Асмодей шагнул вперед, инстинктивно заслоняя собой Марго.

— Тебе не кажется что ты зачастила с визитами? Что тебе нужно на этот раз?

— То же, что и всегда, — она изящно встала, ее движения были плавными и хищными, как у пантеры. — Навести порядок. Ты бросил преисподнюю на произвол судьбы. Демоны деградируют, грешники устраивают профсоюзы, финансовые потоки утекают в неизвестном направлении. Ад погружается в хаос. Я пришла вернуть своего владыку на его законное место.

Она подошла к нему вплотную, игнорируя Марго так демонстративно, что это было хуже прямого оскорбления.

— Я слышала о твоей маленькой забаве. «Метафизический брак» с человеческой самкой. Это так мило, почти трогательно. Настоящий кризис среднего бессмертия, но игры закончились, милый. Пора домой.

В этот момент в напряженную тишину вмешался третий игрок.

— Слышь ты, павлин расфуфыренный, — раздался скрипучий голос бабы Нины с дивана. Она даже не повернула головы от телевизора. — Копыта бы ты свои отсюда убрала, подобру-поздорову.

Лилит медленно обернулась. Впервые на ее идеальном лице промелькнуло удивление. Она смерила бабку презрительным взглядом.

— Прошу прощения? — ее голос сочился ледяной вежливостью. — Эта… мумия… со мной разговаривает?

— А то с кем? — невозмутимо парировала бабка, наконец оторвавшись от экрана. — Больше тут и нет никого в платье, как у портовой девки на распродаже. Чего приперлась? Мужика у внучки увести? Так он, поди, на твои кости старые и не глянет.

Лилит зашипела, и на мгновение ее фиолетовые глаза вспыхнули красным. Воздух в комнате загустел, запахло горелой проводкой.

— Старуха, ты не представляешь, с кем говоришь…

— Еще как представляю, — хмыкнула баба Нина. — Ты у нас в аду на особом счету была. Бывшая пассия начальства. Знаем, плавали. Только вот тут не ад, и полномочий нет у тебя никаких. Так что брысь отсюда, пока я тебя веником не огрела... освященным.

Это было слишком даже для Марго. Она шагнула вперед, вставая рядом с Асмодеем. Ее сердце колотилось, как отбойный молоток, но голос звучал на удивление твердо.

— Бабушка права, — сказала она, глядя прямо в глаза демонессе. — Это моя квартира и мой муж. А теперь будьте добры, объясните, какого черта вы здесь делаете, пока я не вызвала участкового или экзорциста.

На лице Лилит отразилось что-то похожее на уважение. Смесь раздражения и любопытства.

— У питомца есть голос, и даже клыки... — она усмехнулась. — Хорошо. Я объясню на понятном тебе языке, архитектор. Ваш… союз… — она произнесла это слово с нескрываемым отвращением, — это временная аномалия. Он держится на хрупком балансе и на том, что Асмодей привязал свою сущность к тебе. Но он не может быть твоим, пока он нужен аду. Его отсутствие порождает хаос, который грозит разрушить не только преисподнюю, но и равновесие во всех мирах.

Она снова вперила свой взгляд в Асмодея.

— Ты променял трон преисподней на хрущевку и… архитектора? Ты, чье имя заставляло дрожать архангелов? Ты позволил этой… девочке… превратить тебя в ручного демона?

— Ее зовут Маргарита. Она моя жена, — твердо повторил Асмодей. В его голосе зазвенела сталь. — И мой выбор не обсуждается. Уходи, Лилит.

— О, я уйду, но не одна, — она обвела взглядом убогую обстановку хрущевки. — Я вижу, что тебя привлекает в этой смертной. Порядок, структура, расчет... то, чего тебе всегда не хватало. Хорошо, я предлагаю сделку или, если хочешь, испытание.

Ее фиолетовые глаза впились в Марго.

— Ты считаешь себя достойной носить титул его королевы? Докажи. Я даю тебе шанс. Наведи порядок в его царстве. Сделай то, что не смог сделать он сам — реорганизуй ад. Создай новую, эффективную структуру из того хаоса, что он оставил. Спроектируй его заново.

Марго смотрела на нее, пытаясь осознать масштаб предложения. Спроектировать ад? Это звучало как метафора.

— Если эта… чертежница… — Лилит выплюнула это слово, как оскорбление, — сможет обуздать преисподнюю, я, возможно, признаю ее право держать тебя на поводке. Но если она потерпит неудачу, если ее хрупкий смертный разум сломается под тяжестью вечного хаоса… ты вернешься ко мне. Туда, где твое место, и этот смешной контракт будет аннулирован. Навсегда.

Наступила тишина. Было слышно только, как за окном гудят машины и как в телевизоре Андрей Малахов надрывно кричит: «Что скажете вы?!».

Асмодей хотел было вмешаться, сказать, что это безумие, но Марго опередила его.

Она посмотрела на Лилит, на ее высокомерное, идеальное лицо. Посмотрела на Асмодея, в глазах которого читалась ярость и беспокойство за нее. И что-то внутри нее, что-то упрямое, злое и профессионально-амбициозное, щелкнуло.

Ее унизили. В ее собственном доме. Поставили под сомнение ее выбор, ее любовь и, что хуже всего, ее профессиональные навыки.

— Какие сроки? — спросила Марго холодно, ее голос был спокоен, как у прораба, обсуждающего смету. — И где я могу ознакомиться с техническим заданием и исходной документацией?

Улыбка сползла с лица Лилит. Она ожидала слез, истерики, чего угодно, но не этого делового тона.

Асмодей посмотрел на Марго с нескрываемым восхищением.

Баба Нина на диване одобрительно крякнула и налила себе еще коньяку.

— Вот это по-нашему, — пробормотала она. — По-советски. Сначала план, потом работа. А эту фифу — на субботник, котлы от сажи чистить.

На мгновение в тесной гостиной хрущевки повисла тишина, плотная и звенящая, как натянутая струна. Лилит, перводемонесса, матерь суккубов, стояла с выражением оскорбленного божества, которому только что предложили ознакомиться с правилами пожарной безопасности. Марго, стиснув зубы, держалась за руку Асмодея, черпая в его тепле силу. А баба Нина, эпицентр этого дипломатического кризиса, с громким стуком поставила пустой стакан на стол, словно судья, вынесший окончательный вердикт.

Первой оправилась Лилит. Она медленно, с хищной грацией, опустилась обратно в кресло Марго, демонстративно закинув ногу на ногу. Ее фиолетовые глаза сверкнули.

— Техническое задание? — промурлыкала она, и в ее голосе прозвучали нотки ядовитого веселья. — Дорогая моя… смертная. Техническое задание для ада писалось кровью падших ангелов на коже первого грешника. Оно просто: страдания, отчаяние и вечный учет. Твоя задача — сделать это… эффективным, рентабельным. Привести в соответствие с духом времени. Сейчас это неэффективный, убыточный, архаичный балаган.

— Понятно, — кивнула Марго с деловым видом, хотя внутри у нее все сжималось от ледяного ужаса. — Требуется полная реновация с оптимизацией логистических цепочек и ребрендингом.

— Как точно, — усмехнулась Лилит. — Возможно, из тебя и правда выйдет неплохой менеджер. Если, конечно, не сгоришь в первом же котле.