— А это, — она указала на щиток жестом ведущей телеигры, — наш щиток с предохранителями.

Он был совершенно новый, с аккуратными подписями для каждого предохранителя в доме.

— В старом стояла проводка на фарфоровых изоляторах. Кажется, ее не обновляли со времен до Второй мировой, так что я потратила целое состояние. Но эта ванная — та еще сука и подчиняться не собирается.

Она открыла щиток и уже собиралась щелкнуть предохранателем, когда по моей спине пробежал холодок. В тот же миг каждая клетка моего тела застыла от ужаса.

— Что это было? — спросил я, заставляя себя отступить.

Она обернулась и усмехнулась.

— Может, паук. Может, змея. Мы тут пару раз их видели.

— Что, блядь? — взвизгнул я.

Достоинства в этом не было. Вообще никакого. Но я до ужаса боялся змей и не мог сейчас изображать хладнокровие.

— Это не Амазонка, Энцо. Они не ядовитые. Обычно ужи или молочные змеи. Саут-Энд построен не на скале, а на насыпном грунте, поэтому у нас бывают змеи. Приходится с этим жить.

Я пригнулся еще ниже и уже вспотел. Я ненавидел змей. Ненавидел. С большинством тварей я мог справиться. Черт, я повидал всякое в старых зданиях. Но змеи? В темном подвале, откуда некуда бежать?

Я был в полной панике.

— Давай я включу автомат, и мы отсюда выберемся, — сказала она.

Она была совершенно спокойна, хотя снималась в настоящем фильме ужасов.

И тут я его увидел. Движение боковым зрением.

Ледяная волна паники растеклась по венам. Все разумные мысли вылетели из головы, а сердце заколотилось. Затаив дыхание, я повернулся туда, где заметил движение. И вот она. Маленькая, тонкая, но свернувшаяся кольцом и смотрящая прямо на меня. Я заорал во всю глотку, отскочил назад и по пути ударился головой о потолочную балку, сбив десятилетия паутины, пыли и бог знает чего еще.

— О господи. О господи, — завопил я.

И тогда случилось самое потрясающее.

Делия схватила лопату, висевшую на крюке у стены, и опустила ее прямо на змею, отрубив ей голову.

Она ее убила. Совсем. Разрубила эту тварь надвое, пока та не успела меня укусить.

— Видишь? — Она подцепила змею лопатой. — Ничего страшного. Меня не зря зовут Медузой.

Сердце колотилось так быстро, что я едва мог дышать. Застыв на месте, я смотрел, как она включила автомат и пошла обратно ко мне, неся мертвую змею на лопате к крошечной двери. Когда она выбралась на свет, я стряхнул оцепенение и последовал за ней. До самой лестницы, через дверь и к мусорным бакам за домом, куда она выбросила змею так, будто делала это каждый день.

— Не благодари, — сказала она, хихикая над моим ужасом.

Я едва мог связать слова. Я. Суровый парень, любитель природы. Я прыгал с парашютом, плавал с акулами. Утро проводил на боксерском ринге. Но змеи? Когда дело касалось змей, все ставки слетали.

— Ты сказала, они не ядовитые, — пробормотал я, начиная дрожать на зимнем воздухе.

Она прищурилась.

— У тебя сотрясение? Шей может помочь.

— Она физиотерапевт, — поправил я.

— Да, но она во всем этом разбирается. Наверняка сможет заварить тебе лечебный чай. Или попроси Дилан подобрать тебе кристалл или какую-нибудь ее странную хрень. У меня нет времени целовать твои бо-бо.

— Я в порядке, — процедил я сквозь зубы.

Я определенно был не в порядке, но признаваться в этом сейчас не собирался.

Она придержала для меня заднюю дверь.

— Кто бы подумал, что большой страшный строитель так боится змей?

Даже вид того, как она прикусывает пухлую нижнюю губу, не мог отвлечь меня от ужаса.

— Они страшные, — объяснил я, заходя в дом. — И я не попадусь в эту ловушку. Я адекватный мужчина. Могу признать свои страхи и отвечать за них.

Она постучала красным ногтем по подбородку, все еще ухмыляясь мне.

— Дай угадаю. Змеи. — Она подняла один палец. — Обязательства. — Подняла второй. — О-о. Клубы без подачи бутылок за столик.

Когда она смеялась, она выглядела такой красивой, что мне было плевать, что смеется она надо мной.

— Дерзкие женщины, которые не знают своего места…

Ей было слишком весело.

Мы стояли в захламленной прихожей и смотрели друг на друга. В тесном пространстве я чувствовал тепло ее тела. Нужно было отступить, дать себе больше воздуха, но организм все еще был полон адреналина, и это делало меня безрассудным.

— Мимо по всем пунктам, принцесса. Ну, кроме змей.

Она закатила глаза.

— Ты невероятная женщина, — сказал я, глядя на эти блестящие красные губы.

— Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю.

Она скучающе пожала плечом и протиснулась мимо меня.

— Мы здесь закончили? Мне еще преступников обвинять.

Делия

— Он отлично справляется, — сказала Лив, плюхаясь на край дивана. Она грызла крекер из полбы с тарелки с фруктами и овощами, которую Шейла приготовила для детей.

— Кортни в восторге от стен, — сказала Дилан, двигая по цепочке свой кулон из розового золота. — Мое решение с книжными полками было куда изобретательнее и лучше создавало нужное ощущение пространства, но в этом споре мне все равно было не победить.

— Он просто такой профессионал. — Лив искренне улыбнулась мне и заправила за ухо прядь, выбившуюся из пучка. — Все его сотрудники такие отзывчивые и добрые.

— И они так хорошо убрали мусор после демонтажа, — добавила Шейла. — Я переживала из-за взвешенных частиц и возможного окислительного дыма, но промышленные очистители воздуха, которые они поставили, высший класс, — добавила Шейла. — Я немного почитала и, кажется, закажу несколько домой. Качество воздуха должно быть семейным приоритетом.

Они продолжили болтать о том, какой Энцо замечательный и сколько хороших перемен они уже заметили. Как бы меня ни раздражало, что мои подруги от него без ума, у меня не было сил спорить.

Я была как зомби. Двигалась на автопилоте. Снова и снова прокручивала в голове события дня.

Я понятия не имела, кто помог детям с уроками или уложил моих дочерей спать. И не знала, кто помог Шей загрузить посудомойку, хотя сегодня была наша очередь убирать после ужина.

Потому что мыслями я была совсем в другом месте. И место это было не из приятных.

— Ты расскажешь нам, что случилось? — спросила Лив с непривычной для нее прямотой. Наверное, я сорвала одно из ее секс-свиданий с Беккетом. Черт. Она заслужила потрахаться.

Шейла сунула мне в руку бокал с щедрой порцией красного. На стекле золотом были выведены слова: «На вине и похабщине». Это был девиз нашего книжного клуба, и Дилан купила нам набор особых бокалов для еженедельных встреч. Но книжный клуб был по четвергам.

— Сегодня среда, — сказала я пустым голосом.

— Экстренное собрание, — пропела Дилан. — Сегодня у тебя аура темная и агрессивная. Обычно ты ярче, краснее. Ты вошла, и мы сразу поняли, что что-то не так. Говори.

— Шей, откуда это вино? Я думала, Босс запретил нам трогать личные запасы, которые он держит только для Лив.

— Заказала ящик из Напы для чрезвычайных случаев, — сказала Шей, чуть выпрямившись на диване в своем кабинете. — Оно органическое.

Я сделала большой глоток, даже не потрудившись сначала понюхать вино или хотя бы распробовать его. И все же оно оказалось неплохим. Но я не удержалась и поддела ее:

— Вкусно. Без пестицидов тоже нормально.

Она пригвоздила меня взглядом и налила себе бокал.

— Хватит уходить от ответа.

Я сделала еще глоток и по очереди оглядела встревоженные лица подруг. При всем моем нытье о том, что я одна, я была не одна. Эти крутые девчонки прикрывали мне спину, и я не позволю себе об этом забыть.

— Джим Джансен, — сказала я и тут же снова опрокинула бокал.

Общий резкий вздох подтвердил, что ужасалась я не зря. Потому что это, мать его, Джим Джансен. Старший партнер в «Burns & Glen», один из самых грозных судебных юристов города и мой бывший наставник.