Он потянул Наташу за руку, чуть крепче, чем нужно, будто цеплялся за неё, чтобы не упасть.

—Любимая, поехали, прогуляемся…

Она тут же расплылась в улыбке, будто ничего и не было, будто весь этот неловкий момент просто растворился в воздухе:

Соскучился?

Ильдар, не сводя с меня взгляда, улыбнулся ей и нежно поцеловал её руку так бережно, так правильно, что у меня внутри всё сжалось от боли.

—Безмерно… — тихо сказал он и потянул её прочь.

Они пошли по тротуару, и я смотрела, как он касается её, как чуть придерживает за локоть, как она смеётся, запрокинув голову. Каждое его движение, каждый жест резали меня изнутри. Я знала его руки, знала, как они могут быть нежными и как могут быть безжалостными. И видеть, как он дарит эту нежность не мне, было невыносимо.

Богдан взял меня под локоть и повёл к своей машине. Я села, пристегнулась и прикрыла глаза, чтобы не видеть, как Ильдар с Наташей сворачивают за угол и исчезают из виду.

Мы ехали, и город мелькал за окном: витрины, светофоры, прохожие.

Тёплая рука накрыла мою ладошку. Я не сразу открыла глаза.

—Не реви только, — тихо сказал Богдан, чуть сжимая мои пальцы. — Поехали лучше кататься на качелях и есть мороженое.

Я слабо улыбнулась, вытирая щёку, и покачала головой:

—Что это вообще было?

Богдан чуть помолчал, будто подбирал слова, потом потёр переносицу, как будто у него от всего этого слегка разболелась голова.

—А, ты про поцелуй? — он хмыкнул, будто пытался сделать вид, что это пустяк.

Он остановил машину возле парка, заглушил мотор и посидел секунду, глядя прямо перед собой, будто собирался с мыслями. Потом вытащил ключи и вышел.

Я смотрела на него через стекло: он обошёл машину, открыл мою дверь и протянул руку.

—Ничего такого…не бери в голову! Просто… влюбился…

—Что??!

Он протянул мне руку

—Ну что, идём кататься?

—Ты сейчас серьёзно?! — ахнула я

Богдан пожал плечами, глядя на меня прямо

—Серьёзно. Ты мне нравишься, что я могу поделать? Инстинкты.

Я застыла, не зная, что сказать. Слова путались, сталкивались друг с другом и рассыпались, не успев сложиться во фразу.

—Богдан, я не могу дать тебе то, чего ты от меня хочешь. Я только рассталась с Ильдаром. И мне сейчас… сложно…

—Давай так, — он чуть усмехнулся — Я начну тебя в себя влюблять. Постепенно, шаг за шагом. А ты пока просто расслабишься и не будешь мне мешать. Пойми, сопротивляться бесполезно. Я уже начал!

С трудом сдерживая смех, я молча кивнула:

—Ладно…

Богдан довольно улыбнулся, будто я только что подписала самый важный в его жизни контракт, и потянул меня к небольшому кафе с яркой вывеской и запахом свежей выпечки.

Мы наелись мороженого от души. Я брала всё подряд: мятное, шоколадное, кокосовое — будто пыталась заглушить горечь дня чем‑то сладким. Богдан оказался любителем вишни и манго.

Потом мы пошли на карусель. Она крутилась не слишком быстро, но всё равно захватывало дух. Я смеялась, когда ветер трепал волосы, а Богдан смотрел на меня так, что у меня душа ушла в пятки…

Нагулявшись, мы медленно пошли к машине. Богдан не отпускал мою руку. Его ладонь была тёплой.

Он отвёз меня домой. По дороге мы почти не говорили. За окном мелькали фонари, город потихоньку готовился к вечеру, зажигались огни.

Мы вышли из машины. Я глубоко вдохнула прохладный воздух и улыбнулась.

—Ну, спасибо за прекрасный день. Я действительно расслабилась. Впервые за долгое время.

Богдан кивнул. Он стоял рядом, и вдруг неожиданно наклонился и поцеловал меня. Не дерзко, не напористо, как раньше, а так нежно, что у меня перехватило дыхание. Его губы коснулись моих легко, будто он боялся спугнуть этот хрупкий момент. Это был тот самый поцелуй, от которого захватывает дух и бегут мурашки по коже.

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри разливается тепло, и на секунду прижалась к нему чуть крепче, прежде чем отстраниться.

—Спокойной ночи, Богдан, — прошептала я, улыбаясь.

—Спокойной, девочка, — тихо ответил он, не сводя с меня глаз. — Завтра я снова заеду. Возможно украду тебя куда-нибудь…

Я кивнула, не обещая ничего, но зная, что завтра действительно буду ждать его.

Глава 24

Глава 24

Мирослава

—Ну, что, готова?

Рука, протянутая Богданом, заставила меня вложить в неё свою тонкую ладошку. Он легко, но уверенно потянул меня из машины, будто знал: если дать мне хоть полсекунды на раздумья, я снова начну искать повод сбежать.

Загородный спа‑комплекс встречал нас мягким светом фонарей и запахом хвои. День рождения Наташи. И мы здесь вместе с Ильдаром, на все выходные. От этой мысли внутри всё слегка сжималось.

Богдан крепче сжал мою ладонь, в другой руке он держал дорожную сумку, и повёл меня к стойке регистрации. Возле неё уже ждала Наташа.Сияющая. Она бросилась ко мне, обняла

—Как я рада, что вы приехали! Ильдар сейчас в номере, раскладывает наши вещи.

На ней был симпатичный костюм коричнево‑шоколадного цвета. Он ей невероятно шёл, подчёркивал её лёгкость и эту её врождённую очаровательность.

Наташа протянула Богдану золотую карту‑ключ:

—Ну, вы тогда заселяйтесь. По этой карте можете ходить везде, в любой зал. Так, я пойду переоденусь. Вы тоже переодевайтесь и спускайтесь к шести в ресторан. Поужинаем вместе.

Номер оказался двухместным, с одной кроватью. Это и понятно: все вокруг уже давно считали нас парой.

Богдан плюхнулся на кровать, широко улыбнулся и заявил:

—Чур, я в душ. А ты пока переоденься. Половина шестого, скоро ужин.

Я кивнула, и он скрылся в ванной. Оставшись одна, я на секунду замерла, прислушиваясь к тишине. Потом быстро закончила сборы: платье село идеально, туфли выглядели эффектно, но застёгивать их оказалось настоящим испытанием. Чёрное, обтягивающее, с кружевами и провокационновмт вставками на спине и по бокам.

Волосы уложила в изящную причёску, оставив несколько прядей падать на лицо.

—Вах, какая у меня дэвушка красивый! — Богдан, уже высушивший волосы и накинувший тёмную рубашку, замер на пороге и смотрел на меня так, будто увидел что‑то по‑настоящему редкое. Потом хмыкнул и вопросительно приподнял бровь: — Если ты явишься на ужин в таком виде… Хм‑м‑м… Случится нечто страшное. Либо Ильдар, либо я тебя украдём, затащим в номер и… изнизнасилуем!

Я только фыркнула, пытаясь сохранить невозмутимость, но пальцы предательски дрожали, когда я пыталась справиться с застёжкой на туфле.

—Эти дурацкие туфли… никак не могу застегнуть… А‑а‑а… Ты что?! — ахнула я, когда Богдан неожиданно опустился передо мной на колени.

Он взял мою ногу в свои руки: легко, бережно, будто она была чем‑то хрустальным. Его пальцы скользнули по ступне, едва касаясь, и вдруг он очень нежно поцеловал её.Невесомо коснулся губами, так тихо и неожиданно, что у меня на секунду сжало между ног. Потом он надел туфлю и ловко застегнул замочек.

Это был самый провокационный жест в моей жизни. Впрочем, как и сам Богдан — одна сплошная провокация: двухметровый, безумно красивый и невероятно очаровательный.

У меня перехватило дыхание, когда он проделал то же самое со второй ногой, аккуратно поставил обе ступни на пол и вопросительно посмотрел на меня:

—Ты так дышишь… У меня летит к чертям крыша …

Я прикрыла глаза, пытаясь прийти в себя, собрать мысли в кучу, но они разлетались, как испуганные птицы.

—Прекрати, — прошептала я, не столько ему, сколько себе. — Мы опаздываем. Наташа ждёт.

Богдан медленно поднялся, не отводя взгляда, потом легко щёлкнул меня по кончику носа, и напряжение вдруг лопнуло, как натянутая струна.

—Ладно, ладно. Не буду. Но предупреждаю: в этом платье ты будешь центром притяжения. И я не обещаю, что смогу спокойно сидеть и держать себя в руках .

—Тогда просто сиди и ешь, — буркнула я, пряча улыбку.

—Не могу. Ты красивая. И это факт, с которым я вынужден жить.