Масштабы будут меньше, чем у «частников» – слишком много бюрократии, слишком мало понимания, как работает новый мир, – но всё равно через несколько месяцев в каждой оперативной группе будет хотя бы один маг. В полиции. В скорой. В пожарной бригаде.

И тогда Купол Флио перестанет играть большую роль. Если, конечно, мы не найдём мага школы Менады и не успеем прокачать его до четвёртого уровня до осени.

Я открыл глаза, поднялся со стула – медленно, придерживаясь за стену, – и прошёл на кухню. Каждый шаг отдавался болью в бедре – тупой, ноющей, которая становилась острой, когда я переносил вес на левую ногу. Я старался не хромать, но получалось плохо.

Холодильник. Я открыл его, заглянул внутрь. Литровый пакет яблочного сока стоял на верхней полке. Я вытащил его, оторвал крышку и сделал несколько глотков прямо из пакета.

Холодный, сладкий, с кислинкой. Организм требовал сахара, жидкости – всего, что помогло бы восстановить потерянную кровь в отсутствие эликсиров. Я выпил половину пакета, поставил его на стол и пошёл в подвал.

Лестница вниз была узкой, ступени скрипели под ногами. Я спускался медленно, держась за перила. На одном из стеллажей расположились винные бутылки.

Вообще я заказывал их в первую очередь для готовки, но никто не запрещал использовать часть по прямому назначению. Взял бутылку кагора – сладкий, крепкий, как раз то, что нужно. Поднялся обратно.

Ещё чайник. Я налил воды, включил. Пока вода закипала, я взял кружку, насыпал в неё чай, добавил десять ложек сахара. Может, даже больше. Считать не стал. Просто сыпал, пока не показалось, что достаточно.

Чайник закипел, я залил чай кипятком, размешал. Сладость била по ноздрям даже сквозь запах заварки. Сделал глоток. Горячо. Язык обожгло мгновенно – он всё ещё кровоточил, рана от ножа не зажила. Я зашипел, но не бросил пить. Просто терпел.

Я вернулся в жилую зону, сел за стол, поставил перед собой кружку с чаем, пакет сока и бутылку кагора. Открыл бутылку, сделал глоток. Сладкий, густой, с привкусом изюма.

Тепло разлилось в груди, осело в животе. Алкоголь расширял сосуды, ускорял кровообращение. Не лучший вариант при ранениях, но кровь восстановит отлично.

Потом переключился на чай, потом снова на сок. Чередовал. Организм требовал жидкости, сахара, калорий. Я давал ему всё, что мог.

Когда закончил, я снова взял аптечку и начал обрабатывать раны. Более аккуратно, чем в первый раз.

Ладонь. Я размотал бинты, промокнул кровь марлей. Рана глубокая, но края ровные. То, что было вывернуто наружу, за два часа разгладилось, слава богу.

Я вытащил из аптечки стягивающий пластырь – специальный, хирургический, который держит края раны вместе, не давая им разойтись. Наложил его в три полоски, поперёк пореза, плотно, чтобы кожа соединилась. Потом перебинтовал заново. Туго, слой за слоем. Ладонь почти перестала болеть. Пальцы двигались нормально, хват не потерял.

Стянул штаны, размотал бинты. Рана выглядела хуже, чем я думал. Два отверстия: входное и выходное. Края рваные, кожа вокруг красная, сильно опухшая. Кровь всё ещё сочилась, пусть и медленно.

Пуля прошла сквозь бедро, не задев кость, но мясо было повреждено серьёзно. Мышцы, жир, может, мелкие сосуды. Не артерия, слава богу, но всё равно жутко.

Я достал телефон, открыл браузер, вбил в поиск «обработка огнестрельной раны». Первая ссылка – медицинский форум. Прочитал инструкцию. Промыть перекисью, но не лить в саму рану… чёрт, а я в прошлый раз уже ливанул.

Ну ладно. Дальше: удалить загрязнения, наложить стерильную повязку, не затягивать слишком туго, чтобы не нарушить кровообращение. Если есть признаки инфекции – антибиотики. Если кровотечение не останавливается – жгут и скорая.

Встал. Попробовал сделать шаг.

Боль. Резкая, простреливающая от бедра до колена. Тут как с рукой не работало. Я зашипел, схватился за край стола. Нога держала вес, но каждый шаг давался с трудом. Ходить нормально не получалось. Думать тоже – боль отвлекала, забирала на себя всё внимание.

Эликсиры кончились. Сделать новые в одиночку я не мог. Олег и Витька вернутся не раньше чем через пять‑шесть часов, если я правильно считал время.

Эссенция.

Я замер. Мысль пришла сама собой.

Эссенция – это концентрированный эликсир. Чистая магическая энергия Орба, не разбавленная водой. Разбавляют её как раз для того, чтобы она не навредила организму своей концентрацией.

Но моя кровь больше не была обычной. Мана и кровь стали едиными, неотделимыми друг от друга. Моё тело должно было быть куда более толерантным к плотной магической энергии.

Теоретически. Я прошёлся по жилой зоне, хромая, обдумывая идею. Риски. Выгода.

Риск: эссенция слишком концентрированная, даже с ихором организм может не справиться. Ожоги внутренних органов, отравление маной, не такое, как было у Витьки, а такое, которого я едва избежал во время процедуры перерождения крови.

Выгода: заживление раны ускорится в разы. Я снова смогу ходить нормально, думать, действовать. Без боли, без слабости. К тому же в принципе выясню, возможно ли это.

Это совершенно точно был не необходимый риск. Но в преддверии Века Крови я не мог позволить себе игнорировать возможности. К тому же сейчас, после перестрелки, после взрыва, после того как полиция уже побывала здесь, другие бандиты вряд ли сунутся. Слишком много внимания. Слишком много свидетелей. Риск нападения минимален.

Значит, у меня есть время попробовать.

Я поднялся и пошёл на кухню. Нога ныла с каждым шагом, но я игнорировал боль. Холодильник стоял в углу, я открыл его и заглянул на нижнюю полку. Там стоял пластиковый контейнер с плотной крышкой. Я вытащил его, поставил на стол.

Открыл крышку. Алая жидкость заполняла контейнер примерно на треть. Холод замедлил процесс её дестабилизации, но с того дня, как я добыл её из Орба, прошло уже пять суток. Эссенция была не вечна. Уже совсем скоро она начнёт портиться – сгустки, помутнение, потеря свойств. А потом просто превратится в бесполезную жижу.

Я наклонил контейнер, посмотрел на жидкость под светом лампы. Никаких сгустков. Никаких мутных пятен. Пока что пригодна для использования.

Взял чайную ложку из сушилки, опустил её в эссенцию. Зачерпнул совсем немного – буквально на кончике ложки. Поднёс ложку ко рту. Выдохнул. Проглотил.

Вкус металла и чего‑то сладкого, приторного. Жидкость обожгла горло, скатилась в желудок. Я поставил ложку на стол, закрыл контейнер и прислушался к ощущениям.

Никакого мгновенного эффекта. Не так, как с эликсиром, когда тепло разливается по телу сразу, когда раны начинают затягиваться через несколько секунд. Просто пустота. Как будто я проглотил обычную воду.

Я прошёлся по кухне, хромая, ждал. Минута. Две. Три. Ничего.

Может, доза слишком маленькая. Может, эффект накопительный. Может, ихор действительно помогает переварить эссенцию, но медленнее, чем я думал.

Четыре минуты. Пять.

Резь в животе. Острая, будто кто‑то воткнул туда нож и начал крутить. Я согнулся, схватился за край стола. Дыхание сбилось. Резь усилилась, перешла в жар – не снаружи, изнутри, как будто желудок начал плавиться.

Жар распространился вверх, к груди, к горлу, и вниз, к кишечнику, к ногам. Волна огня прошлась по телу, схватила каждую мышцу, каждую клетку. Я почувствовал, как пот выступил на лбу, на спине, на шее. Мгновенно. Градом. Рубашка промокла насквозь за секунды.

Меня замутило. Желудок скрутило, ком подкатил к горлу. Я сжал зубы, чтобы не вырвало, упёрся руками в стол. Ноги подкосились, я не мог стоять ровно. Опустился на одно колено, потом на оба. Голова кружилась, перед глазами поплыли чёрные пятна.

Это было похоже на процедуру перерождения крови, но вместе с тем по‑другому. И, благо, до крови из носа и глаз не дошло. Дыхание осталось, пусть и рваным. Сердце билось быстро, но не рвалось из груди. Я не терял сознание, я просто терпел.

Минута. Две. Пять. Десять. Жар не отступал, только усиливался, пот лился ручьями, я чувствовал, как он капает с подбородка на пол. Мутило так, что я вцепился в ножку стола, чтобы не упасть лицом вниз.