Я повесил трубку и завернул за угол, и как раз в тот момент, когда я собирался нажать кнопку повторного набора, мои ноги замерли при виде открывшейся передо мной сцены.

Мой худший кошмар стал явью.

Я бросил телефон и подбежал к телу Тео, которое ни с чем нельзя было спутать, огромная лужа крови, в которой он лежал, блестела под лучами утреннего солнца. Я бросился на землю рядом с ним, наплевав на то, что через несколько секунд я был весь в его крови.

— Тео! Какого хрена? Просыпайся, — проревел я, отчаянно пытаясь разбудить его.

Его глаза так и не открылись.

Его тело не двигалось.

Когда мой полный паники взгляд переместился на зияющую рану поперек его горла, я обхватил его безжизненное тело руками.

— Нет, нет, нет. Давай, Тео! Проснись, мне нужно, чтобы ты проснулся! — я плакал, по моим щекам текли густые слезы.

Я не мог ясно мыслить, в моей голове царил хаос, поскольку все, что я мог делать, это обнимать его тело и кричать его имя, молясь богу, которого, как я знал, не существовало, чтобы этого не произошло.

Что мой двоюродный брат, мой лучший друг, жив.

Я не знал, как долго я держал его, прижимая его тело к своему и умоляя его проснуться, когда внезапно его глаза распахнулись, его темно-карие глаза, почти идентичные моим, уставились на меня в ответ. Только теперь в них не было той жизни, которая когда-то наполняла их. Они были пусты.

Стеклянные.

Безжизненные.

Страх пронзил меня, когда Тео открыл рот, чтобы заговорить, кровь пульсировала из раны на его шее. — Это твоя вина, — сказал он с навязчивой мелодичностью в голосе. — Я мертв из-за тебя.

Он поднял руку, и только тогда я понял, что он сжимает нож, острое лезвие которого покрыто ярко-красной кровью. Мое сердцебиение ускорилось, но тело оставалось неподвижным, как статуя, готовое позволить Тео лишить меня жизни.

Я не хотел жить без него.

Я не мог жить без него.

Но когда он поднес нож к моему горлу, мое тело резко выпрямилось, легкие отчаянно втягивали воздух, пот струился по мне и пропитал простыни. Мое сердце бешено колотилось, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы прогнать кошмар и сосредоточиться на комнате вокруг меня.

В моей спальне, в моей квартире.

Однако голос в моей голове подсказал мне, что это неправильно. Я съехал несколько месяцев назад, когда в Холлоуз-Бэй разразилась война и жилой дом был разрушен.

Мое внимание привлекло движение в углу. Моя голова повернулась к тени, дыхание сбилось, когда Тео вышел на свет, его тело все еще было покрыто кровью, а голосовые связки обнажились там, где кожа на его горле была широко разрезана.

— Я всегда был рядом с тобой, Майлз. Но где ты был, когда я нуждался в тебе? — прошипел он, и яд загорелся в его бездушных глазах. — И теперь ты хочешь ее. Но она не твоя.

Я сглотнул, чувство вины съедало меня изнутри, потому что он был прав. Меня не было рядом в тот единственный раз, когда я был нужен ему, когда он всегда был рядом, безошибочно. Но это было не единственное, в чем он был прав.

Я действительно хотел ее.

Софию.

Малолетку.

Я хотел ее с той минуты, как увидел четыре года назад, но она никогда не была моей. Ни тогда, ни сейчас.

— Прости, — прошептал я хриплым голосом. — Прости, что меня не было рядом с тобой, Тео, — я сорвал одеяло, отгоняя страх, ползущий по моим венам, когда я встал. — Я не хочу ее. Я обещаю, я не хочу ее.

— Врешь! — без предупреждения он бросился через комнату, толкая меня спиной на кровать.

На этот раз, когда я резко проснулся, мой ноутбук упал на пол с того места, где он лежал у меня на коленях, моя спальня купалась в мягком сиянии экрана, на котором все еще была веб-страница, которую я читал перед сном.

Раздражающий, пронзительный шум зарегистрировался в моем мозгу, и потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что рядом со мной на диване звонит мой телефон. Отогнав этот кошмар на задворки своего сознания, чтобы он присоединился к остальным кошмарам, которые мучили меня после смерти Тео, я схватил свой телефон, прежде чем он успел зазвонить. — Да?

— Мистер Вульф, — произнес знакомый голос. — Извините, что беспокою вас, но я подумал, вы захотите узнать, что мисс Бьянки отправила сообщение несколько минут назад. Она направляется в бар.

Я провел рукой по лицу.

Черт возьми.

Гребаная София.

Этой соплячке было наплевать на риск, которому она себя подвергала. Конечно, она не знала о недавней угрозе ее жизни со стороны мексиканского картеля после того, как ее отец и брат настояли на том, что в ее интересах держать ее в неведении. Но все же. Она была принцессой мафии; она должна была знать, что ускользать всего с одним телохранителем — глупый гребаный риск.

И все же она продолжала это делать.

Все, что София хотела, София получала.

— Спасибо, что дал мне знать. Оставь мою кабинку свободной, — проворчал я, вставая с дивана и направляясь в свою спальню, чтобы накинуть какую-нибудь одежду, не сомневаясь, что мне не следует идти.

Одевшись, я отправил быстрое сообщение Джейн, которая, без сомнения, спала, сообщив ей, что я ухожу на случай, если Энджел проснется, а меня не будет дома.

Мой двоюродный брат Кай и его жена Райли уехали в свой запоздалый медовый месяц на Мальдивы и оставили Энджел, глухую младшую сестру Райли, под моим и Джейн бдительным присмотром. Джейн была няней Энджел — не то чтобы нам больше разрешалось так называть Джейн, по словам Энджел, она была слишком старой и слишком крутой для няни.

Мне не особенно нравилась идея оставлять Джейн и Энджел дома одних, но в доме было двадцать четыре человека охраны, все они были вооружены до зубов и отдали бы свои жизни, защищая семью Вульф.

У Софии был только один охранник, который присматривал за ее эгоистичной задницей.

Это изменится, как только она станет Вульфом. По причинам, которые я никогда не пойму, ее отец Джорджио отказался от моего предложения предоставить наших людей в качестве дополнительной защиты Софии, заявив, что его люди более чем способны защитить ее.

Можете считать меня циничным, но это были те же самые люди, которые позволили нашему врагу начать полномасштабную атаку на собственность Бьянки, в результате чего Райли и София были похищены. С тех пор у меня возникло несколько проблем с доверием к ним в том, что они должным образом выполняют свою работу.

Поездка в бар «Сорок четыре» проходила сразу за границей, в городе Форест-Пойнт. Благодаря нашей предстоящей свадьбе я могла свободно пересекать границу города, не беспокоясь о том, что получу пулю в лоб. В былые времена Вульфы не осмеливались пересекать территорию Форест-Пойнт, а Бьянки и мечтать не смел о том, чтобы ступить в Холлоуз-Бэй.

Как изменились времена. Я был уверен, что если бы наши прадеды — идиоты, развязавшие войну между двумя семьями десятилетия назад, — пронюхали, что было заключено перемирие и некий Вульф женится на Бьянки, они бы перевернулись в своих гробах.

Проезжая по проселочным дорогам, я одним глазом поглядывал на экран автомобильного компьютера, встроенного в приборную панель. На экране появилась маленькая точка, приближающаяся к панели; точка, обозначающая устройство слежения, которое я установил на машину ее телохранителя некоторое время назад. Это показало, насколько серьезно Гас относился к безопасности Софии. Этот гребаный придурок никогда не проверял машину на наличие маячков или бомб; если бы он это сделал, то нашел бы ее.

Помимо устройства слежения в машине, которое в основном использовалось для подвоза Софии в разные места, я клонировал ее телефон, ноутбук и взломал камеры наблюдения, которые покрывали особняк Бьянки, чтобы следить за ней.

Я превратился в чертового преследователя, граничащего с психопатом.

Если этого было недостаточно, у меня также появилась маленькая неприятная привычка следовать за ней на расстоянии, одновременно отслеживая радиосвязь между ее помощником и остальными охранниками Бьянки, убеждая себя, что, если с ней что-нибудь случится, я буду всего в нескольких секундах от нее.