хоть какой-то урон. Но не его. Ему больше нравились лёгкие и короткие кинжалы, не стесняющие движений и позволяющие атаковать почти из любого положения. Да и для человека, любящего скрытность, они подходили куда больше.

— Куда мы сейчас? – спросил Наво у Велгантэ, с которым они шли вместе по городу. Великан вызвался показать местные «достопримечательности», а потом довести до кабака, где Рауль будет рассказывать байку о победе над грозным охотником на пиратов. Как сказал сам капитан, всё это время он потратит на подготовку к рассказу. И чуял вор, что выдумок там окажется никак не меньше, чем правды. И что не морской зверь его сожрал, а целый дракон. И что корабль не взорвался, а был захвачен и спрятан Раулем, как тайная казна. Интересно, в истории прозвучит слово о воре, что метнул сушёную рыбу в лицо Дугласу?

Мимо проплыла воинственно разукрашенная дама выдающихся достоинств. Кажется, она даже подмигнула ему.

— Шею свернёшь, - выписал ему подзатыльник великан, отчего у Наво едва не случилась досрочная встреча с Богом. — Ты к этим дамам не суйся. Все деньги с тебя стрясут, и ничего ты за это не получишь. А если так хочется, то найди себе жену, к которой и вернуться с похода можно будет.

— Глупости это всё! – фыркнул вор. — Все же знают, что только уйдёшь в поход, а она уже с другими. И зачем такая жена нужна? Уж лучше монету-другую потратить.

— Молод ты, - Велгантэ покачал головой, осуждая горячность младшего товарища. — Был бы постарше, понял бы, что жену надо выбирать по уму. Не первую попавшуюся хватать, ибо других уже разобрали. А настоящую найти, что ждать будет и любить любым.

— Да ты романтик, Велгантэ. У тебя у самого-то жена есть? Советуешь тут, а сам?

— Нет, - здоровяк хитро улыбнулся, что на его бритой и татуированной голове смотрелось жутковато. — Не всякая дама подходит, Наво. Не всякая. Иногда такую можно и не встретить за всю жизнь.

— Две монеты, Велгантэ. Всего-то две монеты…

***

Неизвестный кабак на окраине…

— А ну убрался отсюда! – зашедший в кабак пират в дверях столкнулся с выходящим оборванцем в каких-то обносках. Незнакомец как будто прилип, пытаясь разойтись и всё же выйти, но с пузатым пиратом места им не хватало. Когда у них всё же получилось, нищий ушёл прочь из кабака. Пират с самодовольством подумал, что лишь у таких богатых людей, как он, хватит денег беспрепятственно ходить по кабакам. Подойдя к стойке, он бросил лениво:

— Лучшую бутылку вина доставай!

— Серебряная. Деньги вперёд, - хмуро бросил владелец кабака, глядя на важного пирата. Тот снова фыркнул, будто бы его оскорбило сомнение в том, что он не сможет заплатить жалкую серебрушку. Недавно они славно пограбили и теперь в карманах водилось даже золото, которое..! Рука зашарила по поясу, пытаясь найти кошелёк. Ведь только что висел! Усмехнувшись и вслух посетовав на свою забывчивость, нервничающий разбойник захлопал по своим карманам. Вспышка осознания озарила его разум, и он с криком выскочил из кабака, бешеными глазами оглядываясь.

— Вор! Держи вора! Где он?! – но доходяги, что недавно вышел из кабака, нигде не было видно. И вместе с ним кануло в воду всё, что было нажито непосильным трудом!

***

Высыпав из кошеля в руку все монеты до последней, Наво безразлично выкинул его в подворотню, а сам с заворожённой улыбкой уставился на горсть серебра с двумя вишенками в виде золотых монет. Деньги никогда не перестанут его радовать, но ведь вокруг так много людей, готовых украсть его сокровища. Бросив вороватые взгляды по сторонам, он ссыпал деньги в свой собственный мешок, пристегнув его ко внутренней стороне своей охотничьей куртки. А ведь он её так и не покрасил. Но она и от грязи неплохо так потемнела. Пропиталась, видать.

До времени, назначенного Раулем, ещё гулять и гулять, а в городе так много людей, не знающих его в лицо. Это не Маравель, где серебряная монета могла быть обнаружена лишь в вещах коменданта, но кто бы его туда пропустил? А здесь – целая россыпь в кармане какого-то невнимательного, непуганого идиота. Абордажи – это хорошо, но воровство ему даётся лучше.

***

— Вы что, без меня начали? А ещё друзьями зовутся, - вместо приветствия сказал Наво, подходя к столу и опускаясь напротив запихивающих за обе щеки еду Велгантэ и Лобара. Посмотрев на то, как аппетитно выглядит их еда, Наво заказал и себе того же. От старика не укрылось, что у вора появились деньги.