К городу они приблизились, когда уже потихоньку начало светать. К городу… Тяжело назвать поселение городом, когда у него нет явно выраженной стены. Этому же городу стена из камней или брёвен не требовалась вовсе – у него она была совсем другого типа. Сотни бедняцких халуп окружали поселение со всех сторон, и не было ни единой прямой улочки, которая вела бы прямиком к центру. Но это так – фундамент. Самой же стеной служили её же стражники. Наво увидел их, едва они только приблизились. В поношенных одеждах, а кто-то и без неё. С грязными лицами и потухшими, казалось, навсегда глазами. Кто-то сидел на земле и драл зубами какую-то траву, пытаясь её пережевать и не выплюнуть, а кто-то и в тени своей хибары, поглядывая внимательным глазом по сторонам. У этой стены нет слепых зон, а состоит она из бедняков, не гнушающихся отобрать чужое.

— Не смотри им в глаза и не подставляй спину. Держись за нами и не отставай, если хочешь прожить ещё хотя бы день, - буркнул ему в ухо Лобар, шагнув на дорогу. На нём тут же скрестились оценивающие взгляды, буквально раздевающие до исподнего и прикидывающие, есть ли в карманах хотя бы пара медяков? Но толком никто не дёрнулся, ведь рядом с седым волком встал гигант Велгантэ. Невзрачного на их фоне Наво и вовсе проигнорировали.

В какой-то момент Наво даже стало казаться, что их точно побьют. Их сопровождали, шли следом, заглядывали в лица и едва не залезали руками в карманы. Удавка стягивалась, но каждый раз расслаблялась, получив зуботычину в особо наглую физию. Это было страшно. Страшно тем, что жутко напоминало кольцо окружения из тех жуков-переростков на тюремном острове. Но ведь это люди, должны же быть хоть какие-то отличия? И они были – люди хитрее жуков.

— Подайте монетку старому человеку? – на их пути возник благообразный старичок с лишь одним глазом, второй представлял из себя страшную рану, кое-как зашитую. Впрочем, деду хватало и одного глаза, сияющего остротой и неподдельным коварством. — На остаток жизни.

— Подам, да только заведено, что услуга за услугу, - Лобар и Велгантэ остановились, а Наво упёрся им в широкие спины. Он оглянулся – толпа преследователей образовала вокруг них достаточно широкий круг отчуждения. Да, смотрели злобно и алчно, но не приближались. Это что за старик такой, к которому столько почтения? — Поможешь – авось и поболее одной монеты по карманам отыщем.

— И чего же надо добрым молодцам на наших задворках? – старик мерзко захихикал, по-птичьи склонив голову и с интересом уставившись на них единственным глазом.

— Людей надо, с которыми говорить можно.

— Так ты и сейчас говоришь. Со мной. Так чего же? Плати монетку, раз нашёл.

— Не-ет, старый, - Лобар не повёлся. — Это мы сейчас с тобой языками треплемся, а нам о деле надо поговорить. С важными людьми.

— О-о-о, - протянул старый беззубым ртом, опёршись о посох. А ведь Наво его раньше-то и не заметил. Оно и понятно – что посох, что старик выглядели как пересушенное дерево. Легко спутать с любой из конечностей. — Людей понимающих ищете. Недёшево, недёшево.

Лобар кивнул и молча протянул руку к Наво. Парень посмотрел на неё и поднял непонимающие глаза.

— Деньги давай.

— У меня нет!

— Вот не надо мне тут. Ты думаешь, что я поверю, что ты ничего не свистнул, воришка?

Наво надулся, как хомяк, у которого пытаются отнять честно нажитое. Да и внутренний его зверь засучил когтистыми лапками, перегорая от возмущения. Это что же получается, его сокровище сейчас потратят на какого-то старика вонючего?! Не бывать тому! Но под ожидающими взглядами пришлось вынуть тот самый кошелёк…

***

— Куда я его положил? – скелет с красной повязкой на лбу шаркал поистёршимися ступнями по палубе и едва ли не на карачках ползал по ней, выискивая что-то. — Куда он запропастился? Я же не мог его снять! Я его никогда не снимал! Ни в этой, ни в прошлой жизнях!

— Ещё немного, и я подумаю, что ты одичал, Анаксар, - голос капитана прервал поиски и без рукоприкладства вздёрнул скелета по стойке смирно. — Что ты там такого потерял, что пришлось костями протирать палубу? Да на меня уже Каллифея ржёт, что мои матросы с ума посходили! Ну, отвечай!

— Капитан, мной был утерян кошель с золотыми монетами, ещё из дома! Отец сунул в дорогу, а мать добавила! Вот, найти не могу! – скелет замолчал, а капитан не стал ничего говорить сразу. Только поднял костяную руку и поскрёб подбородок с приделанными к нему отрезками каната. — Капитан?

— Считай, что пошло на общее дело. Благое дело!

— В смысле? Да как же я теперь без денег-то? Как нищий!

— А ты где их тратить собрался, обалдуй?! А ну марш палубу мыть! Чайки всё засрали, ступить невозможно, а он тут золото ищет, ну чисто старатель на Багряной речке! Пшёл!

***

— Вот и молодец, - Лобар принял кошель и раскрыл его, посмотрел пару секунд, но тут же закрыл, придавив парня тяжёлым взглядом.

— Да что опять не так?! – отгородился руками Наво, пытаясь взглядом найти поддержку у Велгантэ, но великан был намеренно глух, невозмутимо величественен и смотрел больше в сторону ближайшего трактира, откуда доносился запах свежих шашлычков. — Не нравится – верни!

— Сказал бы я тебе, что не так… - прошипел пират и повернулся к хихикающему беззубому старику, придерживая при этом отобранную ценность, на которую уже смотрела толпа, считающая содержимое своим. Да даже на сам кожаный мешочек уже нашлись свои «подлинные владельцы». — Тут дело такое… Есть у нас золотой запас… - толпа колыхнулась, кольцо сжалось. Слово «золото» на мгновение помутило рассудок, угасший от бедности. Но старичок пристукнул посохом, и люди качнулись назад, злобно шипя и проклиная.

— Золотой запас – это хорошо. Чего ж не делишься? Бог велел быть щедрым к братьям своим!

— Так то к братьям, а я своих схоронил уж полвека как. Что до золота, то беду оно может принести в ваш дом. Оно ж такое… старое, деньгами нашими не измерить.

— Старое… - попробовали это слово на вкус старческие губы, на лице старика появилась задумчивость. — А ну как обманываешь? Этак много чего можно старым назвать! Да вот хоть меня! Почти сто лет уж, за внучатами вот приглядываю! Не на кого их оставить, сиротинушек! – его посох совершил оборот, указывая на толпу. Наво прикинул, сколько тут «внучат-сиротинушек». Выходило что-то около сотни… Хорош дед, ничего не скажешь… Производительный. И явно безумный.

— Старое золото с новоделом не перепутаешь. Мы оба это знаем. Монета за всё.

— За что за всё? – прищурился единственный глаз старика, а пальцы чуть сжались на посохе.

— За свободную дорогу в центр города. В одну сторону, естественно. За имена и явки людей, с которыми о делах можно поговорить. И…

— Дальше – дороже! – предупредил старик и старый волк замолчал, кивнув. Выудив тускло блеснувшую монетку, он подбросил её в руке. Сначала Наво не понял, что произошло, но затем понимание пришло к нему само – он не слышал ни звука. Оглянулся, толпа замерла, глядя на золото. Мир замер, исчезли звуки, затих морской ветерок. Его собственное дыхание казалось ему оглушающими раскатами грома. Даже птицы прекратили щебетать, уставившись на чеканную монету старой цивилизации с изображением какого-то дерева. Красивая…