Дешевый плащ Варго шлепался о колени, волоча за собой груз, пока он полз из реки, последний в веренице тонущих Руков. От него воняло дохлой рыбой, но осознание того, что в жилете и рукавах он будет дрожать еще сильнее, не позволяло ему сбросить его. Не для того это было придумано, а? подумал он, глядя на Альсиуса. Но оно сработало.

И тут он с ужасом понял, что Пибоди с ним нет. — Альсиус! — Он поплелся обратно тем же путем, что и пришел, и стал рыскать по глубокой воде. Если бы паук упал в реку...

::Все в порядке, парень. Я на острове:

Что? Почему?

::Ты сможешь лучше общаться с Рен, если я останусь. Моя очередь играть роль парня-посыльного, я полагаю:

Юмор звучал принужденно. Почему ты не сказал мне, что планируешь это?

Потому что к тому времени, как я об этом подумал, ты уже готовился стрелять в лодку Между Лунами. Я не хотел тебя отвлекать. Иди, со мной все будет в порядке:

Ему была неприятна мысль оставить Альсиуса позади, но их стремительный полет привлек внимание соколов, патрулировавших Нижний берег. Поймав противоречивую гримасу Грея, Варго повторил слова Альсиуса. — Иди. Тебе нужно убедиться, что в городском доме все в безопасности. Прикольная манжета, не так ли? Я позабочусь о делах здесь.

Рывчек уже скрылась в тени. Кивнув в знак благодарности, Грей поймал руку Тесс и сделал то же самое. Варго расправил свой вонючий плащ и весело помахал соколам рукой. — Эрет Варго. Да, я знаю, что мы все одеты как Рук; разве вы не ненавидите, когда все остальные выбирают тот же костюм Ночи Колоколов, что и вы? Этим людям нужен приют. Я заявляю о своем праве на помощь Бдения. — Как бы долго это право ни существовало.

Пока его не было, Андуске и Синкерат успели изрядно попортить жизнь. Кто знал, что останется на месте, когда осядет пыль? Если бы революцией руководил Варго, она бы не началась, пока его победа не была бы обеспечена.

А это могло означать, что еще пятьдесят лет ничего не будет происходить. Выбор был не в его руках.

И поскольку он не мог вернуть те одиннадцать дней назад и остановить то, что начал Андрейка, оставалось надеяться, что Надежре, которая появится на другой стороне, будет предпочтительнее той, с которой они пришли.

Нет. Не надежда. Следуя за женщиной с капитанским значком-гексаграммой, Варго подумал: — Я позабочусь об этом.

Даунгейт, Старый остров: 13 Киприлуна

До появления Кошара Рен и Седж просидели в вестибюле Дома Хартии не меньше часа. У нее было достаточно возможностей изучить изуродованные статуи и новые девизы, нарисованные под старыми: Я обманываю всех. Я манипулирую всеми. Я подкупаю всех. Я убиваю всех. Я проклинаю всех. Слова, которые статуи произносили в Ночь Ада.

Рен вздрогнула. Неужели Мевиени кому-то рассказала? Стали ли известны отчеты, поданные Танакис? Или эти кошмарные фразы звучат в чужих снах?

Она заставила себя отвернуться и перевела взгляд на соседнюю скамью... где на расстоянии вытянутой руки ждало знакомое цветовое пятно. — Альсиус? — прошептала она.

Он подскочил и сел к ней на колени. Если он и говорил, то она его не слышала: ей не пришло в голову принести нуминат из храма. Но за прошедшие недели молчания они придумали несколько способов защиты.

— Они добрались благополучно? — прошептала она и с облегчением вздохнула, когда он взмахнул передними конечностями в знак согласия. — Ты вернулся? — Нет. — Решил остаться? — Да. — Полагаю, Варго это понравилось.

... Нет.

Она скрыла свой смех.

Пибоди спрятался, когда вошел Кошар, его трость звякнула о камень. — Только что из Дускгейта в Вестбридж по воздуху пролетела лодка, набитая Руками, — сказал он. — Большинство из них, похоже, были лиганти. Ты что-нибудь знаешь об этом?

Седж ответил за нее так же спокойно, как и в дни их знакомства с Мизинцем. — Разве по всему острову не ходят истории о Руке? Мне кажется, это, скорее всего, его рук дело.

— Как вы попали на остров? — спросил Кошар, подняв бровь на Седжа. — Мне докладывали, что три ночи назад здесь плавал человек, подходящий под ваше описание, но он исчез, очевидно, с помощью Рука.

— По мне, так это хорошая сделка, — бесстрастно сказал Седж, откидываясь на спинку скамьи. — Стая бесполезных лигов за один опытный кулак.

Кошар скривил рот в кислой усмешке, но не стал настаивать на своем. — Если я ручаюсь за безопасность вашей сестры, могу ли я поговорить с ней наедине? Спасибо. — Он жестом пригласил ее следовать за ним. Рен подождала, пока он повернется спиной, и сунула Пибоди в карман.

Они отправились в кабинет Фульвета, где не было никаких следов разрушений. К облегчению Рен, они действительно остались одни, как только Кошар закрыл за ними дверь. С облегчением вздохнув, он опустился в большое мягкое кресло Скаперто и подпер тростью стол. Должно быть, у него болит нога, поняла она. Скорее всего, после начала оккупации у него закончились лекарства с имбутингом Алинки.

— Простите, — сказала она, прежде чем Кошар успел заговорить. — За то, что ворвалась на то собрание — я действовала, не подумав. И за то, что меня не было здесь раньше.

— Куда ты пропала? От твоей сестры мы узнали безумную историю о том, что Злыдень похитил тебя в... — Кошар остановился, изучая выражение ее лица. — Это была не сказка.

Рен потерла лицо. — Меня не похищали, но... да. Если бы я могла быть здесь, чтобы помочь вам, я бы помогла. Кошар, что это было за безумие на мосту? Ты должен знать, что Синкерат не уступит весь город без боя!

— Конечно, знаю. Но если они напрягаются, чтобы удержать весь город, они могут расслабиться, когда мы позволим им взять часть. — Кошар махнул рукой на карту города, висевшую на стене Фульвета: река сверкала, как толченый ляпис, здания и берега были выделены сияющим золотом. — На Верхнем берегу Элсивин Рыжая разбила себя, пытаясь присвоить его себе. Я извлек урок из ее ошибки. Пусть они забирают его, а мы оставим себе остальное.

Разлом города на две части. — Или через пятьдесят лет ты станешь уроком для своего преемника, как Элсивин была уроком для тебя. Рисуйте линии на карте сколько угодно, но людей не так легко разделить. Неужели ты забыл свой узор, смысл которого я прочел в «Маске пустоты»? Или ты доверился другой Шзорсе?

Выражение лица Кошара ожесточилось. — У меня есть свои идеи, Рен, и тебя здесь не было. Но я не могу пренебречь советом Ларочжи — не тогда, когда половина моих войск пришла сюда по ее слову. Если я буду действовать слишком робко, они покинут меня. Или, что еще хуже, свергнут меня. Как вы думаете, как будет развиваться это восстание? Оставить Верхний берег в руках Лиганти — может быть, и временное решение, но лучше уж так, чем вообще никак.

— Решение, порождающее еще большее недовольство, хуже всего, — огрызнулась Рен.

В комнате воцарилась напряженная тишина. Рен нарушила ее, вздохнув и сложив руки на столе Скаперто. — Мы сражаемся друг с другом, а не с Синкератом.

— Именно так и пал Врасцан, — согласился Кошар, откинувшись на спинку кресла. — После гибели Ижрани города-государства стали менее сплоченными, чем раньше. Когда они осознали масштабы угрозы Тиранта, было уже слишком поздно.

Ижраньи. На них часто ссылаются в такие моменты, когда врасценские жители сетуют на раскол среди них. — Кошар, Ижраны не все потеряны. Фрагмент клана уцелел. Это и есть то откровение, которое я искала.

Если бы его нога могла выдержать это, он, вероятно, был бы на ногах. — Как? Где?

— Тебе это не понравится, — предупредила его Рен.

К тому времени как она закончила объяснять, она сомневалась, что какая-либо сила могла помочь Кошару встать. Зажав рот рукой, он сказал: — Злыдни... они защищают остров. В рассказах говорится, что они не могут оставаться до рассвета, но они уже несколько дней здесь. Даже при свете дня.