В камере же пришлось и переночевать, но оно и к лучшему, за ночь как раз удалось подобрать подходящую Маску и как следует отрепетировать Роль.

— … магистра оффиция, значит, — допрашивающий меня менталист простучал по столу пальцами, — мда… Хотелось бы поверить, но собрата-менталиста допрашивать — самое паскудное занятие. Да ещё и твой шаманизм в придачу.

— Зелья какие-нибудь есть? — осведомляюсь я, приходя в отчаяние. Как же, ведь недоверие следователя может привести меня прямиком на то проклятое тюремное судно…

— Хм… есть разумеется, но там свои сложности. Да ещё и эльф ты…

Наконец, уговорил Юлия на зелье, которое и выпил, замечая довольные искорки в глазах мага и еле заметную улыбку.

Сознание быстро «повело» и меня вырвало из тела. Оно было внизу, отдельно от души, связанное тонкой нитью.

В тело почти тут же вошёл дух-фамилиар менталиста. Получился этакий зомби — туповатое создание, способное только прямо отвечать на поставленные вопросы. Он роется в мозгах, ища следы Масок, которые есть у каждого менталиста.

Находит, разумеется. Сломать их нельзя, но можно приблизительно понять, что за существо за ними скрывается. Многое можно…

Моё тело внизу начинает говорить, односложно, скрипуче. Страшное зрелище, если честно, мало что страшнее видывал. Зомби на верёвочках — это и есть Я, пусть и не весь.

Что там Я говорю, не слышу, но… диктую. Ниточка, связывающая душу с телом, как пуповина, осталась. Не буду хвастаться, это не моя разработка, а Конторская. Что, как… не имею ни малейшего представления.

Вроде бы не Менталистика и не Шаманизм, а что-то вроде контролируемой шизофрении с раздвоением сознания на отдельные личности. Но не она, это точно.

Диктую телу Образы. Юлий явно доволен допросом, вон как блестит глазами, выясняя подробности убийства. Впрочем, особых подробностей с системой Да-и-Нет получить невозможно, так что дальнейшее сотрудничество мне обеспечено.

Из транса выхожу с трудом, это очень болезненно. Дух ожидаемо набезобразничал в теле, так болят не только мышцы, связки и суставы, но и энергетическая составляющая организма.

— Тяжеловато было, — тоном умудрённого наставника сообщает Юлий, — но ничего, справился.

Вид такой, будто он в шахте смену отработал. Не видел бы своими… своей душой, как он накидывает Иллюзию, поверил бы. Правда, в этом методе мне и видеть было не положено…

— Ну а теперь в баню, коллега. Там вас распарят, разомнут… Браслет пока снимать не будем, да и некоторое ограничение в свободе пока остаётся. Но думаю, в ближайшие дни добьюсь некоторого облегчения.

Из небогато обставленного кабинета в классическом римском стиле, меня выносят на носилках. Термы, ожидаемо, не лучшие — обычные казённые бани прямо в воинском лагере. Двое сопровождающих-надсмотрщиков, двое носильщиков.

Окатили горячей водой, намылили… моют как ребёнка. Да собственно, я сейчас как годовалый младенец по силам, если на ноги и встану, то пройду разве что несколько шагов. Ну вот… ещё и обкакался…

Стыдится подобных вещей ещё во время службы перестал, в госпитале после ранения. Но изображаю всё, что должно изображать правильному эльфу — ядрёнуюсмесь стыда и расового превосходства. Собственно, как и положено показанной мной личности.

Есть такое хорошее понятие, как «Умный дурак» — вроде образование есть, интеллект присутствует… но дурак. Среди эльфов таких особенно много — сочетание расовой инфантильности и безалаберности с качественным образованием дают на выходе ядрёную смесь. Именно такого я сыграл, точнее — такую шизофрению мне ставили. Надеюсь, убедительно получилось.

Классический неглупый авантюрист, которым на самом деле можно уверенно «рулить», если знать уязвимые места. Вон, даже оруженосец-зверлинг, деревенщина этакая, ухитрился убедить его в своей полезности… Нет, такими кадрами не разбрасываются!

Портал открылся над водой, прямо у океанского побережья. Зверлинг ухнул в солёную воду, чудом успев сгруппироваться при падении с высоты десятка метров. Вынырнув, некоторое время отфыркивался, переводя дух, но быстро заметил, что волны относят его от берега и прервал отдых.

Опыта плавания в океанских волнах у генерала ФСБ не было, учиться же на ходу… Василий тут же вспомнил старую истину, что под водой плыть легче, и принялся подныривать под волны. Так это или нет, сказать сложно, но до берега, находящегося всего в сотне метров, он добрался минут через двадцать, совершенно измученным.

Короткая пробежка на четвереньках по песку, от волн, которые норовили утащить обратно, и кошак тяжело распластался на песке. Голова была тяжёлой, мутной. Дёрнувшись было спасать других «десантников», он тут же опустился на песок — в таком состоянии он и сам не выплывет назад.

Мышление потихонечку нормализовалось, Василий Алексеевич встал, и тяжело побрёл по берегу. Ноги подкашивались от слабости, так что годная для посоха палка была подобрана тут же. Благо, берег океана был далёк от понятия «пляж» и всевозможного древесного мусора, водорослей и разбитых ракушек было полно.

На берегу лежали, сидели и стояли остальные десантники. Некоторые пытались заниматься спасением товарищей, связывая валяющуюся на берегу древесину в плотики. Но большинство даже не могло встать на ноги.

Портал… римляне поступили своеобразно — большую часть пленных, не представляющую для них никакой ценности, они отправили в Новые Земли. Открывать… С одним только маячком вместо нормальных портальных координат.

То, что при таком подходе только при десантировании может погибнуть до половины, победителям было наплевать. Достаточно нетипично, отметил для себя ФСБшник, обычно с пленными всё-таки помягче обходились.

Хотя, если после поражения греческого флота, римляне собирались пройтись по греческим Анклавам «Огнём и мечом», такое поведение имеет смысл. Уничтожить вечных противников, превратить их в заведомо слабейшие государства на десятки, если не сотни лет вперёд.

Тогда подобная жестокость имеет смысл. Проигравшие греческие моряки, солдаты, наёмники и всяческие авантюристы, будут Открывать для Рима и его союзников Новые Земли.

Хотят они этого или нет, но оставаться на океанском берегу десантникам нельзя. Нужно двигаться вперёд и тем самым расчищать плацдарм римским легионам. Когда легионеры прибудут, у выживших десантников будут какие-то кроки, будут какие-то зачаточные знания о местных животных и растениях, аномалиях…

А потом ещё проще — очень немногочисленным выжившим десантникам римляне пообещают за помощь амнистию, нормальные условия содержания или что-то ещё в том же духе. И всё, у римской армии будут проводники.

Ну а потом… да бог его знает, что потом. Но генерал в этом фарсе участвовать не собирался — благо, как условно-бессмертному оцифрованному, ему проще идти дальше в одиночку.

Хотя не то чтобы проще… но обречённые умирать НПСы, видя постоянно воскресающего игрока (про то, что он оцифрованный, молчать нужно даже под пытками), могут пойти на всякое.

Василий Алексеевич прошёл по берегу, вроде как в поисках еды и товарищей. Нашёл нанесённые приливом ракушки и мелкую рыбёшку в лужах, съев найденное сырым, прямо на ходу. Встреченные им люди на зверлинга косились в большинстве своём хмуро, откровенно недружелюбно.

Все немногочисленные игроки, которых он знал в лицо, пытались построить десантников в отряды. Генерал подавил усмешку — очень глупо.

Разумеется, главенство в отряде поможет прокачаться несколько быстрей, да и ветви развития могут появиться достаточно интересные. Но думать же надо, кого и когда «строить»! Сейчас десантники злы, будут искать виноватых… И кто может оказаться более виноватым, чем игроки-чужаки? Тем более, что чужаки бессмертные… В отличии от вполне смертных аборигенов-НПС!

Пройдя по берегу, он неплохо подкрепился, ноги перестали дрожать. Знакомых игроков, на которых можно было бы положить, поблизости не было. Искать… Десантники могли растянуться на десятки километров, всё-таки пленных было больше пятидесяти тысяч…