Мама ахнула и резко повернулась к сестре.

— Амара Джованна ДиЛука, как ты смеешь такое говорить о своем брате? Он хороший мужчина. Мы воспитали его как надо. Может, он уже немолод, но тут уж ничего не поделаешь.

Мое лицо к этому моменту пылало. Все становилось только хуже.

Она улыбнулась мне и похлопала по щеке чуть сильнее, чем стоило бы.

— Мой милый мальчик кому угодно ровня. А теперь иди туда и пригласи эту женщину на танец.

Я выдохнул.

— Я не могу просто так влезть в ее свидание.

— Это называется «отбить танец». Разберешься. — Она забрала у меня из руки пустой стакан. — Иди. — Она снова толкнула меня, на этот раз еще сильнее. — Заставь мать гордиться.

Делия

Из всех благотворительных вечеров во всех городах мира Энцо, мать его, ДиЛука должен был явиться именно на этот.

И у этого мерзавца еще хватило наглости выглядеть чертовски великолепно в безупречном черном костюме. С черной рубашкой и без галстука, между прочим. Какой-то сексуальный модный бунтарь.

Никаких строительных ботинок сегодня не наблюдалось. Нет, он вырядился в костюм Tom Ford, скроенный так безупречно, что подчеркивал все его многочисленные достоинства.

Борода, свежеподстриженная, делала его только еще аппетитнее.

Мысли тут же вернулись к нашей стычке в моей ванной. К его мощной груди, широкой, теплой, покрытой волосами. Волосатая грудь никогда меня не привлекала, но у Энцо она лишь усиливала его мужскую притягательность.

К сожалению, он пришел с парой. Или с парами. Я все еще пыталась понять, что у них там происходит. Большую часть вечера его окружали три женщины. Что, черт возьми, творилось? Он не мог, как нормальный человек, привести одну спутницу?

Я размяла шею и улыбнулась Кайлу, когда он протянул мне новый бокал шампанского. Пока что вечер нельзя было назвать полной потерей времени. Платье было огонь, а то, как у Энцо отвисла челюсть, когда он меня заметил, окупало весь дискомфорт от светской болтовни. Я взяла его в Rent the Runway, потому что бюджет больше не позволял тратиться на вечерние наряды. Вместе с ним заказала еще несколько платьев, куда больше в моем стиле.

Дилан отвергла более скромные варианты, которые нравились мне, и терзала меня без остановки, пока я не согласилась надеть зеленое. Она решила, что нам нужно совпадать по цвету. Эту идею она подхватила у будущей свекрови. Потом Лив удивила нас, пригласив команду стилистов и визажистов. Мы потягивали напитки — органическое вино для Лив, Шейлы и меня; какую-то вишневую «мамозу», которую Кортни смешал для Дилан, — смеялись и вспоминали беззаботные студенческие дни, когда на сборы тратили больше времени, чем на саму вечеринку.

Уже тогда мы были не разлей вода. Большую часть времени проводили вместе в нашей комнате, смотрели реалити-шоу и ели попкорн из микроволновки. Мало что изменилось. Разве что теперь мы собирались на крыше или запирались в кабинете Шейлы, пили вино и обсуждали скабрезные книжки.

Кайл оказался идеальным спутником. Весь вечер он широко улыбался, делал селфи и при необходимости пополнял мой бокал шампанского.

За ужином он вежливо поддерживал разговор, расспрашивал о моих детях и оказался невероятным танцором. Кайл Боско был идеальным материалом для легкой интрижки. В нем сочетались тело качка и энергия дружелюбного золотистого ретривера. Никаких обязательств, никаких рисков. И, судя по рассказам Кортни и Дилан, он был бы не против.

Но, как бы просто все ни выглядело, интрижки я не хотела. И уж точно не хотела его.

Только я больше не понимала, чего хочу. Чувства, годами спавшие где-то глубоко, поднимались на поверхность, а девать их было некуда. В моей жизни не было места влюбленности в подрядчика. Не было ни времени, ни пространства, чтобы разобраться с влечением, от которого я никак не могла отделаться.

— Пойдем танцевать. — Кайл улыбнулся мне так, что, наверное, трусики от такой улыбки падали сами собой раз в две недели.

Я уже подумала отмахнуться, но тут снова увидела Энцо. Он смотрел на меня от бара. И я протянула Кайлу руку. Раз уж этот тип собирался расхаживать тут с целым гаремом женщин, я потанцую с красавчиком-бейсболистом.

Когда он вывел меня на танцпол, оркестр заиграл первые ноты Wonderful Tonight.

Кайл притянул меня ближе и положил руку мне на бедро.

— Я танцую с тобой только потому, что ты одноклубник Кортни, — чопорно сказала я. — Если эта рука сдвинется хоть на сантиметр ближе к моей заднице, я ее сломаю.

Его глаза расширились, и провинившаяся рука поднялась по моей спине на пару сантиметров.

— Без проблем. Руки мне вообще-то нужны для работы, так что буду вести себя прилично.

— Вот и хорошо. — Я коротко кивнула. — Рада, что мы поняли друг друга.

— Я просто пришел хорошо провести время. И хотя ты, похоже, немного на взводе, я не против. Мне нравятся нервные женщины.

— Просто заткнись и танцуй, Кайл.

— Да, мэм.

Но он оказался болтуном. И, хотя вел меня уверенно и умело, рот держать закрытым не мог.

— Есть какая-то причина, почему ты все время смотришь на того парня у бара? Он тебе денег должен?

— Нет.

— Кровная вражда?

Я отстранилась и подняла одну бровь.

— Что? В межсезонье я много смотрю тру-крайм.

Я покачала головой и позволила ему повернуть меня так, чтобы Энцо больше не было видно.

— Он мой подрядчик, и я его ненавижу.

— Жаль, потому что он идет сюда.

Резко вдохнув, я отпустила руку Кайла и развернулась. И чуть не врезалась прямо в широкую грудь Энцо. Черт, костюм был просто невероятный.

— Можно украсть танец? — спросил он у Кайла, будто я была какой-то вещью, которую передают из рук в руки.

— Нет, — сказала я.

В ту же секунду Кайл сказал:

— Да.

— Проваливай, Энцо.

Кивнув Кайлу, он взял меня за руку и притянул вплотную к себе.

— Просто потанцуй со мной, принцесса, — прошептал он мне на ухо, и от его хриплого голоса по спине побежали мурашки.

Мне следовало послать его на хрен. Следовало оттолкнуть. Но жар его ладони на моей спине немного растопил ярость. В его одеколоне, должно быть, содержался какой-то токсин, нарушающий работу моего мозга, потому что вместо того, чтобы разнести его в клочья, я позволила ему мной командовать. И, может, даже немного получила от этого удовольствие.

Так что мы танцевали. Я молчала, потому что боялась выкинуть какую-нибудь идиотскую штуку. Например, спросить, можно ли лизнуть его в шею. Он пах до чертиков хорошо, был теплым и сильным. Мне не полагалось это любить. Не полагалось жаждать такого прикосновения.

Но каждый раз, когда он оказывался рядом, чувство, будто мне не хватает чего-то важного, становилось сильнее. Завтра я снова могла начать с этим бороться. Может, всего на минуту я позволю себе это прочувствовать. Что бы это ни было. Потому что я, черт возьми, понятия не имела, что происходит.

Одна песня перетекла во вторую, потом в третью. Я чувствовала, как напряжение нарастает. Что это? Нам нужно остановиться. Я же не могла всю ночь покачиваться в его объятиях. Хотя... могла?

Очевидно, он оказывал глубочайшее влияние на мои умственные способности. Я винила смокинг и эту чертову бороду. Мне хотелось потереться об нее щекой.

Наше поцелуйное безумие в душе оказалось слишком коротким, чтобы я как следует поняла, как она ощущается на коже. Я заставила себя оглядеться, отчаянно ища что-нибудь, что выдернет меня из этого похотливого тумана. Слишком давно я не баловала себя тем, что Шейла любила называть «заботой о себе». И, очевидно, сегодня мне придется поставить это в приоритет, потому что я опасно близко подобралась к публичному позору.

— Эй. — Я нарушила наше молчание и кивнула в сторону бара. — Кажется, наши спутники нашли общий язык.

Он проследил за моим взглядом туда, где Кайл болтал с одной из женщин, сидевших раньше рядом с Энцо.

Он покачал головой.