«Накапливает солнечный свет?» — подставив сосульку под лучи, маг получилось возможность подтвердить свое подозрение. Прямые, как иглы, лучи космического светила падали на смолу, и не проходили дальше, а преломлялись внутри нее, заставляя ту светиться чуточку ярче. — «И правда. Что это мне дает? Ничего. Впервые вижу такое. Мана, Жизнь, Природа и солнечный свет… Свет, Сила, тут не при чем. Хм…»

Несколько секунд помедлив, колдун положил каплю смолы в рот, решив положиться на привычный метод. Язык сразу ощути обжигающее прикосновение. В нем смешалось прямое воздействие высокой температуры, от которой обычный человек точно мог получить ожог, и самой энергии. Рецепторы принялись сигнализировать о новых, странных и непонятных ощущениях. Мозг же пытался трансформировать отклики в понятные и знакомые, для чего начал пробуждать воспоминания.

Простояв несколько минут, и потратив изрядную часть ментальной энергии, чернокнижник с трудом смог понять, что же его смущало. Он испытывал… душевное тепло, радость. Какое-то благоденствие. Смола оказывала эффект не на физическом уровне, хотя присутствовал и он. Она воздействовала куда глубже. От того это и было так сложно определить. Облачение Стенающих Душ значительно приглушала подобное. К тому же, чернокнижник привык испытывать боль своей души, не сразу угадав там, от чего старался отстраниться, совсем другое.

«Укрепляющий эффект для плоти, и некий духовный подъем… Как же непросто определять подобное без системы. Какие величины? Какие точки приложения? Вопросы… Без сложных ритуалов такое не понять. Однако, находка более чем волнительная. Похоже, мне в руки свалилось настоящее сокровище. Но Морена упоминала точно не это. Потому что никакого отношения к Буре, Стихии четвертого порядка, это дерево не имеет».

Оглядев корни, тянущиеся на сотни метров, к отступающей воде, демонолог пришел к неутешительному выводу — столь бурный рост грозил скорой засухой. Раньше болото поддерживалось источником воды, до которого ему дела не было никакого. Он виднелся вдалеке, и особой ценности не представлял. Теперь же, все несколько изменилось. Без воды весь лес, в его нынешнем состоянии, должен был погибнуть. А с ним и деревце.

«Надо решить этот вопрос, не привлекая лишнего внимания. Не интересовались маги раньше похереными посадками, вот пусть и дальше не интересуются. А уж я как-нибудь тут все организую для себя. Потом и росток-другой заберу в личное пользование. А лучше вообще все дерево пересадить, да только опасно это. Пока оно уникально. Его гибель будет… болезненна».

Оглядевшись вокруг, обостренным до предела зрением, Тирисфаль быстро нашел искомый объект, всего где-то в восьми километрах от себя. Из-за наслоения растительности и земли, источник виднелся плохо. Он угадывался по характерной для себя системе каналов и шлюзов, такое трудно было проглядеть. Никакие препятствия не могли скрыть столь грандиозную систему. Тем более, грязь и земля наросли именно на ней, как на фундаменте. Ко всему прочему, металлические руны, проложенные прямо в камне, продолжали функционировать благодаря питающим их направляющим.

Снова обратившись черной дымкой, маг полетел в нужную сторону, утягивая за собой покрытые синем пламенем сферы. А не торопился он по причине того, что смог заметить сразу три достойных внимания души. Одна из них, вовсе, могла посоперничать с Искрой Голоса Подземелий. Такое нельзя было пропустить мимо, не удостоив внимания. Тем более, раньше никого настолько могущественного на болоте не водилось. А если и был кто-то, демоны, обосновавшись в крепости, извели такие уникумы еще раньше, никого не оставив.

Первым, до кого колдун смог дотянуться своим взором в достаточной мере, чтобы детально рассмотреть, стал… дух. Облачившийся в древесину, кору и мхи, он удивительно точно повторял вид животного, похожего на большую кошку. Даже имелась грива из рыскающих в воздухе блинных лиан. Они вели себя подобно змеям, тыча и пробуя все вокруг. Растения, к которым те прикасались, на мгновение излучали вокруг изумрудные искры и менялись. Откровенные изъяны исчезали, отмирали лишние побеги, ветви и листья. Уходило все, что мешало растению. А порой они вовсе преображались кардинально, становясь чем-то совсем другим.

«Кажется, его можно отнести к лесным пастырям. Старый, сильный дух, обладающий развитым разумом. Стремящийся защищать природу и всякое место, что сочтет своим домом. Убивать его нельзя, не сейчас точно. Надо дать ему все облагородить, создать на своей территории побольше интересных видов. Потом извлеку двойную выгоду. А еще лучше, как-то взять его в оборот. Но порабощать духов природы я не умею, значит, надо искать другой подход. На крайний случай, можно будет попробовать сделать из его души артефакт. Впрочем, тут тоже есть проблемы…»

Так, предаваясь размышлениям, колдун еще больше замедлился. Хотел иметь возможность более детально видеть. Боялся пропустить что-нибудь особенное. Слишком многое бывшее болото уже показало, чтобы пренебрегать любым из возможных его даров.

Следующей на очереди стала зеленая виверна. Молодая, от того имеющая совсем небольшой размер. Вокруг ее головы, узкой, вытянутой, с парой мелких прямых рожек, кружили мелкие пичуги, весело чирикая песенки. В покрывающих кожу перьях и мхах ползали небольшие зверьки, коих оказалось удивительно много.

Сама тварь, относящаяся к драконидам, как знал после общения с волей некроманта чернокнижник, сидела на каменном уступе, заткнув задницей и хвостом ручеек. Потому вода стекала прямо по ней, моча брюхо, крылья и лапы

«Крылья… метров восемь в размахе. Сапа метров пять-шесть с хвостом, около двух в высоту. Совсем молодая, если верить рассказам того, что осталось от Таруша. К тому же не дракон, а виверна. Большой славы и пользы от нее не сыщу, однако, это будет немалое достижение. Драконидов в империи ненавидят так же сильно, как самих драконов. Так что от ее головы, в качестве трофея, будет хороший прирост к репутации. Еще должны будут выписать немалое „спасибо“, за убийство чудовища. Ведь, если оставить ее, она наверняка подрастет и уже не будет сидеть по лесам. Начнет наведываться в поселения, пока активно растет».

Меж тем, виверна раскрыла пасть и в нее начали запрыгивать мелкие грызуны, задорно хрустящие на клыках. За ними последовали птицы. Сожрав всех пришедших к нему животных и птиц, драконид развернулся и смачно обосрался, обгадив добрую половину скалы. Следом напился из ручья и спустился вниз. Поспать.

«Ну теперь хоть понятно, почему тварь почти болезненно тощая. Ленивая. Не хочет охотиться на крупную добычу. Довольствуется крохами, которые сами к ней бегут. Такая, наверное, от голода подохнет раньше, чем до людей доберется. Или окончательно от голода озвереет и как раз начнет нападать. Тут не угадаешь. Удивительно, что именно ее Искра самая сильная. А это куда лучше всего остального говорит об обманчивости внешнего вида».

Последним созданием оказался… драконид. Гидра. Большая, но всего с одной головой. Та, потеряв змеиный вид, полностью изменилась. Пасть стала почти крокодильей, длинной, полной опасных клыков и раскрывалась почти до самой глотки, от чего гидра приобрела еще более жуткий вид. Голова сужалась спереди, становясь острой, как стрела. Сверху ее прикрывало солидное костное утолщение. А под ним пряталось две пары злобных глазок. На теле, вместо мелкой змеиной чешуи, поросла новая. Толстая, большая, надежная. Настоящая броня.

Рудиментарные крылья, кои имелись у всех молоденьких гидр, не метаморфировали, а, наоборот, развились. Стали больше. Но летать с их помощью она все еще не могла. Только прыгать и планировать. На теле наметились зачатки лап, чего изначально змеиное тело не предусматривало.

«Сожрала свои головы… раньше я о таком только читал. Это одновременно признак развития интеллекта и… жестокости. Тупой, необоснованной агрессивности. Если верить все тому же тексту, то она теперь будет жрать вообще все, до чего может добраться, пока не завершится эволюционный виток. Тогда отрастут конечности и тело перестроится в целом. Это будет уже не совсем гидра, а полноценный драконид, даже опаснее виверны. Потому как регенерация сохранится, хотя и станет слабее. А вот ума только прибавится. Вот и скачек на следующий порядок своей расы… А как такого добиться мне? И сколько, интересно, у гидр таких вариантов преображения? Потому как, одноглавая, это точно лишь один из вариантов. Есть еще два направления, один идет полностью в гигантизм, второй делает упор на число голов. Вот бы кто-то дал полный перечень…»