— И как успехи, тётя Юлия? — спросил я. — Абрам Самуилович про это мне не рассказывал. Думаю, что тётя Арина не против будет.

— Абрам Самуилович лишь вчера получил от него письмо! — тут же ответила тётя. — Как бы идёт к концу создание двух клубов — первый в мастерской «Арина», а второй — в Киреше. Правда, тяжело с подбором подходящего футбольного поля. В Санкт-Петербурге свободных земель как бы нет, если что и подходит, то стоит дорого. А в пригороде публика не будет приходить на игру. И, да, с Костей и Соней там всё хорошо! Борис, ты молодец, спас их любовь!

Ну, я всегда за любовь, и счастливую! А так, лишь сказал:

— Придёт публика, тётя Юлия! Это и не важно, так как сначала надо подготовить команды. А землю мы найдём!

Ну, да, насчёт публики не стоило беспокоиться. Футбол не для знати, а простых людей. А в пригороде лучше. Ведь простые люди больше там и будут жить. А потом и Петербург сильно вырастет…

— Да, Людвиг, получается, что мальчик нас всё-таки сильно обманул? Он вообще оказался не тем, кем нам казался! И как там у Вас результаты переговоров с полковницей Тутолминой?

— К сожалению, herr посол, она нам, хоть и вежливо, отказала. Если честно, сейчас от неё мало что зависит. Надо выйти на Великого князя Николая Николаевича. Теперь, после их успешного испытания в Плевне, производство новых взрывчатки, мин и гранат находится строго в его введении. Мы и сами можем начать производство нового оружия, ничего сложного в них нет, но нам пока неизвестна технология производства взрывчатки. Нам никак не удалось выйти на прямой контакт с русскими учёными, как установлено, Зининым и Бородиным. Они просто отказались со мной встречаться. Только вот, herr посол, по всем косвенным данным, именно юный князь стоял за разработкой и взрывчатки, и оружия. Он явно направился на Балканскую войну для их испытания и там всё успешно испытал.

— Да, Людвиг, мне тут прислали из Берлина отчёт Генриха. Он уже в Систово, прикинулся там корреспондентом «Berliner Tageblatt» и «Berliner Volks zeitung», и взял несколько интервью и у бойцов этого странного Седьмого легиона, а больше у других русских военных. Ну, Вы же и сами просматривали румынские «Timpul» и «Gura satului», хоть и не свежие! Так и русский сегодняшний «Правительственный Въстникъ» мы обсудили только что. И там корреспондент газеты Всеволод Крестовский был и в самой Плевне. Так что, в его статье отражена самая свежая и достоверная информация.

— Да, весьма интересные и познавательные статьи, herr посол. Получается, что этот Седьмой легион провоевал в Плевне достойно и показал там многие новые тактические приёмы? А его создал и напрямую командовал юный князь? В статье написано, что мальчик лично участвовал в боях и успешно командовал гарнизоном своего опорного пункта. И он же успешно применил мины и гранаты?

— Так и есть, Людвиг. Мальчик там, само собой, поставил во главе своих помощников, но полноценную боевую подготовку, и в короткие сроки, организовал явно сам и, на удивление, добился неплохих результатов. И мы сейчас имеем в его лице, хоть в это и поверить трудно, подготовленного военного и жестокого убийцу. Судя по статье, и на его личном счету не менее десятка убитых турок! И помощники, и даже помощницы у него получили соответствующую подготовку. И весь легион!

— Да, herr посол, получается, что именно болгарские ополченцы расстреляли турецкие эскадроны и защитили русский санитарный обоз? Там надо иметь хорошую подготовку и железные нервы!

— Конечно, Людвиг! И это сделали юный князь и его болгары, лишь ненамного его старше! Да, там погибли и девицы мальчика, и многие легионеры, и другие русские солдаты, и сам едва не погиб, но он всё-таки выжил! Согласно срочным донесениям наших агентов, юный князь сейчас находится в Одессе на лечении. Он ранен, но его раны как бы не такие опасные. И Генриха, скорее всего, срочно отправят в Одессу, на встречу с мальчиком.

— Понятно, herr посол. Нам, наверное, пока не стоит встречаться с полковницей Тутолминой? Она сейчас прочитает газеты и всё узнает, и, конечно, будет переживать.

— Да, пока, Людвиг, не стоит. Просто направьте к ней курьера с сообщением, что её племянник жив, ранен, но всё-таки не так тяжело, и сейчас находится, кстати, вместе с бойцами своего легиона, на лечении в Одессе. Да, не забудьте выразить восхищение таким геройским мальчиком и добавьте, что мы рады, что он остался жив. И сообщите, что наше взаимовыгодное сотрудничество продолжится на прежних условиях, и мы выполним все свои обязательства.

— Хорошо, herr посол, будет сделано!

— А что касается, Людвиг, новых взрывчатки и оружия, то и в Берлине есть кому съездить на встречу с Великим князем Николаем Николаевичем. Хотя, Мы ещё напишем письмо и Великому герцогу Карлу Александру. Он постоянно интересуется делами юного князя. Если бы тот согласился, давно бы признал его своим племянником.

— Это нам, herr посол, было бы выгодно. Мальчик наверняка придумает ещё много чего интересного.

— Да, Людвиг, следует ожидать. Но это признание сильно не понравилось бы императору Александру Второму. Только и своих подданных надо ценить и постоянно поддерживать. Это же мальчик фактически спас Плевну и даже достойно воевал там, но пока тихо. Похоже, что русское командование слегка растерялось и не знает, что делать с ним? Ну, пусть думает. Надеюсь, что мальчик тепло встретит Генриха? Понятно, что он не дурак и ведёт какую-то свою игру, нам пока непонятную. Тем не менее, отношения с ним и его родными нам выгодны. И от князя явно можно ожидать и других изобретений. И мы не можем нарушить предписание рейхканцлера и должны приглядывать за мальчиком и по-возможности помогать ему. Непонятно, но юный князь ему чем-то понравился.

— Ну, раз так, herr посол, то надо послать в Одессу как можно больше наших людей. Юный князь хороший выдумщик, и он может и в Одессе что-то придумать. Там нам и удобней с ним договориться. И ещё надо внедрить наших агентов и в этот Седьмой легион. Им будет полезно узнать о выдумках мальчика.

— Хорошо, Людвиг, Мы отпишем насчёт этого в Берлин. Пусть посылают, и даже в эту Одессу. Мальчик наверняка и там придумает что-нибудь интересное. Судя по всему, он ещё не привык бросать и сдавать своих людей и постарается всё сделать для его поддержки. И правильно делает — верных людей не так-то просто найти. А они ему позже наверняка понадобятся.

— Возможно, herr посол, он ещё и потерял свою первую любовь? Князь же взрослеет, и как раз в этом возрасте подростки обращают внимание на девушек, и больше даже старше себя возрастом. А тут ещё война! И чувства там всегда обостряются.

— Похоже, что так, Людвиг? Мне самому в этом возрасте сильно нравились дальние родственницы, лет на пять старше меня. Мне они казались даже небесными созданиями. Повзрослев, я обнаружил, что имелись женщины и красивее, и милее, но вот привычка сравнивать их с родственницами осталась. А тут мальчик свою первую любовь ещё и потерял. Хотя, и девица достойная была — и красивая, и вместе сражались… Судя по статье, на её счету было почти до двух десятков турок! Настоящая валькирия! Да, и нам надо обратить внимание на женщин. И из них явно хорошие стрелки получатся. То, что нам надо! Вот мальчик обратил и получил воинов. Не зря же его легион смог расстрелять турецкие эскадроны! Хотя у этого санитарного обоза как бы и не имелось шансов. Но получилось наоборот!

— Хорошую песню, хоть немного и странную, мальчик посвятил этой девушке. В статье, herr посол, написано, что у неё глаза на самом деле были зелёными. И гимн легиона получился интересным. Но мы, herr посол, проверили и выяснили, что легион с таким номером больше стоял и в основном воевал на территории Испании и Португалии. А в Сирии воевал шестой. Ещё он воевал и в Германии.

— Какая разница, Людвиг? Главное, судя по тексту, что легион воевал в Сирии. И номер имеет сакральный смысл. Ясно, что гимн явно направлен против турок. Хоть и нежелательно, но всё-таки стоит подумать даже о направлении наших воинов в этот легион. Там же, получается, прямое напоминание о древних временах.