— Куда же мне бежать из собственного сна? — хмыкнула я.

— Сна? — удивился ректор. — Но… это всё не сон, Оля. Это реальность. И если ты думаешь…

— Ладно! — легко согласилась я, потирая руки. Мне не терпелось выслушать главного интригана драконьей Академии. — Будь по-Вашему! Рассказывайте уже!

Арктур кивнул.

— Тогда слушай. Это началось несколько лет назад. Факультет целительства издавна славился своими выпускниками, здесь у нас учились лучшие студенты данной специальности, что впоследствии стали знаменитыми лекарями. Это был один из самых популярных факультетов, очереди из желающих обучаться на нём тянулись на годы. Не всем удавалось сразу же поступить сюда, был жёсткий отбор и критерии, под которые подходили далеко не все.

Я, выслушивая это, невольно оглядывалась, представляя, как выглядела бы эта аудитория, заполненная учащимися, и мне уже становилось грустно. Всё же я была существом социальным, и учёба в коллективе была для меня чем-то вроде потребности дышать. Ну нельзя меня было назвать самодостаточной, вот от слова совсем просто!

— Однако всё изменилось, когда лекари начали пропадать. Бесследно. Не был найден ни один из них — ни живым, ни мёртвым. Мы пытались как-то исправить эту ситуацию, несли круглосуточные дозоры, применяли защитные заклинания, но всё было тщетно.

Холодок пробежал по моей коже. Как же так? Такие «большие и сильные» — и ничего? Неужели вообще с этим нельзя было никак справиться?

— Поначалу мы пытались скрыть от студентов эти исчезновения. Но слухи безжалостно ползли от курса к курсу, от студента к студенту, и в конце концов, большая часть узнала, что пропавшие преподаватели лекарского дела вовсе не разъехались в отпуска или навещают дальних родственников. Потому что вскоре начали пропадать и студенты — лекари, а это уже скрыть было нельзя.

Он замолчал, но разгоревшийся во мне интерес заставлял меня поторопить ректора.

— И что было дальше? Вы так и не выяснили, кто стоит за всем этим?

Тот покачал головой.

— Нет. Это привело к тому, что теперь нам катастрофически не хватает лекарей. Хорошо, что пока нет оснований бояться вымирания драконов — всё-таки мы существа живучие, и мелкие болезни можем исцелять и сами, но… Представь, что будет, если начнётся какая-либо неизвестная до этой поры эпидемия?

— Ничего хорошего точно ждать не приходится, — согласилась я. — Но ведь есть же ещё в подрастающих поколениях драконов те, чьи способности предполагают лечение?

— Да, но… Родители не желают отпускать своих чад на верную гибель. Они предпочитают оставлять детей без образования, чем позволять развивать им лекарские способности — и я их даже понимаю. Поэтому нам нужны такие люди, как ты, Оля. Способные и целеустремлённые, не напуганные до мозга костей тем, что может произойти. Ты наша надежда! Моя же задача — и задача каждого преподавателя нашей Академии, защитить тебя, даже ценой собственной жизни.

«Защитил уже вчера, ага» — ехидно пробубнил мой внутренний голос, припомнив вчерашнюю сцену в доме ректора Бейлиса. Но вслух я этого не произнесла, считая себя не в праве делать этого. В конце концов, кто я и кто он — Арктур Бейлис, красавчик-ректор, да и просто восхитительный во всех смыслах мужчина.

— Ну… я так-то готова, — промямлила я, поймав себя на мысли, что опять вот-вот слюну пущу, глядя в это красивое лицо.

Нет, нужно было держать себя в руках и не поддаваться на эмоции! Особенно такие, с ноткой любовного шлейфа…

— Вот и отлично! — сразу же выдал Арктур, взявшись руками за мои плечи. — Значит, я в тебе не ошибся! Профессор Люти?..

Ой, а я и забыла, что держу в руках эту древнюю книжку, что, пригревшись, кажется, успела задремать.

— Я здесь! — слишком уж бодренько произнесла она.

— Поручаю Вам Олю, заботу о ней и её обучение так всем необходимой нам науке. А меня ждут другие дела. Но если что — я всегда на связи.

И он убрал свои руки с моих плеч, а я едва при этом удержалась на ногах. Ну нельзя так со мной! Категорически запрещено!

Ректор ушёл, а книга, взмыв в воздух, произнесла строгим тоном.

— Продолжим занятие, Оля! Не время унывать и влюбляться!

И хитро подмигнула мне, вмиг раскусив.

Неужели мои чувства к Арктуру Бейлису так были заметны?!

На самом деле учёба увлекла меня. Профессор Люти была настоящим профессионалом, и через пять минут мысли о ректоре улетучились из моей головы, уступив место мыслям о драконах и их строении, повадках и привычках. Рассказывала она увлекательно, демонстрирую иллюстрации из книг, а я кратко конспектировала тезисы и определения, к концу урока будучи абсолютно уверенной, что л е карство — это моё.

Увлёкшись, я не заметила, как пробежало время. Но за поломанной всплеском моей силы дверью сверкнула рыжая шевелюра Донола — видимо, он собирался постучать, но, ударив кулаком всего один раз, спровоцировал падение и без того уже пострадавшего дверного полотна.

Профессор Люти испуганно вскрикнула, но и сам Рыжуль напугался не на шутку. Он тут же бросился поднимать эту дверь, но она была весьма тяжёлой, и парень её несколько раз уронил, так и не добившись желаемого результата.

— Извините, — в конце концов произнёс он. — Я не нарочно…

Он выглядел настолько комично, что я не смогла сдержать смех. А говорящая книга, нахмурившись, строго произнесла:

— Что Вы хотели, молодой человек?

— Позвать Олю в столовую, только и всего! — словно оправдываясь, произнёс он.

— Ах, да, — смягчилась профессор Люти. — Мы совершенно потеряли ход времени…

Мой живот призывно заурчал, когда речь пошла о еде. А ведь правда, я уже и не помнила, когда мы ели в последний раз.

— Идём! — обрадованно вскочила я, подхватив Донола под руку. — Я сейчас целого дракона могу съесть!

Но какой бы голодной я не была, все драконы остались целы. Ибо кормили здесь изумительно и абсолютно бесплатно, не то, что в моём бывшем ВУЗе! Иногда из столовки, заплатив немалую сумму, я уходила голодной, потому как не всё могла съесть из того, что там предлагали. А выбирать часто приходилось из плохого и очень плохого.

Здесь же я почувствовала вкус настоящей жизни, то есть еды! И с горечью подумала, что со своей стройной фигурой мне, наверное, предстоит попрощаться! Но это был всего лишь миг, потому что еда, которую мне тут предложили, стоила того, чтобы стать плюшкой!

В драконьей столовке работал принцип шведского стола. Еда стояла в глубоких подносах-сотейниках, и каждый мог наложить себе столько, сколько хотел, чем я, само собой, воспользовалась! Рыжуль смотрел на меня с улыбкой и удивлением, когда я наложила себе в тарелку целую горсть куриных крылышек в панировке, несколько видов салатов, взяла дополнительно суп и не забыла про целую гору десертов. Про картошку фри и прочие вкусности я уж промолчу, но одного подноса мне не хватило. А потому Донолу пришлось помогать мне тащить всё это да нашего столика.

— И ты всё это съешь? — подозрительно спросил он меня, но у моей жадности совести не было.

— Конечно! На халяву и уксус сладкий! — философски изрекла я, налегая на крылышки.

Мимо нас проходили студентки, многозначительно улыбаясь Рыжулю и с завистью поглядывая на меня. Как будто по мне не было видно, что в данный момент меня интересует только еда! Да и как объект страсти Донол в моей голове значился не особо. Для этого на свете существовал ректор Бейлис, а Донол был просто другом, влюблённым в мою соседку по комнате.

— А Эйры не будет? — будто между прочим спросила я, и тень сразу же налетела на его светлое лицо.

— Эйра… — как-то обиженно протянул он. — Нет, конечно. Она никогда не обедает со мной. У неё для этого подруг достаточно, чтобы ещё и на меня обращать внимание…

Не желая расстраивать его ещё больше, я попыталась перевести разговор на другую тему, не забывая макать при этом что-то очень похожее на наггетс в нежный соус, приправленный незнакомыми мне специями.