— Хорошо, вы общайтесь, а я пойду к себе. — Она ушла, и мы с Ноланом остались вдвоём. Он сразу подошёл ближе и взял мою руку в свою.

— Почему ты здесь? — спросил он.

— Это долго объяснять. Ты уже всё знаешь?

— Да. Вчера Грейс показала мне статью. О каких побоях там речь?

Я отвела взгляд, пытаясь удержать себя в руках.

— В мой день рождения, — выдохнула я и рассказала ему всё. Почти всё. О Джеймсе я не сказала ни слова.

Нолан слушал, и я видела, как его лицо меняется — с каждой секундой всё больше.

— Это тот синяк, который я видел у тебя на лице? Почему ты мне тогда не позвонила?! — Он старался говорить тише. — Я бы всё бросил и пришёл. Неужели ты мне настолько не доверяешь?

— Ты даже не поздравил меня, Нолан. Ни слова не написал. А теперь спрашиваешь, почему я не позвонила?

— Я знаю. Оправданий у меня нет. Но то, что случилось, гораздо серьёзнее наших обид. А ты написала заявление в полицию?

— Нет. Не стала. Не вижу смысла — всё равно ничего не изменится. Ты сказал, что тебе нужно со мной серьёзно поговорить. О чём?

Дэрин зашла к себе в комнату и набрала Джеймса.

— Привет, Джеймс.

— Крёстная, я как раз собирался тебе звонить.

— Давай сначала я, — она перешла на тихий голос. — Вчера я разговаривала со знакомым из издательства. Он сказал, что кто-то из сотрудников видел твою машину и парня, очень похожего на тебя. Подробностей не знает, но сам понимаешь...

— Я там не был, — отрезал он. — Зато я узнал, что у Нолана есть друзья в этой редакции. Так что статья — дело одного звонка. Я почти уверен, что это он. Осталось кое-что подтвердить.

— Я знаю, — Дэрин вздохнула. — Но это ещё не всё. Нолан сейчас здесь, у меня дома. Эйни сказала, что он хотел о чём-то поговорить.

— Что? — голос Джеймса сорвался почти на крик. — Зачем ты вообще пустила его на порог?

— Тише, — осадила она. — Эйни сама захотела с ним увидеться, я не стала ей мешать. А тебе я верю, Джеймс. Но нам нужны доказательства.

— Хорошо. Когда я что-то узнаю, я позвоню тебе.

Я проводила Нолана, пришла в гостиную и опустилась в кресло. Услышала шаги Дэрин и, не дожидаясь вопроса, сказала:

— Нолан уехал.

— Рассказывай, — она села напротив и внимательно посмотрела на меня.

— В общем, он сказал, что навёл справки. Эту статью заказал парень по имени Джеймс — позвонил за три дня до всего, передал с курьером материалы и заплатил хорошую сумму. — Я устало потёрла лоб. — Если честно, у меня уже нет сил разбираться, кто прав, а кто виноват. Не понимаю одного — что мне теперь со всем этим делать? Как теперь появиться на работе?

Дэрин слушала, и с каждым моим словом в ней закипала злость. «Вот же дрянь, — пронеслось у неё в голове. — Думаешь, что можешь меня обхитрить?» Она сделала паузу, а потом заговорила — спокойно и уверенно, как умела только она.

— Эйни, детка, эта ситуация и правда очень неприятная. Я не могу прочувствовать твою боль до конца, но поверь — ничего ужасного не случилось. В наше кафе приходят люди, которым нет дела до городских сплетен. А главное — никаких доказательств у автора статьи нет. Так что ты можешь спокойно работать и ни о чём не беспокоиться. А сегодня вечером мы во всём разберёмся. — Она посмотрела на меня так, будто уже знала, кто за всем этим стоит.

— А Грейс, Кора, Бетти? Они тоже всё знают? — спросила я с надеждой, что они не в курсе.

— Да, но поверь — никто тебя не осуждает. Ты ни в чём не виновата, и мы все за тебя переживаем.

От её слов мне стало немного легче, и я даже улыбнулась.

— Ты права, ничего страшного не случилось. Нужно выходить на работу. Завтра же заступлю в смену.

— Ты уверена? — спросила Дэрин.

— Да, — кивнула я, — я справлюсь.

— Я горжусь тобой. Ты у меня большая умничка, — Дэрин подсела ближе и обняла меня.

После обеда Дэрин ушла в спальню, плотно закрыла за собой дверь и снова набрала Джеймса.

— Ты не представляешь, что Нолан сегодня наплёл Эйни, когда был у нас. И она пересказала ему всё — слово в слово.

— Крёстная, не волнуйся, я всё узнал. Скоро буду у тебя.

Джеймс приехал ровно в шесть.

— Ну, рассказывай, что узнал? — с нетерпением спросила Дэрин.

— Давай я вам двоим всё расскажу. На второй раз меня просто не хватит. — Он потёр переносицу. — Крёстная, ты только присядь, когда я начну говорить.

Она насторожилась, вглядываясь в его лицо, но лишь коротко кивнула.

— Где Эйни? — спросил Джеймс.

— Она в гостиной, — ответила Дэрин.

— Тогда пойдем.

Я сидела в наушниках и не сразу заметила, как кто-то подошёл ко мне. Лёгкое прикосновение к плечу заставило меня обернуться. Я увидела Джеймса и вскочила с дивана как ужаленная.

— Ты?! — закричала я. — Как ты посмел ко мне подойти?!

— Эйни, тише, — Дэрин встала между нами. — Он сейчас всё нам расскажет. Давай выслушаем его.

Дэрин взяла меня за руку, и мы вместе опустились на диван. Джеймс сел в кресло напротив. Несколько секунд он молчал, собираясь с мыслями, а потом заговорил:

— Когда Нолан начал ухаживать за тобой, он уже всё продумал, потому что видел — ты к нему неравнодушна. Он стал уделять тебе больше внимания, провожать, быть рядом. А когда убедился, что ты действительно им увлечена, начал вести себя совсем иначе — грубо, отстранённо. Тогда же он попросил свою знакомую из университета, Аманду, подыграть ему. Она появилась не просто так — он хотел, чтобы ты начала ревновать и выплёскивала эмоции ещё сильнее. Дальше всё пошло по его плану: ссоры, примирения, снова ссоры. Всё сработало. А когда ты уже готова была прекратить с ним общение, он вдруг признался тебе в чувствах. Он играл с тобой, чтобы ты не могла думать ни о чём другом. Помнишь день, когда вы должны были открывать кафе вместе, а он опоздал? В это время он был у твоих родителей.

Я сидела, вжимаясь в диван, и мне казалось, что я проваливаюсь в него всё глубже.

— Что ты несёшь?! Ты... — Я начала нервничать ещё сильнее.

— Эйни, прошу, просто дослушай, — Джеймс остановил меня.

— Когда Нолан пришёл к тебе домой, он договорился с Брайаном и твоей матерью, чтобы отчим ударил тебя во время очередной ссоры. И заплатил им за это. Так вышло, что это произошло в твой собственный день рождения. Нолан уже обо всём знал, и всё, что происходило потом у тебя дома, подстроил он.

— Джеймс... — Голос Дэрин дрогнул. — Ты вообще понимаешь, что ты сейчас говоришь?

— Да, крёстная, я всё понимаю, — Джеймс перевёл дыхание и продолжил: — Как ты уже поняла, твои родители взяли деньги. Ещё Нолан поставил одно условие — записать весь скандал на диктофон. Он оставил его у Брайана, и когда ты зашла к ним в комнату, тот включил запись.

— А потом твои родители украли твои сбережения. Они даже не знали, что ты копишь, пока Нолан не просветил их. Зачем ему это? Ради статьи. Ради должности. В университете ему пообещали место в известной жёлтой газете с одним условием: он должен написать статью, которая станет сенсацией в его родном городе.

И он написал. Ту самую. Номер смели с прилавков, а под постом в городской группе набрались сотни комментариев. Статья разлетелась по другим изданиям — её перепечатывали, добавляя новые «подробности». А у Нолана был план и посерьёзнее — он хотел заснять скандал, чтобы потом использовать запись. Он успел спрятать в квартире пару камер, но твоя мать нашла их и разбила. Видимо, даже она решила, что это уже слишком. Когда он пришёл в ту самую редакцию, где ему обещали должность, и положил на стол только диктофонную запись. Ему сказали, что без видео это не сенсация — в газету может написать любой. Поэтому должность ему так и не дали.

— И сколько... — я, проглатывая слёзы, пыталась спросить, — сколько он им заплатил?

— Большую сумму для этого города. Тут он не пожалел.

— Джеймс... Но как? Как ты всё это узнал? — Дэрин смотрела на него, будто не верила собственным ушам.