— Это мой маленький секрет. Хотя, признаюсь, основное я узнал лично от звезды жёлтой прессы. — Сегодня, когда я приехал к Нолану, в доме была Кора. Как выяснилось, она помогала ему с самого начала. Они начали встречаться почти сразу, как только Кора устроилась в кафе, — то есть уже около года. А после того, как вы с Ноланом познакомились, он предложил Коре подставить тебя, и она согласилась. Кора следила за каждым твоим шагом. Даже заявилась однажды в ресторан, где ты работаешь, пыталась разузнать что-то ещё. Но, кажется, ничего нового не выведала.

Нолан поднялся с кресла и тяжело выдохнул.

— Это ещё не всё. Теперь о тебе, Дэрин. Помнишь суд, когда вы с бывшим мужем делили пекарню? Те самые «свидетели», которые обливали тебя грязью? Это был Нолан. Шарлотта заплатила ему, и он дал показания. Анонимно.

Лицо Джеймса мгновенно изменилось.

— Эйни? Что с тобой?! — он бросился ко мне, но я уже проваливалась в темноту.

Очнулась я от резкого запаха нашатырного спирта, лёжа на кровати, рядом на стуле сидел Джеймс и держал меня за руку.

— Эйни! Как ты нас напугала, — Джеймс пересел на кровать.

Я попыталась приподняться, но сил пока не было.

— Тебе сейчас лучше полежать. Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке, спасибо.

— Дэрин пошла заваривать нам травяной чай. Я сейчас скажу ей, что ты очнулась, и сразу вернусь. — Он вышел, а я всё же заставила себя подняться и пересесть в кресло. Голова гудела, но внутри было спокойно.

Джеймс быстро вернулся и протянул мне кружку.

— Вот, попей. Я попросил Дэрин остаться на кухне, чтобы поговорить с тобой наедине.

— Спасибо, — я подняла на него виноватый взгляд. — Джеймс, я даже представить не могла, что Нолан на такое способен. Прости меня, что не верила тебе.

— Не извиняйся, Эйни. Ты знала его гораздо дольше. Я бы на твоём месте, наверное, тоже себе не поверил. Особенно после того, как вёл себя вначале.

— Ты сказал, Нолан тебе что-то рассказал. Как ты узнал, где он живёт?

— Когда Дин мне всё рассказал, я сначала сунулся в редакцию — вежливо послали. Тогда я узнал, в каком универе он учится, пробрался туда и уже там вышел на Нолана с его заданием. Ну а с этим придурком барменом мы быстро нашли общий язык.

Нас прервал звонок моего телефона. На экране высветилось «Мама». Я посмотрела на Джеймса и показала, от кого звонок.

— Как думаешь, стоит ли ответить?

— Думаю да. Нам нужно понимать, как они отреагировали на всё это, так что давай послушаем.

Я поднесла трубку к уху — и тут же пожалела.

— Ах ты неблагодарная дрянь! — Она орала так, что я на секунду отстранила телефон. — Весь город теперь тычет в нас пальцами! Из-за тебя! Что ты натворила?!

Я застыла. Джеймс сжал челюсти так, что побелели скулы, но не проронил ни слова.

В трубке что-то грохнуло, зашуршало, и сквозь помехи прорвался другой голос. Брайан.

— Дай сюда! Не лезь!

Брайан вырывал трубку.

— Отдай! Отдай телефон, я сказал!

— Заткнись! Я сам!

И вдруг — тишина.

А через несколько секунд заговорил Брайан.

— Послушай сюда, тварь. Пауза. Он ждал ответа. Я молчала.

— Ты меня слышишь? Слышишь меня, сука? Если я тебя увижу в своём доме, — продолжал он, и каждое слово падало, как камень, — тебе лучше бежать. Поняла? Бе-жать. Ноги в руки — и бежать. Потому что, клянусь, я за себя не ручаюсь.

Мать на заднем плане всё не унималась — пыталась вырвать трубку обратно.

Их голоса мешались, перебивали друг друга, и из динамика теперь доносился сплошной поток мата. Я не могла отключиться — телефон будто прирос к уху.

Джеймс стоял напротив и смотрел на меня, и я видела, как его глаза становятся всё шире.

Он шагнул ко мне и потянулся к телефону.

— Дай, — произнёс он. А может, мне просто показалось — я уже не разбирала слов.

Я не сопротивлялась. Он осторожно забрал телефон из моих ослабевших пальцев, и в этот момент меня накрыло. Я начала истерично смеяться, так что он на мгновение замер. А потом смех сменился слезами, и я уже не могла остановиться. Дэрин вбежала в комнату.

— Эйни! — лицо у Дэрин было испуганным. — Джеймс! Что с ней?

Она бросилась ко мне, приподняла моё лицо за подбородок, а потом резко обернулась к Джеймсу.

— Веди её в ванную и умой холодной водой! Быстро!

Джеймс помог мне подняться и, придерживая за плечи, отвёл в ванную. Включил холодную воду, набрал в ладони и плеснул мне в лицо. Ледяная вода обожгла кожу, но именно это привело меня в чувство. Я выдохнула и, всё ещё дрожа, оперлась руками о раковину.

— Ты как? Вот, попей, — он протянул мне стакан с водой.

— Уже лучше. — Я отпила глоток, поставила стакан на раковину и повернулась к нему. Сделала шаг и крепко обняла, хотя тело всё ещё била мелкая дрожь. — Я так рада, что это не ты. Безумно рада. И спасибо, что ты сейчас рядом.

Я прижалась к нему, чувствуя его тепло, и дрожь постепенно начала отступать. В его объятиях было так хорошо, так спокойно, что мне хотелось, чтобы этот момент длился бесконечно.

Джеймс обнял меня в ответ и тихо произнёс:

— Это тебе спасибо. За то, что ты есть у меня.

Мы простояли так, наверное, ещё минут десять — просто обнимая друг друга, будто встретились после долгой разлуки.

Наконец я выдохнула и тихо сказала: нужно вернуться к Дэрин. Мы вышли из ванной и заглянули на кухню. Дэрин сидела за столом и что-то делала в ноутбуке.

— Дэрин, мы вернулись. И очень хотим попить с тобой чаю.

Она увидела, что я уже пришла в себя, и заметно обрадовалась.

— Ну наконец-то, дорогие мои! А то я уже вас заждалась. — Дэрин оторвалась от ноутбука и обвела нас тёплым взглядом. — Я тут подумала — давайте сегодня просто забудем обо всём, что случилось. Нам всем нужно выдохнуть. А завтра, на свежую голову и с новыми силами, будем думать, что делать дальше. Уильям скоро приедет, посидим, выпьем вина. Сегодня — можно.

Она перевела взгляд на Джеймса и улыбнулась.

— Джеймс, ты ведь останешься у нас?

— Разумеется, крёстная.

— Вот и славно.

После вкусного ужина мы ещё немного посидели вчетвером: я, Дэрин, Уильям и Джеймс. Болтали о пустяках, смеялись, а потом, пожелав друг другу спокойной ночи, разошлись по комнатам. Прошёл час, а я всё лежала и не могла уснуть. Смотрела в потолок и думала: за что? Как вообще мама согласилась на такое? Неужели это стоило каких-то денег? Нолан... Всё рассчитал. Как у него только ума хватило? И почему он выбрал меня? Зачем вообще так поступать с людьми? Ещё и Кора ему помогала. И они встречаются, с ума можно сойти... Как я могла работать с ними и ничего не замечать? А знала ли Грейс о том, что делала её сестра?

Я полежала ещё немного, а потом встала и тихо пошла на кухню, чтобы попить воды. Через пять минут в коридоре раздался шорох. На кухню зашёл Джеймс.

— Тоже не спится? — спросила я и тут же пожалела, что задержала на нём взгляд. Он стоял в одних шортах, взъерошенный и без футболки. Я попыталась смотреть ему в лицо, но глаза предательски скользнули ниже по его телу. «А он ничего», — мелькнуло в голове, и я почувствовала, как к щекам приливает тепло. Надеюсь, в темноте этого не видно.

— Как тут уснёшь, когда ты в соседней комнате? Лежу и думаю о тебе. — Он налил себе в стакан воды и сел рядом со мной.

— Какие планы на завтра?

— Выхожу на работу. А ещё надо что-то решать с жильём — не могу же я вечно здесь оставаться. У Дэрин теперь своя семья.

— Ты теперь часть нашей семьи, так что будешь жить здесь, и это не обсуждается. Ко мне же ты откажешься переехать, да? — Джеймс произнёс это с таким серьёзным лицом, что я невольно рассмеялась.

— Спасибо, конечно, но с какой стати? Мы с Дэрин знакомы меньше года, а с тобой и вовсе несколько месяцев.

— А какая разница, кто сколько знаком? Достаточно того, что Дэрин любит тебя, защищает и не даст в обиду никому. Я уверен, что Нолану и Коре ещё достанется.

— А ты не знаешь, что она теперь будет с ними делать?