— Что тут происходит? Не понимаю...

— Аннушка! — Арита вскочила из-за стола. — Как ты здесь оказалась? — она ткнула пальцем в сторону «лилии». — Почему тогда... Это что же? Ты оставила брошку там?

— Да, — девушка подошла ближе, рассматривая белый цветок с бледно-розовыми прожилками на лепестках, тогда как у сестрицы этой лилии были жёлтые. — Я подарила брошку герцогине.

— Зачем?! — всплеснула руками тётя. — А если они догадаются, что это подслушивающий артефакт?

— Дай сюда! — потянулась к ней Марианна. — Я поеду, всё объясню и принесу извинения.

— Рехнулась? — Арита загородила собой дорогу. — Хочешь похоронить отношения ещё до того, как они устроились?

— Как ты додумалась до такой низости, тётушка? — продолжала возмущаться леди. — Подслушивать!

— Почему низость? Почему низость? — закудахтала Арита. — Кузина доверила мне заботу о тебе! Я не могу без присмотра отпустить драгоценную племянницу к незнакомым людям, более того — эльфам! Мало ли что они затеяли.

— Что они могли затеять… — засмеялась Марианна, но тётя приложила палец к губам.

— Тс-с-с! Вот, слышишь?

Обе они замерли во внимании. Из артефакта доносился взволнованный голос Дэйвела:

— Не понимаю, отец! Как ты можешь настаивать? Ридана сняла мой браслет — следовательно помолвка разорвана с её стороны.

— Я давал обещание не ей! Морш Алуэ ничего не разрывал, более того, ты сам говорил, что этот мерзавец обвиняет в исчезновении дочери тебя, — раздражённо ответил сыну герцог.

— Этим делом занимаются жандармы, они уже напали на след похитившей девушку банды, вот-вот освободят её, и Ридана…

— Послушайте! — вмешалась в разговор герцогиня. — Если Дэйвелу не нужно будет жениться на этой Алуэ, быть может, поищем невесту в Брейвиле?

— Мама! — темпераментно воскликнул маркиз. — Я уже нашёл свою…

— Сынок, Аннушка безусловно хорошая партия, но ведь ты достоин большего, на тебя всегда обращали внимания эльфийки из аристократических родов, они в любом случае предпочтительнее для…

— Как ты себе это представляешь? — с ехидцей спросил её сын. — Стараниями репортёров все знают о том, что я отправился в Рейвенхилл к невесте! В том числе и столичные аристократки. Не думаю, что какая-то из них соизволит подобрать чужого брошенного жениха.

После этой фразы Марианна не выдержала и бросилась к столу, оттолкнув мешавшую ей тётю:

— Хватит! Я не желаю всё это слышать!

Она с яростным лицом схватила брошь. Арите показалось, что племянница швырнёт артефакт на пол и начнёт его топтать. Она запричитала, ловя Марианну за руки:

— Погоди, детка, я сейчас дезактивирую!

Ловко отобрав брошь у Марианны, тётя повернула лилию относительно окружавших её листиков, голос герцога, пытавшегося примирить жену и сына, резко оборвался. Леди Ютт без сил упала на ближайший стул, закрыла лицо ладонями и разрыдалась так горько, что Арита не представляла, с какой стороны подойти с утешениями.

Леди Ютт могла сколько угодно злиться на тётушку за то, что та исподтишка подсунула ей прослушивающий артефакт, однако не случись этого и не догадайся сама Марианна подарить брошь герцогине, они никогда бы не узнали о том, как на самом деле родители Дэйвела отнеслись к новой невесте. С дрожью девушка вспоминала доброжелательные улыбки, заинтересованные вопросы, красивые комплименты, щедро рассыпаемые четой Эссонов. Всё очевидно: им не хотелось ссориться с любимым сыном, вот и провели встречу с его избранницей на высшем уровне, а потом наедине, без лишних, как им казалось, ушей принялись вразумлять маркиза каждый на свой лад.

Складывалось впечатление, что герцог ничего против леди Ютт не имеет, его всего лишь тяготят данные много лет назад обещания, а вот её светлость Людлена!

Арита, после того как племянница вытребовала у неё брошь-приёмник, пыталась успокоить разбушевавшиеся эмоции Марианны, просила не переживать из-за случайно услышанных слов:

— Пойми, детка! Ни одна обожающая сына родительница не способна безоговорочно принять будущую невестку. Странно не хотеть безупречной партии для своего отпрыска. Будь уверена, самый идеальный вариант покажется герцогине недостойным её Дэйвела.

— При этом она собиралась отдать его Ридане, — грустно усмехнулась Марианна. — Ты видела эту девицу, тётя...

— Не вспоминай! — Арита прошла следом за племянницей в другую комнату, стала помогать распутывать золотую сетку на её волосах, продолжая рассуждать: — Ты же понимаешь, с их стороны это был вынужденный шаг. Однако я уверена, после заключения союза твоего эльфа с беспардонной смуглянкой жизнь Риданы превратилась бы в сплошной кошмар! С дирхами в пекле жить приятнее, чем с ненавистной свекровью.

— В любом случае это меня не касается, — хмуро заметила Марианна, начиная снимать платье.

— О чем ты, Аннушка?! — возмутилась тётя.

— Я и раньше сомневалась, стоит ли бросать Рейвенхилл ради внезапно вспыхнувшей любви, а теперь точно не стану рисковать.

— А чувства? Неужели растопчешь их?

Леди Ютт хмыкнула, заметив, что Арита не стала напоминать о выгодах брака с будущим герцогом, надавив на более чувствительную точку.

— Надеюсь, они утихнут, как только маркиз вернётся в Брейвиль.

— Умоляю, — прижала ладонь к сердцу тётушка Тиш, — не руби швартовы! Ты ведь и раньше медлила, ожидая, когда эльф разберётся с бывшей невестой. Оставайся на этой позиции, вот и всё! — видя, что племянница качает головой, пустила слезу: — Как же я корю себя за эту выходку! Проклятое любопытство.

— Всё к лучшему, — Марианна подошла ближе и поцеловала тётушку в лоб. — Иди, я хочу лечь, ведь завтра моя очередь обслуживать покупателей.

Арита собиралась возразить, но племянница настойчиво подтолкнула её к выходу, всем видом показывая, что не желает продолжать дискуссию.

Оставшись одна, леди Ютт бралась то за одно, то за другое дело. Вопреки сказанному тёте, ложиться в постель не торопилась. Казалось, стоит перестать двигаться, как притупившиеся эмоции нахлынут с новой силой. Вот уже совершены все вечерние процедуры, расчёсаны волнистые волосы цвета меди, надета шёлковая ночная сорочка, прибрано в комнате, приготовлена одежда на завтрашний день, а мягкая постель всё ещё не манила. Девушка заметила лежащий в кресле нарядный клатч. Куда бы его спрятать, чтобы не напоминал о пережитом позоре? Тут-то и вспомнился подарок Эссонов. Первой мыслью было вернуть склянку с эльфийским эликсиром Дэйвелу, а ещё попросить взамен отдать и брошь — всё-таки были опасения, что их светлости догадаются об истинном значении подарка. Немного посомневавшись, леди решила для начала ознакомиться с приложенной к презенту инструкцией. Прошла в рабочий уголок, активировала магический светильник, уселась за стол и развернула свиток.

— Хм... полезное, однако, средство!

Оказалось, что эликсир получен из трав и цветов, растущих в древних эльфийских лесах на южной оконечности материка. Заповедные места могли посещать только те, в ком течёт хоть капля эльфийской крови. Из состава драгоценного средства Марианне был знаком только ательас[1] или королевский лист. О нём рассказывал отец, уверяя, что трава помогает исцелить любую рану, даже нанесённую колдуном. Однако подаренное Эссонами средство имело и другие полезные свойства. Действие зависело от используемого количества. Одна капля, растворённая в чайной ложке воды, избавляла от сердечной тоски, даря крепкий безмятежный сон. Две — возвращали бодрость и энергию. Три — прогоняли только что подхваченную болезнь, при хронических заболеваниях требовался регулярный приём лекарства вплоть до полного исцеления. Если же возникала необходимость обработать свежую рану, потребовалось бы чуть ни полпузырька.

— Какие они всё-таки великодушные, — невесело улыбнулась Марианна, — решили помочь мне поскорее смириться с потерей Дэйвела. Что ж, не стану упрямиться. Избавление от сердечной тоски — это то, что мне сейчас нужно. Крепкий сон тоже не помешает.