Я дёрнулась, вырывая руку, и злость вспыхнула внутри, обжигая:

—Какого чёрта ты себе позволяешь?! Я никуда с тобой не поеду.

Он прошипел в ответ, голос стал жёстким, почти отчаянным:

—Поедешь. Домой. Ко мне. И мы поговорим! Я тебе никогда не врал о своих чувствах. Я тебя люблю, очень сильно люблю. Это правда.

В этот момент мой телефон завибрировал в кармане. Я невольно улыбнулась. Вытащила телефон, показала экран: на дисплее высветилось фото входящего звонка — Наташа. И в ту же секунду по щеке скользнула вниз непрошеная слеза. Горькая, злая.

Ильдар выругался сквозь зубы, резко, зло, будто этот звонок был личным оскорблением. Выхватил из моих рук мобильник и сбросил входящий.Я выругалась, вцепившись пальцами в сиденье, пытаясь удержать хоть каплю достоинства.

—Открой дверь! — потребовала я, но он лишь коротко кивнул, будто не слышал, и бросил:

—Нет.

Я отвернулась к окну, стиснув зубы, злясь на него. Машина рванула с места, колёса зашуршали по асфальту, и город за стеклом поплыл, сливаясь в одну серую полосу.

Довольно быстро мы остановились возле небольшого двухэтажного домика. Он стоял чуть в стороне от дороги, с высоким забором. Веранда перед входом покосилась, перила местами потемнели от времени, но в целом дом выглядел ухоженным. Ильдар открыл дверь, протянул мне руку. Я проигнорировала её и вышла сама, выпрямившись, стараясь не показать, как дрожат колени.Он не сдался.Снова схватил меня за руку и повёл за собой, таща по ступеням веранды. Дверь скрипнула, когда он её распахнул, и мы оказались внутри. Он зашёл следом, щёлкнул замком, будто отрезая любые пути к отступлению.

В коридоре было темно, свет пробивался только из приоткрытой двери в гостиную. Ильдар потянул меня дальше, но я вырвала руку и остановилась.

—Хватит, — голос прозвучал твёрже, чем я чувствовала себя на самом деле. — Дальше не пойду.

Он замер, потом резко выдохнул, будто пытался собрать остатки терпения.

—Ладно. Здесь. Прямо здесь.

Я прошла вперёд, села на стул у небольшого столика, закинула ногу на ногу и посмотрела на него внимательно, холодно, так, чтобы он понял: я не собираюсь слушать оправдания.

—Внимательно тебя слушаю. У тебя есть три минуты. Время пошло.

Он подошёл ближе, склонился, и провёл указательным пальцем по моей щеке. Я не отшатнулась.

—Ты мне очень дорога… — начал он, голос звучал искренне, почти надломленно. — Я думал, что свадьба всё решила. Я нагулялся. И теперь брак по желанию родителей. Наташа — дочь лучшей подруги моей мамы. Мы знаем друг друга с детства. Нам всегда было хорошо вместе. И я думал, что она мне подходит больше, чем остальные девушки. А потом я встретил тебя. Мой мир, к чёрту, полетел! Ты перевернула мою жизнь. Я знал, что должен буду жениться на Наташе, знал, что она меня любит… Но увидел тебя, узнал тебя, и понял, что пропал. Я влюбился, понимаешь?! Впервые в жизни со мной такое. Я не соображал, что делать дальше, просто не мог тебя отпустить.

Я громко выругалась, не сдерживаясь, потому что эти слова били больнее любых пощёчин.

—Ты что, ненормальный?! Ты не подумал, что мне будет больно, когда я узнаю правду?!

Он замотал головой, снова схватил меня за руку, будто боялся, что если отпустит, я исчезну.

—Я не могу тебя потерять, ты нужна мне!

Неужели он действительно так сильно любит меня? Я провела ладонью по его щеке, заглянула в глаза, и спросила тихо, но так, чтобы каждое слово врезалось:

—То есть ты хочешь, чтобы я осталась с тобой?

—Конечно!

—И ты будешь со мной?

—Да.

—Ты бросишь Наташу, отменишь свадьбу и представишь меня своей девушкой? И мы поженимся. Так всё будет?

Он посмотрел на меня как на умалишённую.

—Нет. Я не могу так поступить с Наташей. Не могу подставить родителей. Мы поженимся.

Теперь я смотрела на него как на чужого. Как на человека, который только что растоптал все мои надежды одним предложением.

—Пошёл ты, Ильдар, на хрен! — я оттолкнула его и пошла прочь, к выходу. Но он загородил собой дверь, выставил вперёд руки, намеренно удерживая меня.

—Открой дверь, я хочу уйти отсюда!

—Нет! Я не могу тебя отпустить! Я просто хочу, чтобы ты осталась со мной! Как ты не понимаешь?!

Меня окончательно вывела из себя эта слепая уверенность, что он может всё устроить по своим правилам. Я топнула ногой, пытаясь оттолкнуть его:

—Останусь в качестве кого?! А?!

—Любимой женщины. Я куплю нам дом!

Я рассмеялась.Смех был горьким, почти истерическим:

—Или квартиру!

—Всё, что ты захочешь, Персик!Ты сама всё обустроишь, как тебе нравится. Всё будет как ты пожелаешь.

Такой чуши я ещё никогда не слышала. Меня уже трясло от злости, от этой нелепой попытки купить мою любовь.

Я усмехнулась, глядя ему прямо в глаза:

—Ты, значит, женишься на Наташе, а мне предлагаешь стать твоей любовницей?!

Его лицо перекосилось от злости, он стиснул зубы и встряхнул меня за плечи:

—Ты что такое говоришь?! Зачем ты всё опошляешь?! Мы любим друг друга! И мы будем вместе. Надо только потерпеть. Как только я разведусь лет через пять, может, шесть, мы будем вместе. Как ты не понимаешь, это лучшее решение для нас!

Мне стало так смешно, что я не могла остановиться. Смех рвался наружу, смешиваясь со слезами, и я осела на пол, не в силах держать спину прямо. У меня случилось что‑то вроде мини‑истерики, нервы просто сдали.

Он тут же наклонился, заботливо, будто ничего не произошло:

—Я принесу тебе водички?

—Себе принеси. Тебе, кажется, нужнее, — я утирала слёзы, которые лились уже не от смеха, а от отчаяния, и пыталась успокоиться. — Всё кончено, Ильдар. Я не хочу больше тебя видеть. Я ухожу.

Я встала на ноги, задёргала ручку двери. Но Ильдар не собирался меня отпускать.

—Я сейчас сломаю замок! — предупредила я, голос звенел от напряжения.

Он пожал плечами:

—Ломай…

—Какой ты козёл!

—А вчера утром в постели ты другое мне шептала! — нагло заявил он, и я не сдержалась, ударила его по лицу.

В тот же миг в дверь постучали. Звук был тихий, но в этой звенящей тишине он прозвучал как выстрел.

—Ильдар, ты дома? Открой, у меня что‑то ключ не проворачивается…

Я обмерла, прошептала, чувствуя, как кровь отливает от лица:

—Наташа пришла… Доволен?! Что теперь делать?!

Ильдар стиснул моё запястье и потащил по коридору.

—Пусти меня! — я сопротивлялась, но он был сильнее.

Он затащил меня в небольшую комнату, больше похожую на кладовку: тесную, заставленную коробками и старыми пледами. Толкнул в угол, к стеллажам, и прижал палец к губам:

—Ч-ш-ш-ш, тихо. Посиди, пока я её не отправлю отсюда.

И вышел из комнаты, закрыв дверь на ключ.

—Ты что делаешь?! Выпусти меня отсюда! — я забарабанила кулаками по двери, но в ответ услышала только удаляющиеся шаги и приглушённый голос Ильдара где‑то в глубине дома.

—Ч-ш-ш-ш. Я скоро вернусь, обещаю!

Я прижалась лбом к прохладному дереву и закрыла глаза. В такой ситуации я ещё никогда не оказывалась…Я так осуждала отцу, и тётю Веру, которая была его любовницей , а по итогу…сама стала тётей Верой, которую так отчаянно ненавидела….

Глава 20

Глава 20

Я колотила в дверь, пока костяшки не заныли, а в горле не пересохло от криков.

— Выпусти меня! Немедленно! Ты с ума сошёл?!

Но в ответ только удаляющиеся шаги и приглушённый голос Ильдара где

то в глубине дома. А потом я услышала её. Голос Наташи.

— Ильдар, ты дома? У меня что

то ключ не проворачивается… Я думала, мы вместе пообедаем…

Я замерла, прижимаясь лбом к прохладному дереву двери.

«Мы вместе пообедаем…»

Она ведь правда ничего не подозревала. Для неё всё было просто: любимый человек, свадьба, будущее. А я стояла в этой тесной кладовке и портила ей жизнь.

— Да, я тут, — голос Ильдара звучал натянуто, неестественно бодро. — Заходи, я как раз… кое