Варго одарил Варуни издевательской, искаженной улыбкой. — Ты не против еще раз защитить мою задницу?

Лягушатник, Нижний берег: Феллун 4

Все заканчивается там, где началось, с мрачным весельем подумал Варго, когда Никори привел его к старому лягушатнику.

Он переоборудовал это место с тех пор, как Ондракья и Бреккон Индестрис использовали его для изготовления аша из крови Злыдней, и днем оно выглядело почти респектабельно. Птичье дерьмо было вычищено, прогнившие половицы заменены. Не осталось даже воспоминаний о том проклятом нуминате. Вряд ли это можно было назвать тем же самым зданием — не больше, чем Варго был тем самым парнем, который спрятался здесь после того, как его жизнь была связана с благородным лигантийцем, запертым в пауке.

Перестань быть таким болезненным. Они не причинят тебе вреда. Они не могут. Только не со мной:

Варго был склонен спорить — по природе своей, сказал бы Альсиус, — но не мог позволить себе отвлечься, когда вошел на открытый склад и увидел слишком большую толпу, чтобы ему было комфортно. Повсюду — на запястьях, на шеях — висели узловатые шнуры. Их прикрепляли к пальто или заплетали в волосы, как свадебные жетоны. И всех цветов: сапфирово-синие пауки Тумана, малиновые и кремовые банды Странной аллеи. Никаких парней с Круглой улицы — и хорошо, потому что Варго тут же удрал бы, если бы они посмели показаться, — но «Лунные гарпии, — Резчики с Лик-стрит» и даже «Дрифтеры Черного кролика» — все, кто спустился из Докволла. Счет идет на десятки, многие из них — бывшие помощники его старых боссов: незнакомые имена, прикрепленные к узнаваемым лицам. У начальников, с которыми он работал раньше, были самые угрюмые выражения, словно они с таким же успехом могли бы увидеть Варго, плывущего по Дежере, как и зашедшего на кружевную фабрику.

А лязг с другой стороны говорил о том, что Варуни уже достала свои цепные хлысты на всякий случай. Но Варго знал, как выглядят люди, которым что-то от него нужно. Он шагнул вперед, словно осмеливаясь, что кто-то из них нанесет первый удар. — Вам есть что сказать мне? Тогда говорите.

— Я начну, — сказала Мирка, глава Лунных гарпий. Милека стояла рядом с ней, коротко остриженные волосы и склоненная голова не скрывали распухший нос и рассеченную губу. Судя по острой ухмылке начальницы узла и ссадинам на костяшках пальцев, Варго решил, что Мирка победила все разногласия, которые возникли у ее близняшки по поводу прихода сюда. — Все пошло прахом с тех пор, как мы... Ну, если бы не было узла, который можно было бы разрубить, это было бы не так, но ты понимаешь, о чем я.

Тихо, как спускающийся туман Вешних Вод, остальные боссы пробормотали свое неохотное согласие.

— А теперь, с этим новым договором, на нашей территории поселится не только крыса, — ворчал новый босс банды Странной аллеи. Их участок примыкал к участку Цердевы и всегда был одним из самых кровавых в составе владений Варго.

— Коты из сточной канавы, куриные воришки, — выплюнула женщина в узнаваемой меховой шапке „Дрифтеров Черного Кролика. — Целая стая паразитов, желающих забрать то, что принадлежит нам.

Никори хмыкнул, скрестив руки. — Пусть попробуют. Туманные пауки будут так близки к тому, чтобы захватить Нижний берег, как ни один варади.

::Мы только что закончили одну возможную войну, теперь нам предстоит еще одна. Чудесно: В голосе Альсиуса звучала усталость. Покорно. Как это часто бывало в последнее время.

Я так не думаю. Варго погладил себя по груди, пытаясь успокоить чужую боль. Все взгляды в комнате устремились на его руку. Последовало несколько восхищенных шепотков. Похоже, время, проведенное с Цердевой, принесло его репутации больше пользы, чем вреда.

— Похоже, это уже не моя проблема, — сказал Варго. Он подозревал, что видит форму того, что им нужно, но собирался заставить их спросить, а не давать им удовлетворение от своих догадок.

— Возможно, — сказал новый босс Странной аллеи. — Мы получили согласие от кулаков, и любой босс, который не участвует, вычеркнут.

Никори поднял плечо, когда Варго бросил на него удивленный взгляд. — Я же говорил им, что не приведу тебя сюда, если они собираются просто потратить твое время.

::Но все наконец-то улеглось,:::Неужели нам снова нужна эта головная боль?

Большая часть наших инвестиций находится на Нижнем берегу. Возможно, это головная боль, которую стоит принять. Варго не надел перчаток, но потянулся к кружевной окантовке манжет — тонкое напоминание о том, за что ему выдали сапог. — И чего же ты хочешь от меня?

— Того, что мы должны были получить раньше. Ты принимаешь ажу, даешь клятву. Ты станешь одним из нас, а не будешь держаться обособленно. — Говорил один человек, но все присутствующие в комнате кивали, кроме Седжа, потиравшего лоб, и Варуни, чьи губы были сжаты, чтобы не рассмеяться, как подозревал Варго.

Не имея таких подозрений, Варго сухо усмехнулся. — Привязать себя к дюжине разных лошадей? Это же надо, чтобы тебя разорвали на части. Если тебе нужен такой сумасшедший босс, поговори с Аркадией Костей.

— Я же говорила, что это пустая трата времени, — пробормотала Милека. Определенно та самая, которая доставила ему неприятности на канале во время лодочных гонок. — Манжеты никому не верны.

Искушение поднять рукав и продемонстрировать узелковый амулет на запястье то нарастало, то исчезало, не поддаваясь разуму. Варго сказал: — Тебе ведь нужна не моя преданность, верно? Моя способность поддерживать мир и приносить вам деньги. Для этого не нужны клятвы. Мне нужны только хартии. А поскольку Фульвету придется ремонтировать нуминат Восточного канала, чтобы манжеты не пили собственную мочу, у меня есть рычаги, чтобы получить их.

— Фульвет? — Милека насмешливо хмыкнула. — Разве уставы ополчения не приходят из Каэрулета?

— Верно. Потому что лежбищам нужно больше крови на улицах. — Под пристальным взглядом Варго ее плечи скрутились, как обгоревшая бумага. — Фульветский устав устанавливает границы ваших участков, а затем вы делаете то, что уже делаете: обеспечиваете безопасность людей, присматриваете за теми, у кого нет семьи, чтобы сделать это за них, доставляете больным то, что им нужно, чтобы мы не свалились с чумой, находите жилье для всех, чтобы они не засоряли наши сточные канавы. Только с фульветской грамотой соколы не могут тебя достать, и тебе платят.

Разумеется, это была лишь часть того, чем занимались его узлы. Они также занимались контрабандой, следили за тем, чтобы местные купцы вели честную торговлю и не были перебиты приезжими, содержали игорные притоны и другие более незаконные предприятия. Чтобы вытащить всю эту грязь на свет, потребуются переговоры с другими местами, в частности с Прасинетом. Но он начнет с Фульвета и посмотрит, как далеко это его заведет — и сколько его узлов уже достаточно устали от уличной войны, чтобы легитимность выглядела неплохо.

Варго отправили на улицу с Седжем и Варуни, чтобы они остудили его пятки, пока они обсуждают его контрпредложение. Из-за шума голосов за отремонтированными стенами казалось, что кружевную фабрику снова захватили чайки.

— Надеюсь, твоя сестра будет выступать за меня в этом деле, — сказал он Седжу. — Фульвет доверяет ей больше. Что обидно, ведь из нас двоих только я не жонглирую масками и именами, как уличный артист.

Они все трое смеялись, когда дверь кружевного стана открылась и из нее вышли Никори с Миркой.

— Они хотят получить от Фульвета согласие на то, что он рассмотрит хартии, прежде чем они согласятся на что-либо, — сказал Никори, — но до тех пор перемирие должно сохранить все в тайне.

Подтолкнув его локтем, Мирка скорчила гримасу и сказала: — А чтобы показать, что мы хотим играть честно, я должна кое в чем признаться. Это старая новость, но, возможно, она еще пригодится тебе. Речь идет о человеке, которого вы искали, Стезе Четольо. Того, кто появился в виде трупа в Глубинах.