Его исследования в основном носили теоретический характер, я же делала упор на практику, поэтому вместе у нас получилась отличная слаженная команда.

Семинары, конференции, собрания таких же ненормальных – это все приносило мало пользы, но было иногда интересно послушать, хотя в обсуждениях мы обычно не участвовали, нам хватало общения друг с другом. Гораздо продуктивнее были посещения старых библиотек, музеев, изучение частных коллекций.

Вот в одной из таких коллекций мы и натолкнулись на найденную книгу, которую я безуспешно гипнотизировала взглядом, сидя на газоне в каком-то парке в Чехии. Небольшой городок, название которого я не вспомню, даже если от этого будет зависеть моя жизнь. Очаровательный дедушка, в чьей коллекции обнаружилась книга, легко согласился дать нам ее на пару дней (И как он только заработал свое состояние, будучи таким лапочкой?). При этом, вложив книгу в мои руки и глядя мне в глаза, он произнес: «Почувствуй ее и все поймешь». Вот что я должна понять и как почувствовать? Я ее уже всю потрогала, понюхала, пролистала каждый листочек, даже аккуратно лизнула корешок (не, ну мало ли). И ничего. Корявые закорючки и символы понятнее не становились.

Вова обошел меня, устроился на траве и сам взял книгу в руки.

– Слушай, а ты не пробовала ее именно почувствовать? – выделил он последнее слово.

– Ну конечно, как же я сама не догадалась. Ведь я вообще ни разу не расслышала эту его фразу «Почувствуй ее и все поймешь»! Вот спасибо, теперь то точно все получится! – я картинно хлопнула себя по лбу и еще раз погладила книгу.

– Да нет же, блин. Ты ведь сама мне говорила, что веришь в магию. Даже кучу разных теорий рассказывала, которые доказывают ее существование. Да и сама что-то из этого пробовала. Вот и попробуй что-нибудь из того, что осваивала!

Я уже натурально хлопнула себя по лбу и отобрала книгу у Вовы. Устроилась поудобнее, поджала ноги под себя и положила книгу на колени. Глубокий вдох, медленный выдох.

Так, что там у нас за методы есть? Ну для начала всегда просят успокоиться и отключиться от внешних раздражающих ощущений, настроиться на свой внутренний мир, почувствовать саму себя. Я старательно дышала, постепенно звуки улицы стали стихать, стал отчетливее ощущаться легкий ветерок, ласковое прикосновение солнышка. Собственное тело стало наполняться приятным теплом, которое сосредоточилось где-то над солнечным сплетением. Так, это мы уже проходили, теперь надо заставить это тепло расползтись по всему телу и начать взаимодействовать с окружающим миром. Легче сказать, чем сделать. Я мысленно стала разгонять тепло по телу: от центра вверх, по голове, потом вниз, через грудь в руки, потом ниже, по животу, в ноги и по спине снова к центру. Постепенно тепло стало ощущаться в каждой клеточке тела, и я приступила к следующему шагу.

Почувствовала тепло не только внутренне, но и внешнее, как природа словно окутывает меня своим теплом, хотя и ощущались они по-разному. Если внутреннее ощущение было похоже на ласковый огонь, то снаружи ощущался словно теплый океан. Какое-то время я наслаждалась ощущениями, и… урааа! Под моими руками я почувствовала что-то еще, не похожее ни на ласковый огонь, ни на нежный океан. Ощущалось что-то тяжелое, густое и терпкое, словно качественный ликер.

Я настолько удивилась новым ощущениям и полученному успеху, что резко распахнула глаза. На миг мне показалось, что вместо непонятных символов вижу вполне себе понятный текст. Моргнула, на страницах снова старые символы.

Я перевела взгляд на Вову.

– Вау!

– Получилось? Ты что-то поняла? – он сейчас был похож отнюдь не на преподавателя и соискателя научной степени. Глаза блестят, тело напряжено, он даже наклонился ко мне поближе.

– У-у-х-х. – выдохнула я. Оказалось, что за это короткое время (кстати, а сколько я так сидела, интересно?) я очень устала. Вытерла рукой пот со лба дрожащей рукой, еще раз посмотрела на нетерпеливо дергающегося друга и вытянулась на траве.

– Устала – протянула я.

Видимо Вова что-то уловил в моей интонации, потому что голубое небо резко закрыло его лицо.

– Ну же, не тяни. Что ты почувствовала? Поняла что-нибудь?

– На секунду мне показалось, что я могу ее прочитать, – я погладила кончиками пальцев так и лежащую на коленях книгу. – Не думала, что это так тяжело, словно марафон пробежала.

– Зато у нас есть результат! Вот жопой чуял, что это особенная книга! Давай отдыхай и продолжим.

Вова вскочил на ноги и принялся возбужденно ходить вокруг меня и что-то бубнить себе под нос.

– Что ты почувствовала? Опиши подробно.

Я медленно открыла непонятно когда закрывшиеся глаза и уставилась на фанатичного ученого. Именно так сейчас выглядел Вова – взъерошенные волосы, безумный взгляд, в одной руке неизменный помятый блокнот, в другой короткий карандаш, который он держал то у подбородка, то прикасался им к блокноту. Вздохнула и постаралась как можно подробнее описать, что делала и что при этом чувствовала.

– А открыв глаза мне показалось, что я могу прочесть написанное – закончила я.

– А если не показалось?

– Ну вот вечером это и выясним, а сейчас я жутко устала.

Вова закивал головой, что-то дописывая в своем блокнотике, а мне было лень даже поинтересоваться, что он там карябает. Мои глаза снова закрылись.

Меня разбудил приятный запах кофе. Открыв глаза, я даже не сразу поняла, где я нахожусь. Точно, книга – я ее, вроде как, почувствовала. Резко села и с недоумением обнаружила, что уже вечер, а я была укрыта нашим походным одеялом, мне же при этом протягивают кружку с ароматным напитком.

Пока я наслаждалась кофе и старалась окончательно проснуться, Вова заботливо поинтересовался моим самочувствием.

– Да, усталости нет, словно ничего и не было.

– Ну и отлично.

У меня забрали уже пустой стакан, стянули одеяло, и я ту же поежилась от вечерней прохлады.

– Пойдем в отель, там тепло и есть кровать. Думаю, что на ней спать все же удобнее, чем на траве.

Серьезно? Вот это вывод, вот это неожиданное предположение. Но да как бы я ни ворчала, а вставать все же пришлось.

– Сначала только пойдем покушать, ­ теперь, проснувшись окончательно, я поняла, что дико голодная, словно не умяла пару часов назад огромный стейк с картошечкой.

– Опять? Сколько можно есть-то? Ладно, я знал, что ты именно так скажешь, поэтому держи.

И самый заботливый человек в мире (да, именно так я и думала в эту минуту) протянул мне упакованную горячую шаурму. И как я не почувствовала ее? Я плюхнулась обратно на траву. Ммммм, первый кусочек показался мне амброзией. С шаурмой я расправилась довольно быстро. Закинув в рот последний кусочек, я вытерла пальцы, сложила все в пакетик из-под шаурмы и, дожевывая, подняла взгляд. Вова держал в руках бутылку с колой.

– Ты просто читаешь мои мысли – благодарно промычала я, выхватывая бутылку и делая огромный глоток. – Все, теперь можно на любые подвиги.

– Ну для начала тебе нужно снова встать, а там по обстоятельствам.

До номера отеля мы добрались быстро, благо в этом городке все было рядом.

Номер был небольшой, только кровать, которая занимала чуть ли не две трети всей комнаты, маленькая тумбочка, куда даже дамская сумочка не влезет, и журнальный столик. Возле кровати располагалась дверь, которая вела в туалетную комнату, куда человек чуть больших размеров, нежели я, поместился бы уже с трудом. Вот и зачем, спрашивается, нужна такая огромная кровать?

Устроившись на этой самой огромной кровати, друг напротив друга, положили книгу между собой.

– А ты не хочешь сам попробовать?

– Пробовал, пока ты спала. Ничего не вышло. Я старался, представлял, но вот почувствовать так и не смог – Вова обиженно поджал губы, но быстро вернул себе беспечный вид готового ко всему человека. – Так, не будем терять времени. Ты готова?

– Да куда уж я денусь, коли разделась? – я картинно вздохнула, хотя мой вид выдавал меня с головой – азарт захватил нас обоих.