Дверь кабинета открылась, и вошёл Роман. Его кожаная куртка, потёртые джинсы и небрежная походка резко контрастировали с безупречной роскошью моего офиса. Он выглядел как человек, который привык жить на грани, и это одновременно раздражало и интриговало меня. Я указала на кресло напротив.

— Пунктуальный, — отметила я, не отрывая взгляда от бумаг на столе. — Это уже что-то.

— Стараюсь, — ответил он, садясь с лёгкой ухмылкой. — Ну, принцесса, выкладывай. Что за срочность? И почему ты так уверена, что я тебе нужен?

Я наконец посмотрела на него. Его глаза, тёмные и настороженные, будто сканировали меня, пытаясь понять, насколько далеко я готова зайти. Я откинулась на спинку кресла, скрестив руки.

— Потому что кто-то хочет меня убить, — сказала я прямо. — И я думаю, что это связано с моей семьёй. С дядей. Возможно, даже с бабушкой. И ты, Роман, единственный, кто знает, как работают такие, как те ребята в переулке. Так что да, ты мне нужен. Пока.

Он прищурился, обдумывая мои слова.

— Серьёзные обвинения, — сказал он, потирая подбородок. — У тебя есть доказательства? Или это просто твои богатые фантазии?

— Если бы у меня были доказательства, я бы уже сидела в полиции, а не разговаривала с тобой, вор, — огрызнулась я. — Но я не слепая. Я вижу, как бабушка покрывает Дмитрия. Как она замолкает, стоит мне упомянуть его имя. И те наёмники… Кто-то знал, что я буду дома. Знал, что охрана ослаблена из-за вечеринки. Это не случайность.

Роман кивнул, его взгляд стал серьёзнее.

— Допустим, ты права. Допустим, твой дядя хочет тебя убрать, чтобы забрать компанию. Но зачем ему это? Он и так в деле, у него есть акции, связи. Что он теряет, если ты останешься у руля?

Я усмехнулась, но в моём смехе не было веселья.

— Ты не понимаешь. Компания — это не просто бизнес. Это власть. Это наследие. Мой отец построил её с нуля, и я — его единственная наследница. Дмитрий ненавидит это. Он всегда считал, что я недостойна. Что я… — я замолчала, подбирая слова, — что я просто избалованная девчонка, которая всё профукает.

— А ты? — он посмотрел на меня внимательно. — Ты сама что думаешь?

Я выдержала его взгляд, чувствуя, как внутри загорается искра вызова.

— Я думаю, что он ошибается. Я не позволю ему забрать то, что принадлежит мне. И если для этого нужно играть грязно, я готова.

Роман невольно улыбнулся, и я заметила, как в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

— Неплохо, принцесса, — сказал он, вставая. — Но если ты хочешь играть по-крупному, тебе нужно больше, чем просто слова. Кто стоит за наёмниками? Почему они выбрали именно тот момент? И что твоя бабушка скрывает? Я поговорю с Малым, он может раскопать что-нибудь ещё. А ты… ты должна быть честной со мной. Если у тебя есть хоть малейшая зацепка, говори.

Я кивнула, но внутри всё ещё боролась с желанием рассказать ему всё. О бабушке, о её странных словах, о моих подозрениях насчёт аварии, в которой погибли мои родители. Но что-то подсказывало мне, что пока рано. Роман был слишком непредсказуемым. Я не знала, на чьей он стороне — на моей или своей собственной.

— А ты, Роман? — я встала, обойдя стол и приблизившись к нему. — Что ты скрываешь? Почему согласился мне помогать? Не поверю, что это только из-за денег.

Он замер, и на секунду мне показалось, что я задела его за живое. Но он быстро взял себя в руки, его губы снова растянулись в привычной ухмылке.

— Скажем так, у меня свои счёты с некоторыми людьми, — уклончиво ответил он. — И, возможно, наши цели пересекаются.

Я прищурилась, но решила не давить. Пока.

— Хорошо, — сказала я. — Но если мы теперь команда, тебе нужно выглядеть соответственно. Не могу же я появляться с телохранителем, который похож на байкера из дешёвого боевика.

Он поднял бровь.

— Это ты сейчас о моей куртке?

— И о джинсах, и о… всём этом, — я обвела его рукой. — Если ты собираешься быть рядом со мной, то должен соответствовать моему стилю. И, поверь, я не шучу.

— Серьёзно? — он скрестил руки. — И что ты предлагаешь? Галстук и туфли за тысячу баксов?

— Именно, — я улыбнулась, доставая телефон. — Через час за тобой заедут. Мы едем в бутик. И не спорь, это не обсуждается.

— Ты что, собралась меня переодеть, как куклу? — его голос был полон сарказма, но я видела, что он слегка растерян.

— Назови это инвестицией в наш общий успех, — ответила я, уже набирая номер своего стилиста. — И ещё, Роман. Если ты теперь мой телохранитель, то будешь рядом со мной. Постоянно. Это значит, что ты практически живёшь со мной. Я хорошо плачу, так что не жалуйся.

Он уставился на меня, будто пытаясь понять, серьёзна ли я.

— Жить с тобой? — переспросил он, и в его голосе мелькнула смесь удивления и насмешки. — Принцесса, ты уверена, что готова к такому соседству?

— А ты уверен, что готов отказаться? — парировала я. — Потому что, если ты уйдёшь, я найду другого. Но что-то мне подсказывает, что ты не из тех, кто легко сдаётся.

Он молчал, глядя на меня с прищуром. Наконец, кивнул.

— Договорились. Но если я буду жить с тобой, то никаких вечеринок с двумя парнями в спальне. Ясно?

Я рассмеялась, несмотря на напряжение.

— Не волнуйся, вор. Я найду, чем тебя занять.

Через час мы уже стояли в одном из самых дорогих бутиков города. Полы из чёрного мрамора, хрустальные люстры, запах дорогой кожи и парфюма — это место было создано для таких, как я. Но Роман выглядел так, будто его заставили войти в логово дракона. Он стоял посреди зала, скрестив руки, и скептически разглядывал манекены в безупречных костюмах.

— Это что, серьёзно? — пробормотал он, когда мой стилист, Антонио, высокий итальянец с идеально уложенными волосами, начал обмерять его талию. — Я чувствую себя как на съёмках какого-то дурацкого шоу.

— Расслабься, — ответила я, сидя в кожаном кресле с бокалом шампанского. — Ты должен выглядеть так, чтобы никто не заподозрил, что ты… ну, знаешь, вор.

— Бывший вор, — поправил он, бросив на меня взгляд. — И я всё ещё не уверен, что мне это надо.

— Надо, — отрезала я. — Если ты собираешься быть рядом со мной, то должен соответствовать. Люди судят по внешнему виду. А я не могу позволить, чтобы мой телохранитель выглядел как… — я замялась, подбирая слова.

— Как кто? — он прищурился.

— Как человек, который только что сбежал из подворотни, — закончила я, улыбнувшись.

Антонио хмыкнул, но продолжил свою работу. Он выбрал несколько костюмов — тёмно-синий пиджак от Zegna, чёрный смокинг от Tom Ford и пару рубашек, которые, по его словам, «идеально подчеркнут мужественность». Роман смотрел на всё это с таким видом, будто ему предлагали надеть клоунский костюм.

— Это стоит больше, чем я зарабатывал за год, — пробормотал он, когда Антонио показал ему ценник на пиджак.

— Не переживай, — ответила я, делая глоток шампанского. — Я плачу. Считай это частью сделки.

Он закатил глаза, но всё же отправился в примерочную. Когда он вышел в тёмно-синем костюме, я невольно задержала дыхание. Костюм сидел на нём идеально, подчёркивая широкие плечи и узкую талию. Его небрежная харизма, которая раньше казалась грубой, теперь выглядела утончённой, почти опасной. Он был похож на героя какого-то шпионского фильма — того, кто может одним взглядом заставить тебя забыть своё имя.

— Ну? — он развёл руками, глядя на меня. — Пройду я твой тест на «соответствие»?

— Пройдёшь, — ответила я, стараясь скрыть, как сильно мне понравился результат. — Но не расслабляйся. Это только начало.

Антонио принёс ещё пару аксессуаров — запонки, ремень, часы. Я выбрала классические Patek Philippe, которые стоили как небольшая квартира. Роман посмотрел на них с подозрением.

— Серьёзно? — спросил он. — Ты хочешь, чтобы я носил часы, которые стоят как машина?

— Не просто носил, — ответила я. — Ты должен выглядеть так, будто ты часть моего мира. Люди должны думать, что ты один из нас. И поверь, это не только про костюм. Это про уверенность. Про власть.