Марго, войдя в раж, не останавливалась. Она указала на шаткий мостик, перекинутый через огненную реку.

— А это что за архитектурное недоразумение? Это ваш "Мост отчаяния"? Да у него несущая способность нулевая! Он же от вибрации рухнет! Где ограждения? Где расчет усталости материала? Это не "Мост отчаяния", это мост „До первого несчастного случая на производстве“!

Она повернулась к своей ошарашенной инспекционной комиссии. Ее глаза горели праведным гневом проектировщика, увидевшего вопиющую халтуру.

— Это не ад, это бардак. Халатность и разгильдяйство. Здесь нет системы, нет логики, нет даже элементарного уважения к основам сопромата.

Она сделала глубокий вдох, обвела взглядом этот хаос, и вынесла свой окончательный вердикт.

— Здесь не реновация нужна. Здесь всё надо сносить к чертям собачьим и строить заново. С нуля, по моему проекту. С сегодняшнего дня я — генеральный архитектор этого бедлама. А вы, — она ткнула пальцем в перепуганного Мальфаса, — немедленно предоставьте мне всю финансовую документацию и геологические изыскания за последние пять тысяч лет. У вас час.

Заявление Маргариты Викторовны, генерального архитектора «этого бедлама», повисло в раскаленном воздухе, как топор палача. Черти, до этого занятые своими вечными муками и мучениями других, замерли с открытыми ртами. Стоны грешников в котлах на мгновение стихли, сменившись недоуменным бульканьем. Даже багровые кристаллы, казалось, стали пульсировать чуть менее уверенно.

Мальфас, главный казначей ада, побледнел, потом позеленел, а затем приобрел сложный оттенок заплесневелого пергамента. Он открывал и закрывал рот, издавая тихие, булькающие звуки, как рыба, выброшенная на берег.

— Г-геологические… изыскания? — пролепетал он наконец. — В-владыка, но у нас тут… геология довольно стабильная… В основном сера, обсидиан и застывшие крики…

— Мне нужны карты плотности пород, данные о сейсмической активности и анализ состава грунтовых вод, если они тут есть! — отчеканила Марго, не терпящим возражений тоном. — Как я, по-вашему, буду рассчитывать фундамент для новых корпусов? На глаз? Мы строим не сарай, а высокотехнологичный комплекс для вечных страданий! Стандарты должны быть соответствующими!

Асмодей скрестил руки на груди, и на его губах играла улыбка, полная гордости и предвкушения. Он смотрел на свою женщину, которая только что устроила выволочку всему руководящему составу преисподней, и понимал, что никогда в жизни не любил ее сильнее.

Лилит, прислонившись к обугленной колонне, наблюдала за сценой с выражением сложной смеси презрения и… любопытства. Она ожидала, что смертная сломается, впадет в истерику, начнет молить о пощаде. Вместо этого женщина устроила тут производственное совещание, походя унизив всю демоническую вертикаль власти. Это было неожиданно. И, как ни странно, интригующе.

— Так, — Марго хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание. — Здесь мы закончили. Натурный осмотр дал ясное представление о масштабах катастрофы. Теперь нам нужно место для штаба. Где у вас тут кабинет начальника? Мне нужен стол, стулья и что-то, на чем можно чертить.

Асмодей усмехнулся.

— Думаю, мой старый кабинет подойдет. Он не в лучшем состоянии, но вид оттуда открывается… мотивирующий. Следуйте за мной.

Он повел их прочь от смрадных котлов, по узким, высеченным в скале коридорам, стены которых, казалось, были живыми и шептали на давно забытых языках. Чем выше они поднимались, тем прохладнее и тише становилось. Наконец, они вышли к огромным двустворчатым дверям из черного базальта, покрытым тонкой резьбой, изображавшей сцены всех семи смертных грехов.

Двери с тяжелым скрипом отворились перед Асмодеем.

Кабинет владыки ада был огромен. Одна стена была полностью стеклянной, точнее, состояла из цельного, прозрачного кристалла, и выходила на панораму преисподней: внизу простирались огненные реки, дымящиеся плато и темные города, освещенные багровыми молниями. В центре комнаты стоял массивный стол из полированного обсидиана. Вокруг него — несколько кресел, обитых кожей какого-то несчастного мифического зверя. Все было покрыто толстым слоем серого пепла.

— Да, давно я тут не убирался, — протянул Асмодей, проводя пальцем по столу.

— Срач, — констатировала баба Нина, и это было высшей мерой осуждения.

Марго проигнорировала беспорядок. Она подошла к обсидиановому столу, смахнула с него пепел и раскатала принесенный с собой рулон ватмана.

— Итак, планерка, — объявила она. — Садитесь.

Все расселись. Асмодей сел во главе стола, по праву бывшего хозяина. Лилит изящно опустилась в кресло напротив, положив ногу на ногу. Мальфас примостился на краешек стула, готовый в любой момент испариться. Нафанаил, ангел-аудитор, встал у стены, его перо из чистого света уже было наготове. Баба Нина подошла к панорамному окну и стала критически разглядывать пейзаж.

— Прежде всего, — начала Марго, взяв в руки кусок угля, который она подобрала внизу, и используя его как карандаш. — Проблема номер один: логистика и управление персоналом. У вас тут средневековая система распределения и абсолютно демотивированные сотрудники.

— Они демоны. Они и должны быть демотивированы, — вставила Лилит.

— Они должны быть мотивированы причинять страдания! — парировала Марго. — А ваши черти еле вилами ворочают. Им нужен KPI! Ключевые показатели эффективности! Каждый черт должен выполнять норму по количеству доведенных до отчаяния душ в смену. Иначе — лишение премии в виде серы и перевод на менее престижный участок.

— Премии… — пробормотал Мальфас. — Владыка, это не заложено в бюджет…

— Заложите! — рявкнула Марго. — Найдите внутренние резервы! Сократите расходы на полировку рогов высшему руководящему составу!

Нафанаил что-то быстро записал. «Предложение по внедрению системы мотивации персонала. Потенциально эффективная мера. Требует согласования с небесным профсоюзом».

— Далее. Распределительный центр. Эта ваша бесконечная очередь — позор для любой уважающей себя организации. Нам нужна электронная очередь! — Марго начертила на ватмане схему. — На входе каждая душа получает талончик. Устанавливаем информационные табло. Голос с потолка объявляет: «Душа номер шестьсот шестьдесят шесть, проследуйте в котел номер тринадцать». Все просто, понятно и эффективно! Никакой паники, никакого хаоса. Чистое, бюрократическое отчаяние.

— Это гениально, — прошептал Асмодей. — Лишить их даже хаоса первородного ужаса. Заменить его ужасом ожидания в очереди, как в районной поликлинике.

— Именно! — Марго с энтузиазмом ткнула углем в чертеж. — А пока они ждут, можно показывать им на больших экранах нарезку их самых постыдных моментов из жизни. В образовательных целях.

— А чего с ними цацкаться? — раздался голос бабы Нины от окна. — Талончики, экраны… фигня это все. Работать их надо заставить.

Все посмотрели на нее.

— Вон, внизу, — она махнула рукой в сторону огненных рек. — Сколько энергии пропадает. Поставить динамо-машины, приковать грешников. Пусть крутят педали и вырабатывают электричество для своих же котлов. И самоокупаемость, и трудотерапия... и фитнес. Сразу три зайца.