Оглядываюсь по сторонам и пытаюсь освободить руки. Верёвка, стянувшая запястья, впивается в кожу и почти не даёт крови циркулировать, но все попытки вырваться оказываются бесполезными.

Я в конюшне. Вот только лошадей здесь нет, а в холодной темной ночи меня окружает группа мужчин. Некоторые в белых масках.

И она.

Мисс Салем.

В памяти вспыхивает картина: она стоит у моей двери сразу после того, как выстрелила в Дэнни. И мне хочется вцепиться ей в горло.

Она стреляла в моего Дэнни.

Сердце начинает колотиться ещё быстрее от страха.

Как она могла это сделать? Это, чёрт возьми, не укладывается в голове!

— Я думала, вы не можете ходить, — бросаю я, растирая руки в попытке хоть немного согреться.

Салем меня игнорирует.

— Он мёртв, знаешь ли… твой парень. — Она злобно смеётся, стоя прямо и уверенно, словно никогда не была ранена и не переносила никакой операции.

Меня накрывает чувство предательства. Я ухаживала за этой пациенткой. Какого черта?

Одетая во все черное, она стоит рядом с мужчиной, чья длинная борода достает до самой груди, а сам он смотрит на меня как на мусор.

— Мисс Салем, но как? Зачем? В-вы... — Качаю головой, пока она смотрит на меня с самодовольством человека, который наконец получил желаемое. — Вы врете! Он не мертв. Я не верю. Зачем вы это делаете?

Она медленно подходит, пока я безуспешно пытаюсь освободиться от верёвок. Затем наклоняется ко мне почти вплотную.

Волосы гладко зачёсаны назад и собраны в безупречную причёску. Ни единой выбившейся пряди. В её взгляде сгущается жажда мести.

На губах появляется холодная усмешка, и меня начинает трясти от ярости. На этот раз я буду защищаться. Дэнни многому меня научил. В том числе и тому, как обращаться с оружием.

— Значит, я вру? — Она наотмашь бьёт меня по лицу.

От силы удара голову отбрасывает в сторону, но я всё равно поднимаю взгляд и смотрю ей прямо в глаза.

Женщина достает что-то из кармана. Присаживается на корточки, уперевшись локтями в бедра, и начинает крутить на пальце цепочку.

Глаза расширяются от ужаса, когда я понимаю, что это.

Его армейские жетоны.

Жетоны Дэнни.

С его именем. Те самые, которые он носил не снимая. Но сейчас они покрыты кровью. Меня сейчас вырвет.

Кажется, я сейчас снова потеряю сознание. От одной мысли, что Дэнни мёртв, мне самой не хочется жить.

— Нет… — шепчу дрожащим голосом.

Слёзы текут ещё сильнее. Я судорожно втягиваю воздух, глядя, как жетоны покачиваются у неё в пальцах, а она снова смеётся, наслаждаясь моей болью.

Мой Дэнни… Его больше нет?

— Оказывается, даже Смерть можно убить. — Она выпрямляется и разражается ликующим смехом.

Затем небрежно швыряет жетоны на пол подальше от меня, в противоположный конец помещения. Теперь я вижу только её спину, пока она возвращается к бородатому мужчине.

Жетоны с лязгом падают на доски.

— Почему? Почему вы убили его?! — снова кричу я, качая головой, пока слёзы ручьём текут по щекам.

Я пытаюсь подползти к жетонам Дэнни.

Мне нужно взять их в руки. Сжать в ладонях.

Он не может умереть. Пожалуйста, Господи, только не это.

В следующую секунду кто-то хватает меня за волосы и дёргает назад. Я вскрикиваю и начинаю отбиваться ногами. Мужчина тащит меня обратно в проход между стойлами. Я зажмуриваюсь за мгновение до того, как он отпускает меня.

— Жизнь за жизнь! — выкрикивает Салем, бросаясь ко мне.

Подбежав, она с размаху бьёт меня ногой в живот.

От боли у меня вырывается хриплый стон. Кажется, удар выбивает из лёгких весь воздух.

Я жадно хватаю ртом воздух, задыхаясь после удара.

— Прекратите! О чём вы вообще говорите? — с трудом выдавливаю я. Дэнни мне ничего не рассказывал. Я понятия не имею, о чём, чёрт возьми, речь. Какое это вообще имеет отношение ко мне?

— О той вещи, которая нас объединяет, мисс Альварес! Неужели не помните?!

— Не помню чего?! И какое это имеет отношение ко мне?

Какого чёрта она несёт? Что у нас может быть общего?

И тут до меня доходит. Наши братья. Но всё равно я не понимаю, какое отношение это имеет ко мне.

— Для медсестры ты чертовски туго соображаешь. Он убил моего единственного брата, сука. — Она снова отходит на несколько шагов, а мужчина рядом прожигает меня взглядом своих жутких глаз.

— А теперь мы убили его. Все, кого мистер Смерть успел настроить против себя, будут в восторге, когда узнают, что он сдох. Особенно его бывшая девушка, Нора. Это она рассказала нам о тебе. Мы даже навестили её в тюрьме. Что ты такого сделала, что она тебя так возненавидела? — насмехается она, растягивая губы в злорадной улыбке. Мужчина рядом с ней по-прежнему стоит, скрестив руки на груди.

— Я же говорила… мужчины — мусор.

Чёртова Нора, ну конечно. Кто же ещё.

— Что значит, он убил его? Вы же сказали, что ваш брат погиб в автокатастрофе!

— Я солгала. Его убил твой парень. В ту ночь, когда казнили Дэймона Хоука. Кто-то должен был выполнить эту работу, и отвечал за неё мой брат.

— Вслед за ним сдохнет и вся его команда. Все заплатят. Чего бы нам это ни стоило. — Салем один раз хлопает в ладоши, словно учительница, закончившая урок.

— А теперь у нас есть единственное, что было дорого Смерти. Ты. — Она усмехается и упирает руки в бока. — Не переживай, скоро к нему присоединишься.

— Повесить её, — приказывает мужчина, отворачиваясь.

— Не убивайте меня! Пожалуйста! — умоляю я, пытаясь отползти, но мужчина за моей спиной не даёт мне этого сделать.

Он рывком поднимает меня с пола за волосы. Туфель на мне уже нет, только красное платье.

Я зажмуриваюсь от боли и шиплю сквозь зубы.

— Он убил моего брата! Единственного сына моего отца! И это только начало. Мы не остановимся, пока все эти так называемые Палачи не сдохнут. Мы не станем тебя вешать, если расскажешь нам больше о его команде. Назовёшь их имена. И расскажешь про Химеру.

Химеру?

— Я ничего вам не скажу. Они хорошие люди.

Я никогда ничего им не расскажу. Ни за что не выдам Кейна.

Господи. Кейн найдёт меня. Я знаю это.

Может, и Рукер тоже. Они с Дэнни были очень близки. Скорее всего, теперь именно он будет главным.

— Хотя нет, не вешайте её. — Мужчина начинает расхаживать вокруг меня, задумчиво поглаживая подбородок. Затем уголки его губ ползут вверх, и он расплывается в улыбке.

— Мы будем мучить её, пока она не начнёт кричать. Запишем всё на видео и отправим Палачам. — Он пожимает плечами и наклоняется почти вплотную ко мне.

— Они все виновны в смерти моего сына.

Начинаю рыдать еще сильнее, лихорадочно выискивая взглядом на полу жетоны Дэнни. Я не хочу умирать. Знаю, раньше мне казалось иначе, но я не могу покинуть этот мир вот так.

Я не умру без боя. И не доставлю им удовольствия видеть на камере мой страх или боль. Не покажу страха перед смертью.

Брат бы этого не хотел. Мама учила меня быть сильной и верить в Бога, и я не позволю им меня сломать.

Поверить не могу, что оказалась в таком положении — балансирую между жизнью и смертью на тонкой грани.

После того как на ночь меня бросили в конюшню, ко мне больше не притрагивались. Допрашивали снова и снова, но я хранила молчание.

Мисс Салем отвесила несколько пощечин и так сильно пнула в живот, что, кажется, треснуло ребро.

Но я стерплю это. После убийства моего Дэнни я вынесу что угодно, лишь бы не дать им желаемого.

Они расспрашивали о Бейне, Кобре, Техасе и Химере.

Их настоящих имён они не знают. Только моё и Дэнни. И я никогда ничего им не расскажу. Лучше умереть, чем подвергнуть опасности других людей и отдать их на растерзание тем, кто за ними охотится.

С той ночи, как меня похитили, еды мне почти не дают. Меня мучает жажда, и с каждым часом сознание мутится всё сильнее.