Молодой инженер окрика не послушал, торопливо втискивая свои конечности в узкое окно и пытаясь найти безопасную траекторию для падения. Первостепенную задачу он выполнил – скрылся от взгляда взбешённого Начальника, поломав ему возможность прямой наводки, что последний пытался исправить, вытаскивая себя из-за стола и подбегая к окну, чтобы застрелить ублюдка из окна.

Буквально подлетев к окну на метафорических крыльях жажды крови, Начальник бешеными глазами вгляделся в людей на улице, что либо разбегались подальше, либо стояли и некультурно тыкали пальцами то в окно, то куда-то дальше по улице. Он перевёл взгляд на последнее направление, и его ноздри хищно раздулись. Но уже через мгновение оценки он раздражённо сплюнул за окно – слишком далеко и уже смешался с толпой. Промах будет стоить ему слишком много.

И вот так – уже целый месяц. Целый месяц к нему рвутся в кабинет словно сорвавшиеся с цепи инженеры и проектировщики, неся в своих руках чертежи. И ладно бы путное что, но у всех – одна и та же проклятущая мясорубка! Большой Начальник мог бы припомнить чисто навскидку минимум двадцать вариаций этой напасти от чисто домашней до чисто промышленной или даже боевой, с усиленным корпусом и бронебойными ножами. Мрак…

В дверь деликатно постучались. Мужчина с пистолетом, ствол которого даже не успел остыть после работы магических ускорителей, медленно обернулся. Ещё один?!

— Гляжу, вот ты и сорвался, Генри? – сочувственный взгляд коллеги прошёлся по открывшейся взгляду картине. Стоящий посреди кабинета мужчина походил на солдата, оставшегося единственным стоящим на поле боя, залитом кровью. Правда, доспехов на нём не было, как не было и крови. Зато был взгляд, полный боевого безумия, были раскиданные по полу листки с различными прожектами разной степени паршивости, был пистолет и была дымящаяся дырка от попадания тяжёлой пули повышенной летальности. — Я даже завидую, долго держался. Стюарт вот на третий день рычать начал.

— Этот и без повода может начать слюной брызгать, - сменив лютую ярость на возмущение от сравнения себя с буйным знакомым, владелец кабинета покосился по сторонам и болезненно скривился. Рывок прожектёра уничтожил чёткую систему расстановки стопок с документами, как и сами стопки. Теперь восстановить их не представлялось возможным. В его голове даже мелькнула шальная мысль списать всё на этого гадёныша с его треклятой мясорубкой. Ворвался, уничтожил документы, ушёл с боем! А документы… документы не подлежат восстановлению! Мысль неожиданно понравилась, да так, что это отразилось на его лице.

— По глазам вижу, гадость какая-то на ум пришла, но объясняться перед начальством будешь сам. Давай лучше к нашим делам, - коллега закрыл за собой дверь на ключ, прошагал по чистым островкам до стола и плюхнулся на простенький стул для посетителей. — Что с артефактом, дружище? Что мне докладывать в Янтарном? Начальство умывает руки и посылает меня в качестве гонца с плохими вестями. Но у тебя же есть что-то? Не может не быть!

— Я бы и рад тебе помочь, Стивен, но… - Генри развёл руками, вздыхая и убирая пистоль в потайной ящик стола. — Мы не успели полностью изучить артефакт. Да-да, не смотри на меня так, - отмахнулся от недоверчивого взгляда. — Мои парни чуть не облизали его в попытках понять внутреннее устройство, но время поджимало. Нам до сих пор неизвестен механизм контроля, а большую часть начинки мы не в состоянии даже осмыслить, не то, что воссоздать в металле. Да что там, мы и металл-то затрудняемся обозначить. Какая-то дикая смесь элементов с плавающими процентами состава. В одной маленькой детали концентрация элементов может гулять вплоть до полного разделения. То есть одна половина будет из одного материала, а вторая половина из другого. И я даже представить не могу, каким образом это создано. Ни шва кузнечной обработки, ни следа магической сварки. Как будто кому-то приспичило приклеить одну часть к другой, а оно взяло и приклеилось, став одним целым.

— И по итогу?.. – задал наводящий вопрос внимательно слушающий «гонец», которому всё это предстояло запомнить и изложить в доступной форме.

— А по итогу, Стивен, наш максимум, только не смейся, - повторить самый, тудыть его, примитивный способ удержания равновесия – три ножки с возможностью РУЧНОЙ регулировки! Как на штативе для этих новомодных камер, которые полгода назад выпускать начали. Вот и всё, что мы можем. Больше мы изучить не смогли. Я уже говорил – времени было в обрез. Ещё бы чуть-чуть, и артефакт полыхнул, приманивая тварей уже к нашим дверям, а не к Солмарису. И неизвестно, когда он активируется в следующий раз, чтобы призвать тварей в обратную дорогу.

— Иными словами, мы в абсолютном тупике и вынуждены пользоваться артефактом, не понимая его природы, - резюмировал Стивен, подхвативший дурное настроение коллеги. Хуже того, через несколько часов он приглашён во дворец, где должен будет испортить настроение уже Королю и его советникам, стоящим у трона и шепчущим в уши различные планы по усилению мощи Эверфорда и Короля лично. — Король не обрадуется, если я сообщу ему, что мы вынуждены работать как варвары с высокотехнологичным оружием. С молитвами, бубнами и плясками! Это всё, что нам остаётся!

— Извини, друг, я ничем не могу тебе помочь. Природа этого чуда за пределами нашего понимания. Нам даже толком непонятно, почему твари вообще идут на его свет. Кстати, именно это послужило поводом для смены названия. Теперь мы называем его «Маяк Чудовищ».

— Серьёзно? Смена названия? Может, стоило бросить силы на что-то другое? К примеру, на наш собственный прототип?

— Как бросили, так и отбросили обратно на более важные направления. Ну не хотят эти твари реагировать ни на звук, ни на свет, ни на различные длины магических волн. Мы уже и световое шоу перед мордой этой образины устроили, пытаясь закодировать его быстрой сменой цветов. Самое смешное в этой ситуации то, что на лаборанта подействовало – его после такого пришлось откачивать. Парню конкретно поплохело.

— Вот прямо представляю, как я скажу это Королю. Единственный результат – сбледнувший с лица лаборант и тварь, кладущая на наши попытки свой жучиный зад!

— Могу только посоветовать напомнить Его Величеству, что мы смогли вовремя оценить готовность артефакта ко вспышке, а также по косвенным признакам спрогнозировать время. Из-за этого Маяк полыхнул не у нас, а у соседей, как того и хотел Король.

— А ты подумал, какие земли попадут в руки Его Величества после этой орды? И как мы их потом выкуривать оттуда будем, если мы не сможем вывезти этот ваш маяк из окружения? Королю нужен контроль над этими тварями, а не сожранные до скального основания острова. И без того нищие, к слову!

Генри на это лишь развёл руками. Дескать, а что он сделает? Уже ничего. Артефакт уехал на юго-восток, а они как занимались постепенным наращиванием маготехнических технологий, так и продолжают это делать во славу Короны. Какие к ним претензии? Хотя он уже представил гомерический хохот представителя Палаты Лордов, когда промышленникам придётся доложить о своём провале. Тут есть, от чего загрустить.

***

Южная часть океана, к северу от Тюремного острова.

Сейчас...

Сознание возвращалось к Наво мучительно медленно вместе с колокольным звоном в ушах. Каких трудов ему стоило открыть глаза, уставившись в небо! Голубое-голубое, без единого облачка с ясным и ничем не прикрытым золотым кругляшом Солнца. И парочка чаек, наворачивающих круги по небу. Пребывающий в прострации парень проследил за их полётом несколько секунд. Вероятно, именно это и позволило его острому на всякие мелочи взгляду заметить отделившуюся от одной из птичек частичку, приближающуюся к нему… Да это же птичья ляпка!