— Не бойся, я же тут, — хрипло прошептали мне мужские губы, и я подняла взгляд.

Карстен слабо улыбнулся одним уголком рта, создав на своей щеке ямочку. Глядя на нее, я почувствовала, как внутри стало несвойственно тепло. Захотелось до нее дотронуться.

— Я… — начал вдруг Карстен, но я прервала его, понимая, что если мы останемся здесь, то просто замерзнем.

— Пошли в дом, — сказала я. — Тебе нужно выспаться.

Я крепко схватила его за руку и уверенно повела к его дому под рычание грома. Вокруг все напоминала страшную картину: ураган, вой ветра, сумашедштй дождь, будто планета сошла с ума.

Я сжала его ладонь, неосознанно, чувствуя, какая она горячая по сравнению с моей.

Внутри меня что-то щелкнуло, словно перегоревшая лампочка, попытавшаяся загореться снова. Но я смахнула это на то, что это просто из-за холода.

Мы шли в тишине, и на удивление, я не чувствовала того напряжения, что возникало между нами постоянно. Это была не химия, не страсть и не влюбленность, это было что-то другое. И не любовь, и уже не ненависть… Слепая зона.

Когда мы подошли к заднему входу, я, не раздумывая, толкнула дверь, пропуская Карстена вперед. А потом забежала за ним, захлопнув за собой громко дверь, которую сильно тряхнул порыв ветра.

— Где Лили? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам в темной прихожей.

— Уехала.

— Куда?

Карстен в ответ на мой вопрос только лениво пожал плечами.

— Вы поссорились? — зачем-то спросила я, нервно продолжала выжимать воду из волос. Промокшие домашние тапочки стали скользкими, внутри все дрожало от пронизывающего до костей холода, пробирающегося сквозь промокшую одежду.

— Да, — ответил он, его голос звучал глухо.

В доме была тишина, нарушаемая лишь звуками капающей воды, стекающей с одежды.

Я стояла от Карстена в нескольких метрах, обеспокоенная, смотрела ему в глаза, заглядывая в каждый страшный и темный угол его пустых глаз, в поисках хоть каких-то ответов.

Он сделал шаг ко мне, но тут же повалился на стену, прижавшись к ней лицо. Я дернулась к нему. Где он только пропадал? Как он успел так напиться? И с кем? В полном одиночестве?..Эти мысли не оставляли меня.

Я подошла к нему, осторожно выхватив из его рук бутылку, и вздохнула, почувствовав сильный запах спиртного. Я чувствовала, как Карстен не отрывал от меня глаз, рассматривая так словно увидел в первый раз, но я уже свыклась с его взглядом и не боялась.

Поставив бутылку на пол и собравшись мысленно духом, я попыталась перевалить его тяжелое тело на себя, приложив все усилия, чтобы дотащить его до спальни, но Карстен грубо меня оттолкнул:

— Я могу идти сам.

Он отмахнулся от меня и, оттолкнувшись от стены, выпрямился.

Я промолчала. Отошла в сторону, продолжая внимательно наблюдать за его дальнейшими действиями, зная, что перечить и грубить в таких ситуациях не должна: ему и так дерьмово и без этого.

Обычно он пил только в тех случаях, когда все шло не по его плану. Он терял контроль над ситуацией и это заставляло его злиться, а справиться с этим самостоятельно он никогда не мог, и искал утешение в алкоголе, надеясь таким образом заглушить внутреннюю бурю, хаос в голове и восстановить хоть какое-то равновесие.

Такие дни для нас проходили в объятиях, которые я думала помогают ему.

Сейчас я тоже была готова его обнять. Но думала, что ему это уже не надо.

На второй этаж мы шли в тишине. Карстен медленно, но уверенно поднимался по лестнице, а я шла следом, как будто подстраховывая его на случай если он запнется или у него вдруг резко закружится голова.

Дождь все также стучал по крыше, а новые раскаты грома едва доносились сквозь толстые стены. Я шла, глядя на пошатывающуюся спину Карстена, и по-прежнему не могла понять, что управляет мной, что я продолжаю идти за ним.

Карстен быстро сворачивает в сторону своего кабинета, что немного заставило меня смутиться, ведь я думала он пойдет в их общую спальню с Лили…

Я не спешу переходить порог его кабинета, прекрасно прокручивая в голове момент нашего разговора здесь. Это было ужасно...А еще жалко. С моей стороны, с его — все было прекрасно.

Наблюдая, как он с покачивающейся походкой подходит к своему рабочему столу, освещенному настольной лампой, я заметила еще три пустые бутылки рома — одна стоит на столе, а две валяются под ним.

— Я, пожалуй, пойду… — тихо произношу я, слегка дрожащим голосом, прокашлявшись для уверенности.

— Зайди, — серьезно говорит он, поднимая на меня взгляд. По коже пробежал мороз, хотя ещё пару секунд назад не было так холодно, и я невольно вздрогнула.

Я послушно зашла в комнату, чувствуя, как сильно подкашиваются ноги, и остановилась напротив него. Сердце забилось быстрее, чем обычно, я сглотнула ком в горле, и сморгнула мокрыми ресницами все странные мысли, что застыли в моих глазах. Карстен продолжал молча вглядываться в мое лицо, и это становится настолько неловким, что я не могла удержаться от того, чтобы отворачивать взгляд каждые несколько минут, пытаясь занять его чем-то другим, только бы не смотреть ему в глаза.

— Тебе следует выспаться, — сказала я, сцепляя пальцы в замок за спиной, нервничая. Не знаю, почему вдруг во мне проснулось это чувство...Возможно, потому что мы снова находимся слишком близко друг к другу?

— Останься. — Словно не слыша меня произнес Карстен, в моменте полностью оглушив меня этим словом.

— Остаться? — повторила я, не веря в услышанное.

Карстен поднял голову и посмотрел серьезно на меня. Я не двигалась. Время как будто в этот момент остановилось.

За окном гремел еще дождь, но ветер уже успокоился. Кажется, погода обратно начала приходить в себя.

Он подошел вплотную ко мне, не сильно сжав мои кисти в своих теплых руках, взглядом прожигая меня всю изнутри. Я едва стараюсь до последнего держать себя на ногах, хотя желание упасть в обморок уже чересчур высоко.

— Да, — выдохнул он, наклонившись так, что его лоб коснулся моего.

Я задержала дыхание, полностью потерявшись в одном неполном собственном вдохе знакомого мне запаха мужского тела, мускусного одеколона и крепком запахе коньяка.

— Зачем? — шепотом спросила я.

Кончики наших носов соприкоснулись.

— Ты мне нужна, — ответил также тихо он, и я остолбенела, вовсе необдуманно, моментально, сбросив со своего сердца оборонительную кольчугу.

В ушах звенело, сердце колотилось, вырываясь из груди, как дикая птица из клетки, терзая и разрывая все внутри. И, где мой разум, когда он так сильно нужен мне?

Я поверила ему.

Всем сердцем.

Но только на это мгновение.

Карстен потянул меня за собой к кровати, и я послушно пошла за ним, ощущая себя будто опьянела от самого простого его прикосновения к своей руке. Я забралась с ногами на матрас, не понимая, что он задумал. Карстен остановился и, заправив за ухо мою мокрую прядь волос, заглянул в мои потерянные глаза, словно искал в них какие-то ответ на свои вопросы. А затем завалился на постель рядом со мной.

Он прильнул к моим ногам, как к единственному спасательному кругу в огромном море, и я вздрогнула от неожиданности.

Что-то внутри меня сломалось, и в этот момент я поняла: мой Карстен остался прежним...

От этой мысли разрывалось сердце.

Я гладила его по волосам, накручивая мокрые волосы на пальцы. Слушала наше дыхание в унисон в пустой комнате, пытаясь разобраться, что сейчас происходит со мной. Что все это значит для меня? Не думаю, что это что-то большее, чем просто чувство эмпатии... Он нуждался в поддержке, и рядом не оказалось никого, кроме меня.

— Что-то произошло, Карстен? — осторожно прошептала я, продолжая поглаживать его по голове.

Он молчал, и я подумала, что не хочет ничего говорить, пока не услышала тихий храп — он уснул у меня на коленях.

Я выдохнула и прижала ладони к щекам — они горели. Передо мной, у стены, все также стояла моя картина. Мы словно обменивались взглядами, гипнотизируя друг друга. Я смотрела на нее, она в ответ глядела в мою душу и что-то шептала невнятное. Между нами существовала невидимая связь — я же создала её своими руками, и мне казалось, что она делится со мной своими тайнами и переживаниями на языке красок который, увы, я разучилась понимать.