Метясь от одного угла к другому, не замечаю того, как ноги стремительно ослабевают под воздействием угнетающих мыслей, из-за чего быстро приходится всем телом навалится на ближайшую стенку, как на единственную надежную опору. Шумно втягивая носом комки воздуха, пытаюсь совладать самой собой и вести себя куда более естественней. Хоть я считаю, что выходит это не очень, но надеюсь, что поверить в это возможно.

— Ох, я думала ты уже ушла!

Появляется из-за того же угла девушка, уверенно приближаясь к нам на руках с перепуганным щенком.

Я смотрю сначала в глаза дрожащей Пикси, которая чуя мой взгляд, прячет свой мокрый носик в волосах хозяйки, а после перевожу взгляд на Лили, поспешно глотая ртом воздух, словно боясь задохнуться. Подойдя ко мне чуть ли не вплотную, она внимательно посмотрела на мое лицо. Что-то подозрительное промелькнуло в ее взгляде, но я не постаралась не придавать этому значению, чтобы не нервничать и тем самым не выдать окончательно себя на самом деле.

— Карстен только хотел открыть мне дверь! — на удивление ровным тоном выкрикиваю я, отскакивая от стены, и уверенно шагаю к выходу, пытаясь не перейти на бег.

На мгновение, задерживаясь у двери, замечаю как Лили посмотрела на Карстена, который бесстрашно смотрел в ответ на нее, не придавая значения своей помятой рубашке и пару расстегнутым пуговицам на животе. Наши взгляды с ним снова встречаются, и меня пробирает на мурашки...У меня помимо от него страх и бешеное сердцебиение присутствовало.

— Окей, — она смотрит мне в глаза и улыбается. Кажется, ничего подозрительного она не заметила. Или сделала вид, что «не заметила». — Тогда до встречи! Я напишу тебе! — радостно выкрикивает Лили и энергично машет рукой на прощание, прижимаясь поплотнее к Карстену, который смотрит на меня, вызывая бурю эмоций своим холодным взглядом, скрывающий удивление и раздражение.

Он понял, что тот самый художник, это я.

Через силу, заставив из себя выдавить слова прощания, я открыла дверь, и перейдя порог, не оборачиваясь, развернулась, уверенная бежать, но вдруг замерла… В этот раз я выходила через другой вход, который был главным и находился впереди дома — в той части, которую я никак не могла разглядеть, но так постоянно хотела. И вот, сейчас он был передо мной… Этот вид было прекрасно видно из гостиной, и я его уже облюбовала несколько часами ранее, но тут он оказался совсем другим.

Перед домом располагался длинный бассейн, прямо на краю горы. Сам дом Карстена оказывается стоял на обрыве. Не было ничего кроме огромного неба и тоненькой длинной полосы горизонта, что разъединяла кристальное море и голубое небо. Теперь я поняла, от чего спасала меня моя комната и чего одновременно лишала.

Пребывая в необыкновенном восторге, я открыла рот, продолжая стоять на месте, позабыв обо всем. Вид на открытое море и небо резал глаза до неприятной боли от зависти. Я смотрела на нахмурившееся небо, нависающее над спокойной гладью воды, и сама не поняла, как на нос упала мокрая капля.

Делаю два шага вперед, оказываясь под нахмуренными облаками серого неба, и чувствую как по щекам начинают струится холодные ручейки, похожие на слезы. Но я не плачу.

Дождь.

Я невольно вспоминаю о том, что сказала самой себе пару часов назад, сидя во дворе и думая о различных глупостях.

Нет, нет… Не может быть…

Обернувшись назад, встречаюсь взглядами с Лили. А после, неуверенно, но все же, смотрю в глаза Карстену, чувствуя, как сердце на минуту замирает. На его лице прямым текстом написано: «я тебя ненавижу», а я надеюсь, что в моих глазах не отражается: «я тебя люблю».

Он смотрит на меня, я на него. Может сердце еще что-то и помнит, но мозг, кажется, уже начинает забывать. Все в прошлом. У нас больше нет будущего и настоящего. Он не моя судьба, а я не его история. Мы все люди, и все способны ошибаться, и вот, я ошиблась тоже. Бывает, пройдет.

Не глядя под ноги, пячусь назад, срываясь с места, как ужаленная. Колкий взгляд все еще чувствую на себе, но при этом стараюсь больше не оборачиваться, хоть и незримая сила притяжения между Карстеном и мной, так и манит.

Путаясь в ногах, кое как миную путь до дома. По рукам и ногам стекают мелкие капли. Все тело все еще горит после объятий, а в голове стелется густой туман.

«Это простое совпадение» — твержу себе, не желая верить в знаки судьбы.

Обман.

Вокруг нет чуда, и откуда ему взяться в таком суровом мире? Подумаешь, светило солнышка, а сейчас, бац, и дождь. Сбои в природе или простое совпадение. Бывает же такое? Да, точно бывает!

Теплый свет от лампы, отражающийся в окне за шторкой нашей спальни с Оливером, и в том числе моей комнаты, привлекает мое внимание, также как и необъяснимую тревогу. Кажется, я предупреждала домработниц, что уборку в своей комнате предпочитаю делать сама… Тогда, какого хрена там горит свет, если меня там не было последние часа четыре?!

Ускорив шаг, быстро добравшись до двери на заднем дворе, просачиваюсь в дом, как ураган. Прохожу огромную гостиную и резко выворачиваю на лестницу, перескакивая сразу через одну, а то и две, ступени поднимаюсь наверх.

Паника окружает меня со всех сторон — я не понимаю, что можно было искать в моей комнате, но знаю, что найти там и вправду можно было многое. Например, даже тот самый ноутбук на котором открыта вкладка с фейкового аккаунта на страничке его подружки. Твою мать.

Замерев у двери в спальню, пытаюсь отдышаться. Одна рука уже уверенно лежит на дверной ручке, другая — прижата к груди. Не в силах поднять голову, прислонилась лбом к прохладной двери, чувствуя, как все тело потряхивает в конвульсиях. Я стала медленно дышать носом, стараясь замедлить бешеное сердцебиение, как внезапно услышала у себя за спиной голос:

— Элизабет!

Вздрагиваю, хватаясь за шею, оборачиваюсь назад. Все тело дрожит, а сердце, колотясь в страхе, вот-вот грозило разорвать грудь на мелкие части. Я прижимаюсь лопатками к двери и испускаю в сторону вздох облегчения, заметно расслабляясь.

— Все хорошо? — Оливер стоит напротив, испуганно вглядываясь в мое лицо, и, стремительно сокращая между нами расстояние в еще один шаг, заглядывает мне в глаза, притягивая к себе. Я не отталкиваю его, наоборот, прижимаюсь так крепко, как еще, мне кажется, никогда не позволяла себе такого с ним после Карстена. — Все хорошо, да?

— Ты меня сильно напугал, — уткнувшись носом в грудь, прошептала я, и почувствовала странное тепло в груди, которого раньше не замечала. Но, скорей всего, это было обычное состояние спокойствия.

— Извини, не хотел. Честно. — Взволнованно говорит он, и я слышу как тоже быстро бьется его сердце у меня под ухом. — Я вообще, извиниться хотел. Наверное, я все же был не прав.

Я подняла голову, встречаясь с ним взглядами. Не знаю, почему, но сейчас я не хотела его отвергать от себя. Мне было хорош и спокойно. Я хотела забыться, упиваться его нежностью и ласками, не думать ни о чем. Я хотела убежать от мыслей, которые принадлежали другому мужчине.

— Прости меня тоже, — я обхватила пальцами его шею, притягивая к себе. — Я очень скучала, — тихо говорю я, поглаживая большим пальцем свободной руки его скулу.

— Если хочешь, мы можем уехать отсюда прямо сейчас. — Вкрадчиво оповещает меня он в заманчивом предложение, и я вправду задумываюсь над этим, считая, что это является единственным верным решением в избежание многих проблем. И это так и есть. Будь мы сейчас не здесь, этого всего бы не было с нами: ссор, недопониманий, недовольства в друг друге, а самое главное — сомнений.

«Сомнение — это всегда нет».

Но я же уже приняла ход нашей новой борьбы… Я уже показала, что готова снова биться. Но, по-другому.

— Нет. Мне тут очень нравится. Особенно, когда ты со мной.

Я притянула Оливера к себе, сама первая вовлекая в крепкий, безнадежный поцелуй, где отсутствовало все кроме животных инстинктов.

Никогда так не делала.

Мужские холодные ладони обвились вокруг моей талии, плавно скатываясь то вверх, то вниз. Обнимали, притягивали ближе к себе, чтобы было тяжело дышать, и я вдруг почувствовала насколько сильно промокла моя футболка под мелким дождем. Хотя, мне казалось, что я была практически сухой.