— Почему ты такой козёл? — буркнула она, оборачиваясь на него.

— Жизнь заставила таким стать, — заявил он, отворачивая её голову, и приступил к покраске макушки.

— Ты мне нравился куда больше, когда кланялся и извинялся. — хмурясь, подметила она.

— То был скромный и неуверенный студент. А сейчас с тобой разговаривает профессионал своего дела, — заявил он и снова прижал её к спинке стула. — Сиди ровно!

— Профессионал, пфф, — усмехнулась она, покрутив глазами. — Ну да, ты хорош. Но ты не всё обо мне знаешь.

— Ван Линь, — начал он, вставая от неё боком, крася локоны. — Родилась в Японии. В прошлом спортсменка, но не заработала ни одной медали. Были неудачные попытки создать семью. Подождать?

— Не надо, — хмуро буркнула она, опустив голову.

— Я что, задел твои чувства? — спросил он, закончив с боковой частью причёски.

— Нет, — отрезала она.

— Если тебя это утешит, — начал он, вставая перед ней и крася чёлку, — то таких, как ты, миллионы.

— Меня это не утешит, — хмуро ответила она.

Тау остановил кисть, замер на мгновение, затем опустил руку и отошёл, не глядя на неё.

— У тебя хотя бы история есть, — подметил он, разглядывая кисть с краской. — Какая-то семья, знакомые… Мама.

— А у кого их нет… — буркнула Линь, но её уши навострились. — Стоп… — Она медленно подняла глаза, уставившись на него. — Ты про себя?

Тау выдохнул, задержавшись на мгновение, потом помотал головой, опустил кисточку и, молча развернувшись, подошёл к ней. Он не сказал ни слова — просто снова взялся за краску.

— Прости, я не знала, — тихо сказала Линь, разглядывая Тау в упор.

— Никто не знает. И от этого проще, — хмуро подметил он, водя кисточкой по её чёлке.

— Как можно быть таким холодным? — прищурившись, спросила она.

— Недавно ты хотела меня в асфальт закатать, а сейчас пытаешься понять, почему я такой? — спросил он, не останавливаясь и глядя ей в глаза.

— Ну и ты меня мучал, — подметила она, ловя с ним зрительный контакт. — А сейчас сидишь и красишь мне волосы, пока я сижу в одном полотенце.

— Я не выбирал быть таким, — выдохнул он, снова глядя на то, как ложится краска. — Меня таким сделали.

— Хочешь сказать, — скривилась она, приподнимая бровь, — кто-то заставил тебя надеть маску и мстить героям?

— Никто меня не заставлял, — отрезал он и убрал кисть. — Но и другой жизни у меня просто не может быть.

Тау встал с корточек, убрал кисточку со смесью в сторону и сделал шаг от неё, присматриваясь к причёске.

— Готово, — кивнул он и, обойдя её, направился к столу. — Подожди, пока высохнет.

Линь проводила его взглядом, подскочила со стула как взволнованный ребёнок и добежала до зеркала в ванной. Оглядела причёску со всех сторон — чернота исчезла, волосы стали алыми. На её лице воссияла довольная улыбка.

— А знаешь, дракончик, — усмехнулась она, разглядывая себя в зеркале, — ты бы пользовался большим успехом, если бы подался в парикмахеры. Конечно, я бы выбрала цвет ярче, но в целом… ух ты, даже ушки.

Тау ничего не ответил. Подойдя к столу, он выдвинул нижний ящик, открыл двойное дно — там лежали цветные линзы. Взял зелёные, закрыл ящик и прошёл в ванную к прилипшей к зеркалу Линь.

— Вот, — сказал он, кладя линзы перед её носом. — Наденешь потом.

— Зачем это? — спросила она, хватая и разглядывая линзы.

— Скроет твой цвет глаз, — подметил он, краем глаза смотря на своё отражение.

— Как всё замарочено, — буркнула она, кривя лицо, потом пожала плечами. — Ну ладно.

— И убери образ кошки, — добавил он, глядя на её уши.

— Да не хочу я, — возмутилась она, придерживая полотенце. — Чем тебе кошка не угодила? Ты вон как кайфовал от обычного поглаживания.

— Во-первых, — начал он, поправляя очки, — это была секундная слабость, которая не повторится. Во-вторых, образ кошки напрямую ассоциирует тебя с Пантерой, которой ты уже не являешься. А в-третьих, тебя всё ещё легко узнать по кошачьему образу. Так что тут нечего обсуждать.

Линь скривилась и задергалась на месте, но не сказала ни слова. Она знала, что он прав. Просто кошачий образ был единственным, в котором она чувствовала себя естественно.

— Ладно, — вздохнула она, кривя лицо. — И что выбрать?..

— Всё, что хочешь, кроме кошки.

Линь сморщилась, скрестила руки и закрыла глаза. Хмыкая, она перебирала пальцами по локтю. Её уши и хвост менялись раз за разом — медведь, лошадь, кролик, собака, мышь — но всё было не то. Тау стоял и наблюдал.

— Можешь не смотреть, — буркнула она, подбирая образ. — Бесишь.

Так мы провозимся до самого вечера. А мне ещё надо пополнить запасы еды и создать новое снаряжение. Придётся вмешаться. Ненавижу.

— Лиса, — сказал он, и Линь перестала менять образы, взглянув на него с неким удивлением. — Не кошка, уши будут иными. Хвост пушистый, но по другим параметрам не должен сильно отличаться от твоего кошачьего образа.

— А ведь точно…

В ту же секунду её уши приняли лисий образ — такие же острые, как у кошки, но с черными кончиками на верхушках. Хвост стал рыжим и пушистым, с белым кончиком. Он хорошо подходил к её новой причёске.

— Сразу бы так, — довольно подметила она, разглядывая себя в зеркале, а потом с хитрой ухмылкой взглянула на него. — Ну как? Погладить хочешь?

— Оденься, — бросил он, отворачиваясь и выходя из ванной. — Выйдем за продуктами.

— Я, конечно, не против, когда парни командуют, — усмехнулась она, идя за ним следом. — Но обычно это происходит в более интимной обстановке.

— Ты всё переводишь на секс? — бросил он, подходя к шкафу.

— Ну извини, — усмехнулась она, облокачиваясь напротив шкафа. — Это одна из проблем моей способности. Ну, понимаешь, там март… Хочется найти пару и т. д. и т. п. В общем, звериный инстинкт.

— Давай ты будешь заниматься этим не в моей квартире, — заявил он, перебирая гардероб. — Мне тут бардель не нужен.

— Да что ты такой непробиваемый!? — буркнула она, хмурясь на него. — У тебя в квартире почти голая девушка, с лисьим хвостиком и ушками, а ты даже бровью не повёл.

— Ага, — невозмутимо сказал он, доставая выходной прикид. — У тебя 15 минут.

— «У тебя 15 минут», — буркнула Линь себе под нос, закатывая глаза, и пошла к своей сумке. — Как будто вернулась к родителям. — Она взяла вещи и недовольно зашагала в ванную. — Сделай то, сделай это… бесит.

Войдя в ванную, она хлопнула дверью и заперлась изнутри.

Пока Линь возмущалась и приводила себя в порядок в ванной, Тау уже переоделся в белую поло и синие джинсы. Подойдя к столу, он выдвинул ящик с коробкой наличных денег, взял немного и положил в задний карман.

Деньги кончаются. Придётся идти в парк и заработать немного за игрой в шахматы.

Он присел на матрас, наклонился вперёд и схватился за подбородок.

Мэнди — большая проблема. Нужно менять стратегию. Да ещё ЮПГ совсем не готова для моих планов. Я будто снова оказался в начале пути. Всё перевернулось с ног на голову. Ладно, буду решать одну проблему за раз.

Через несколько минут дверь ванной открылась — Линь вышла в свободной жёлтой толстовке и джинсах. Она подошла к Тау и слегка приподняла голову, чтобы он мог увидеть её новые зелёные глаза. Волосы убраны назад, и он заметил, что линзы сидели идеально.

— Что скажешь? — улыбаясь, спросила она. — Красавица?

— Годно, — ответил он, вставая с матраса и направляясь к выходу.

— «Годно»? — возмутилась она, кривя лицо, и проводила его взглядом. — Что, сложно сказать «красиво» или нет?

— Красиво, наверно, — пожимая плечами, ответил он и, остановившись возле выхода, повернулся к ней. — Кстати, запомни: тебя зовут не Ван Линь. Теперь ты Сузуки Мию. Моя подруга детства. Приехала в город недавно. Думаешь перевестись в Олимп.

— В смысле? — возмутилась она, скрещивая руки. — А если мне не нравится имя? Да и что плохого, если у меня будет моё имя? Да ещё и в Олимп? Зачем?