Дик всё время говорил с тигрицей, отвлекая ее от нежной молодой плоти почти в ее пасти. Она касалась носом ладони Сивила, но в любой момент могла впиться в него зубами. Сова гораздо спокойнее описывала круги, зорко следя за порядком. Ущербная луна зависла почти строго над центром поляны и стало светлее. Дик видел, как старший брат, освободившись, кинулся к младшему. Нерилль пока так и не очнулся. Но это узникам поляны казалось, что прошло больше часа, на самом деле тигрица появилась от силы пять минут назад. Младший брат замер в шаге от свободы, ему не хватило нескольких пилящих движений. Сивил с легкостью разорвал разлохмаченную веревку и подхватил младшего брата на руки. Но, обернувшись, нос к носу столкнулся с тигрицей.

— Оставь! Не съест она его! — крикнул Дик. — Иди сюда!

Видя, что тигрица легла на траву в стороне от Нерилля, и не желая оставаться с ней один на один, старший брат осторожно обошел ее и пересек поляну.

— Как тут распутаешь? — сердился Сивил, когда Дик торопил его. — Ты так затянул узлы, зубами не развязать!

— Хочешь позвать на помощь ее клыки? — мрачно пошутил Дик. — Уж постарайся, а то представь, что будет, если Нерилль очнется и увидит ее рядом.

— Ты хоть уверен, что она не разорвет его?

— В чем могу быть уверен?! Дальше!

Наконец узлы ослабли, и Дик выдернул руку из петли. Тяжело дыша, мальчишки сели на траву под деревом.

— Эй, послушай, знаешь, где река? — обратился издали Дик к тигрице. — Нам нужна вода. Отведи нас к воде!

В этот момент тигрица встала и настороженно потянулась мордой к Нериллю.

— Не трогай! — сдавленно крикнул старший брат, понимая, что резких движений делать нельзя и кричать на хищницу не желательно. Но страх за брата сильнее благоразумия. Сивил слишком далеко, чтобы помешать зверю.

— Не тронь его, это ребенок, — намного спокойнее и громче приказал Дик. На что тигрица раздраженно фыркнула в смысле "без тебя знаю". Животные не изъяснялись сложными фразами, вкладывая в самый краткий общий сигнал различную интонацию. Их Дик научился понимать прекрасно, не то что эльфов, которые своим щебетанием могли говорить так же свободно, как нормальным человеческим языком. То есть, могли не только ругаться, но умели делать изощренные комплементы в стихах и язвительно шутить.

Видя, что малыш приходит в себя, тигрица стала лизать его щеку огромным шершавым языком. Нерилль, чувствуя сильную слабость и головокружение, не только не испугался ее, а потянулся и обнял тигрицу за шею, ища поддержки. Возможно, в темноте она показалась ему огромной доброй собакой и действительно помогла мальчику встать на ноги. Старший брат уже стоял рядом. Его сердце билось гораздо неспокойнее, чуть не выпрыгивало из горла.

— А Дик сказал, что ты злая, — Нерилль потрепал тигрицу между ушами. На что она очень явственно проворчала: "Вот ещё глупости!" — Ты кто?

— Это черный тигр. Осторожно, — предупредил брат. — Тигрица из леса. Она помогла нам освободиться.

— Тигрица, — гладя широкий череп хищницы, повторил Нерилль. Он почти мурлыкал: — Тигр-р-рица! Я буду тебя звать Р-рица.

Сова удивленно вскрикнула в последний раз и пропала. Тигрица тоже удивилась.

— Она не понимает, как ты узнал ее имя! — со смехом сообщил Дик. — Теперь она видит в тебе своего повелителя. Попроси, пусть отведет нас к реке!

— Ее правда зовут Р-рица? — изумился Нерилль. — Ты что, понимаешь, что она говорит? — дошло до него в следующий миг.

— Главное, она тебя понимает, — прервал его вопросы Дик. — С раскатистым "р", не перепутай! Обращайся к ней только так.

— Р-рица, ты можешь отвести нас к реке? — доверчиво спросил Нерилль.

Черная хищница вильнула всем телом и пошла вперед, в заросли.

— Ой, она же черная! Как я ее увижу в лесу?

— Держи за хвост, чтобы не убежала!

— Разве можно? — испугался Сивил.

Дик беспечно отмахнулся:

— Ему теперь всё можно. Больше, чем ее родному тигренку. Идите, буду держаться на расстоянии.

Они петляли по лесу звериной тропой, указанной Р-рицей, около получаса. Лесные кустарники сменились прибрежной лозой, вскоре под ногами захлюпало и, пройдя вдоль стены камыша и осоки, они вышли на пятачок плоского берега. Дик тут же, не раздеваясь, нырнул в воду и отплыл на глубину, чтобы смыть кровь. Выйдя ближе к берегу, где вода ему по грудь, Дик бросил Сивилу кремниевый фонарик и велел сделать хороший факел из травы.

— Зачем?

— Рыбу ловить будем. Думаю, тут руками можно возле берега что-нибудь достать. Посвети!

Очень скоро две крупных рыбины, вроде лосося, прыгали на берегу. Дик бросил их в сторону Р-рицы. Та немедленно утащила подарок и с урчанием съела. А потом ещё одного лосося, самого крупного.

— За каждого по рыбке, это скромно, но больше нет, — Дик со вздохом вышел на берег.

— Думаешь, это задобрит Р-рицу? — усомнился Сивил. — Она такая огромная…

— Главное, что Нерилль теперь ее властелин и любимчик! Нам больше ничего не грозит. Можно даже лечь спать, — Дик зевнул.

— Ты в своем уме?

— А что? Охрана у нас — лучше не надо. И, надеюсь, она никуда не сбежит. А то на завтра у меня планы, с участием Р-рицы.

— Что ты задумал? — напрягся Сивил. — Догнать их, да?

— Угадал. Спи. И Нерилль пусть отдохнет. Ему сегодня досталось больше всех…

— Ещё бы! Ты ведь не знаешь, как нас днем поймали. В двух шагах от дома!

— Тем более. Завтра разговоры, всё завтра… — Дик ещё раз отчаянно зевнул, улегся очень близко к воде и провалился в сон.

Нерилль тоже спал, обняв одной рукой шею Р-рицы. Его брат зябко поежился, потер голое плечо и стал ломать камыш. Устроил себе роскошную теплую подстилку, зарылся в нее и, закрывая глаза, успел заметить, что небо уже посветлело. Начинался новый день.

Беглецы проснулись, когда солнце стояло уже высоко. Р-рица спала, вытянувшись на боку. На ее черной шкуре виднелись атласные полосы и пятна на животе. Похожа на пантеру, только полосатую и огромную, с массивными лапами, широкой головой и спиной. Один хвост длиной больше метра.

Дик встал первым и старательно отстирывал кровь с рубашки. Когда повесил ее сушиться на жесткие тростниковые стебли, заметил, что старший из братьев сел на своей постели и следит за ним взглядом. Сивил тут же отвел глаза, а Дик набросил куртку на плечи.

— Доброе утро… За что так?..

— Чтобы не умничал, — усмехнулся Дик.

— Это те, наши бандиты?

— Это давно, уже две недели прошло. Бродин сказал, им такой не нужен. А почему вас сочли бросовым товаром?

— Из-за Нерилля, наверное. Он ревел всю дорогу, злил их, требовал отпустить нас домой, не обращая внимания на любые угрозы. Кстати, они обещали скормить его хищным зверям, если не перестанет! — Сивил засмеялся. Теперь, после сна ему всё казалось забавным. Нерилль безмятежно спал на лапе Р-рицы, как на подушке. Почувствовав, что говорят о нем, малыш пошевелился, сел и стал тереть глаза кулачками.

— Ой! Думал, она мне приснилась!

— Тише! Не буди лиха, — предупредил брат. — Иди, умойся. Или ты теперь только языком, как тигренок?

Нерилль захихикал и полез в воду.

Теперь Дик сидел в стороне, а братья руками ловили рыбу себе и Р-рице на завтрак. Когда улов набрался солидный, Дик ушел далеко по берегу и развел маленький костерок. Пока его не видели, заклеил плечи подорожником насколько дотянулся, надел куртку и плотно закрыл ее на груди, словно готовясь к битве.

Черная тигрица поела рыбы и снова растянулась на солнышке. Нерилль сидел на ней верхом, ничуть не боясь. И сама Р-рица настроена весьма благодушно. Дик издали наблюдал за ними.

— Сколько человек успели собрать наши бандиты? — спросил он у Сивила.

— Сорок… Да, без нас — сорок два.

— Думаешь, далеко ушли?

— Даже если шли до рассвета, сейчас всё равно ещё спят. Наш караван двигался не очень быстро. Все связаны по парам в общую длинную змею. Сбежать одному невозможно, но и продираться сквозь чащу всем вместе и петлять между стволами не слишком удобно. Бандитов всего четверо, Бродин старший. Колеса скрипели? Так у них есть ручная тележка с награбленным добром и съестными припасами. Даже если найдем их, что ты хочешь сделать? Без оружия нам и с одним взрослым не справиться.