— Не берёт трубку. Как ты думаешь, это правда?

— Я... Я не знаю. — Растерянно ответил Нолан.

— Ты же с ней ближе всех, Нолан! — Грейс резко сменила тон. — Как можно быть рядом и не знать, что у неё творится дома?! Что ты стоишь? Звони ей! Сейчас же!

Я долго сидела, глядя в телефон, и наконец решилась. Набрала Нолана.

— Привет, — еле слышно поздоровалась я.

— Эйни! — воскликнул Нолан, и в его голосе слышалось волнение. — Я сам собирался тебе звонить.

— Ничего не спрашивай, — сказала я спокойно, хотя внутри всё дрожало. — Ты сможешь встретить меня сегодня после работы?

— После ресторана? — удивлённо спросил он. — Я... да, конечно. Смогу.

— Тогда до встречи.

— До встречи.

Едва Нолан опустил телефон, Грейс впилась в него взглядом:

— Ну? Что она сказала?

— Попросила встретить её после работы, — Нолан всё ещё держал телефон в руке, явно не ожидая такого поворота.

— Я думала, она вообще не выйдет сегодня из дома...

В дверь позвонили, и я вздрогнула. Дома никого не было, и мне пришлось открыть дверь с опухшим лицом от слёз. На пороге снова стоял Дин.

— Что ты здесь делаешь? Прости, но я правда хочу побыть одна. Тебе лучше уйти.

— Я приехал за тобой, собирайся. Я отвезу тебя к Дэрин, она уже дома и ждёт тебя.

— К Дэрин? — я замерла на полуслове. — Зачем? Ты... Ты всё ей рассказал?! — внутри всё сжалось от новой волны паники.

— Тише, Эйни, — Дин говорил мягко, почти шёпотом. — Я ничего ей не рассказывал. Но она всё равно узнает. Поехали. Тебе сейчас нужен отдых, а Дэрин — именно тот человек, рядом с которым станет хоть немного легче.

Я посмотрела на Дина и молча кивнула. Собрала кое-какие вещи, и мы сели в машину. Ехали в полной тишине, пока Дин не заговорил:

— Эйни, пожалуйста, выслушай меня. Это сделал не Джеймс.

— Не надо, Дин. Я понимаю, он твой брат, но не надо его защищать. Только не сейчас.

— Если бы это сделал он, я бы первый набил ему морду, но я знаю своего брата, Эйни. Поверь мне.

Я ничего не ответила. Отвернулась к окну и просто смотрела на проплывающие мимо дома, даже не пытаясь думать.

Дин припарковал машину и повернулся ко мне.

— Мы приехали, — сказал он.

Дэрин жила в частном доме в тихом зелёном районе Кэрролтона — здесь почти не было машин, а по вечерам пахло скошенной травой и цветами с соседних участков.

Мы зашли в дом, и Дин крикнул с порога:

— Дэрин, мы приехали!

— Проходите, я на кухне! — ответила Дэрин. Она стояла у стола, но, едва заметив меня, тут же оставила всё, подошла ко мне и обняла.

— Милая моя, хорошо, что ты приехала ко мне. Как ты? — она чуть отстранилась и посмотрела мне в глаза.

— Привет, Дэрин. Я в порядке, — я попыталась улыбнуться, хотя мне давалось это с трудом.

— Ничего не бойся. Ты под моей защитой. Будь как дома и просто постарайся выдохнуть, — спокойно сказала Дэрин.

Я улыбнулась и поблагодарила её.

— А теперь, мои дорогие, мойте руки и за стол. Вчера испекла черничный пирог, и, честно говоря, сама не знаю, как удержалась и не съела его одна, — голос Дэрин звучал непривычно мягко.

По дороге в ванную я не удержалась и спросила:

— Куда дели строгую Дэрин? Такой я её вижу впервые.

— Просто на работе и дома это две разных женщины, — усмехнулся Дин.

Мы вернулись на кухню и, увидев за столом Уильяма, переглянулись.

— Знакомьтесь, это Уильям. Уильям, это Дин и Эйни.

— Спасибо, мы уже знакомы, — Уильям улыбнулся. — Привет, ребята.

— Привет, — отозвались мы с Дином в один голос.

— Уильям попьёт с нами чай и поедет по делам. А потом мы поговорим, — добавила Дэрин.

Первые минуты мне было очень неловко, будто ворвалась в чью-то уютную жизнь, где мне не место. Дэрин никогда не видела меня такой — заплаканной и разбитой, но Уильям и Дэрин завели какой-то лёгкий разговор, и напряжение понемногу ушло. Когда мы допили чай, Уильям попрощался и уехал, и мы остались на кухне втроём.

— А теперь, милые мои, рассказывайте. Что случилось? И с самого начала.

Первым заговорил Дин. Потом я продолжила, и чем дольше я говорила, тем отчётливее видела, как меняется лицо Дэрин: злость, удивление, сочувствие сменяли друг друга. Когда я замолчала, она подошла и обняла меня. В её глазах стояли слёзы, но она быстро взяла себя в руки.

— Почему ты всё это время молчала? Разве ты не знала, что я всегда приду тебе на помощь? Эйни, детка... — Она снова обняла меня, крепче, чем в первый раз.

И вдруг стало так тепло, как не было уже очень давно. Я даже не могла вспомнить, обнимала ли меня когда-нибудь так моя собственная мать.

— Спасибо, Дэрин. Я думала, что справлюсь сама, но что-то пошло не так.

— А я? Эйни, я ведь твой друг, — В голосе Дина прозвучала обида. Кажется, я значила для него больше, чем думала.

— Прости, Дин, — я коснулась его руки. — Мне было трудно рассказать. Очень трудно

— Дин, не дави на Эйни. Такие вещи не рассказывают просто так. Это очень личное. — Дэрин выпрямилась, и её голос зазвучал строже, — А теперь давайте по существу, чьих рук это дело? У вас есть догадки?

Мы с Дином переглянулись. Я успела сказать первой:

— Джеймс.

— А я думаю, это Нолан, — тут же добавил Дин.

— Нолан? — переспросила я.

— Джеймс? Нолан? Погодите. При чём здесь Джеймс? — она посмотрела на меня. — Вы разве общаетесь?

— Виделись пару раз, — ответила я.

— Тётя, это точно не Джеймс, — настаивал Дин.

— Тётя? — я уставилась на него. — И почему я узнаю об этом только сейчас? Хотя нет, сейчас это неважно.

— Знают друг друга настолько, что Джеймс решил отомстить? — удивлённо спросила Дэрин.

— Отомстить? За что? — я непонимающе посмотрела на неё.

— А вы правда считаете, что такие статьи появляются случайно? — Дэрин окинула нас взглядом. — Тем более про тебя, Эйни. Ты постоянно работаешь, что это ещё может быть?

— Дэрин, я думаю, это Джеймс.

Она тихо рассмеялась.

— Джеймс? Он бы никогда на такое не пошёл. Я знаю его с пелёнок, он хорошо воспитан. И к тому же он мой крестник и прекрасно понимает: если натворит что-то подобное, мало ему не покажется.

Крестник? Сегодня точно день новостей.

— Но Джеймс — единственный, кто знал всё. Он приехал ко мне в день рождения и видел синяк.

— Это случилось прямо в твой день рождения? — Дин испуганно посмотрел на меня. — И ты даже не позвонила?

— Дин, хватит, — осадила его Дэрин. — А почему вы упомянули Нолана?

— Потому что... Он тоже знал. Но не всё. Это Дин думает на него. Только Нолан меня в тот день даже не поздравил. Мы вообще не общались.

— Так, я всё поняла, — Дэрин решительно поднялась. — Эйни, ты остаёшься у меня. С Бетти я договорюсь. Дин, ты за ней присмотришь, пока я не вернусь. Мне нужно кое-куда съездить. В холодильнике полно еды, не голодайте. Скоро буду.

Мы убрали со стола, и я почувствовала, как наваливается усталость. Дин, кажется, это заметил.

— Может, тебе поспать?

— Мне сейчас не до сна. Я просто хочу полежать, а ты, если можешь, побудь рядом.

— Конечно. — Он улыбнулся мне. — Пойдём, провожу тебя в гостиную.

Дом был небольшим, но очень уютным. Каждая деталь отражала её характер — ничего лишнего, всё строго и со вкусом. Никаких фотографий на стенах, никаких картин, зато повсюду стояли цветы в горшках — на полу у окон, на полках шкафа, на журнальном столике. Интересно, какой Дэрин была в молодости? Я обвела комнату взглядом и вдруг поняла: эта гостиная напомнила мне дом Джеймса. Тот же стиль, та же атмосфера.

«А ведь они с Джеймсом очень похожи», — мелькнуло у меня в голове.

— Присаживайся, я сейчас принесу тебе плед.

— Почему ты не рассказывал, что Дэрин — твоя тётя? И что она крёстная Джеймса?

— Я не хотел, чтобы кто-то подумал, будто я работаю здесь только из-за неё. А про Джеймса... Даже не знаю.