Отставив стакан, Алекс вернулся к столу. На каждой папке была этикетка с указанием даты сделки, о которой шла речь в документах. Он начал раскладывать папки по годам и возвращать их в картотечные шкафы, откуда взял. Через час на настенных часах было уже час дня. Алекс умирал от голода, но на столе у него осталась небольшая стопка папок.

Эти папки касались работы Уотсона в качестве геодезиста. Ни в одной из них не было документов о его работе в Управлении по оценке недвижимости. Эти документы хранились в Саффолке. Папки на столе касались самостоятельной работы Уотсона. Их было семнадцать. Восемнадцатая папка, если считать в хронологическом порядке, содержала документы о первом построенном Уотсоном здании — крытом теннисном корте для богатой семьи.

Насколько мог судить Алекс, Дэвид Уотсон проработал геодезистом всего два года после того, как начал работать на себя. Алекс не знал, когда Уотсон уволился из Управления по оценке недвижимости, но был уверен, что это произошло до того, как он занялся строительством.

Алекс вернулся к барной стойке и наполнил пустой стопок односолодовым виски.

Уотсон вел скрупулезный учет. Именно это и беспокоило Алекса. За два года он прошел путь от землемера до строителя, но нигде не было указано, что он когда-либо учился строительному делу. Он не проходил стажировку и не учился в школе, а просто перестал заниматься геодезией и начал строить для самых богатых семей Нью-Йорка. И все это за два года.

Алекс достаточно разбирался в строительстве, чтобы понять, что Уотсон ни за что не смог бы застеклить теннисный корт, обладая знаниями землемера. Значит, он нанял кого-то, у кого был опыт управления бригадой. Добавьте к этому все материалы, которые ему пришлось бы закупить заранее, и получится кругленькая сумма. Уотсону понадобились бы эти деньги еще до того, как он установил бы первую стеклянную панель на этом теннисном корте.

— Где он взял деньги? — спросил Алекс у стопки папок.

Конечно, не исключено, что кто-то его финансировал. Тайный партнер, который верил в Уотсона и вложил в него деньги.

Алекс покачал головой. Это не сходится. В папках содержалась вся информация о стройках, которыми занимался Уотсон, и никаких выплат партнеру не было. Все расходы были перечислены и каталогизированы.

— Так откуда же взялись деньги? — снова спросил он. — Он никак не мог накопить такую сумму на зарплату окружного землемера.

В животе у Алекса заурчало, и он вздохнул. Если он хочет продвинуться в расследовании, ему нужно что-то съесть.

Он взял телефон со стола Уотсона и набрал свой рабочий номер. Через несколько секунд ему ответила Лесли.

— Это я, куколка, — сказал он. — Я в доме Энн Уотсон, разбираюсь в деловых связях ее мужа. Кажется, я нащупал что-то интересное, но хотел узнать, не было ли от твоего поклонника каких-нибудь вестей.

— Ну и ну, — сказала Лесли, и в ее голосе слышалось радостное возбуждение. — Он прислал мне чудесный букет.

Алекс усмехнулся.

— Не совсем то, на что я рассчитывал, — сказал он.

— Рэндалл прислал открытку, — объяснила Лесли. — Он сказал, что не нашел в документах ничего необычного, но будет продолжать поиски. Судя по всему, ему предстоит просмотреть много записей.

Учитывая, что каждый год требовалось проводить налоговую оценку каждого объекта недвижимости в округе, а каждая сделка купли-продажи земли оформлялась документально, Алекс вполне мог поверить, что это целая гора бумаг.

— Что ж, если будешь с ним разговаривать, передай ему, чтобы не останавливался, — сказал Алекс. — Я перекушу, а потом пойду в архив. Хочу сверить кое-какие данные о Уотсоне с разрешениями, которые он должен был получить от властей штата. Может, там что-нибудь найду.

— Пока ты не ушел, тебе звонил Дэнни, — сказала Лесли.

Алекс потер лоб и едва сдержал ругательство. Он совсем забыл о своем обещании помочь другу и даже не взглянул на заявление о пропаже вещей, которое дал ему Каллахан.

— Ладно, — сказал Алекс. — Перезвони ему и скажи, чтобы он встретился со мной у Джино. Я разберусь с его делом, пока буду обедать.

— Хорошо, — ответила она и повесила трубку.

Алекс взял семнадцать папок с материалами о карьере Дэвида Уотсона в сфере геодезии, а также папки с материалами о первых пяти стройках, в которых он участвовал, и сунул их в свою дорожную сумку. В комнате почти ничего не изменилось, если не считать пустой рюмки на столе.

Решив, что будет невежливо оставить ее там, Алекс отнес ее на барную стойку, наполнил, снова осушил и вымыл в раковине.

"У Джино", это небольшая закусочная с короткой стойкой и полудюжиной кабинок. Она была рассчитана на патрульных, которые заходили сюда перекусить сэндвичем или похлебкой. Алекс никогда не был привередлив в еде, и ему нравилось, что хозяйка, пожилая женщина по имени Люси, никогда не жалела мяса для сэндвичей.

— Два горячих сэндвича с пастрами на белом хлебе, — заказал он, сев за стойку.

Люси была одета в платье с цветочным принтом и заляпанный фартук, а ее седые волосы были собраны в пучок на затылке. На вид ей было около пятидесяти, она была худощавой, стройной, с грубоватым, но улыбчивым лицом. Кивнув Алексу, она достала из холодильника два готовых сэндвича и положила их на смазанную маслом сковороду.

— Чашечку кофе? — спросила она, беря со стойки стальной кофейник.

Алекс пересчитал мелочь в кармане и кивнул.

За спиной у Алекса звякнул колокольчик, но он был слишком голоден, чтобы обращать на это внимание.

— Ну наконец-то, — раздался раздраженный голос Дэнни. Через мгновение сам Дэнни потянул его за рукав. — Я тебя по всему городу искал.

Алекс взял свою чашку с кофе и сделал глоток, наслаждаясь прилившей энергией.

— Ну вот, ты меня нашел, — сказал он. — Присаживайся.

Это была шутка, потому что табуреты были привинчены к полу и потому не двигались.

— Вставай, — сказал Дэнни, все еще дергая его за рукав. — Нам нужно идти.

— Что?

На обычно улыбающемся лице Дэнни читались раздражение и воодушевление в примерно равных пропорциях. Он был одет в серый костюм, на нагрудном кармане которого висел золотой значок детектива. Дэнни очень гордился тем, что работает в полиции.

— В деле появился сдвиг, — сказал он, продолжая тянуть Алекса за рукав, — но мне нужен ты и твои способности.

В животе у Алекса все сжалось. Он вспомнил недавнюю череду неудач с поиском рун. С тех пор как три дня назад к нему в кабинет пришла Ханна Каннингем, ни одна руна не сработала, и ему совсем не хотелось облажаться перед Дэнни.

— Можно я хотя бы поем? — взмолился он. — Я умираю с голоду.

Дэнни пощипал себя за переносицу и вздохнул.

— Помнишь, я говорил тебе, что украденное было снято с грузовиков? — спросил он, явно не желая останавливаться и объяснять.

Алекс неопределенно пожал плечами. Он плохо спал прошлой ночью и не был уверен, говорил ему Дэнни об этом или нет.

— В общем, нам повезло. Они нашли один из пропавших грузовиков, — сказал он. — Он сломался на Внешнем кольце, рядом с железнодорожной станцией.

— Украденное все еще было в грузовике?

Лицо Дэнни расплылось в широкой улыбке, и он покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Это значит, что воры где-то его выгрузили.

Теперь Алекс кивал, понимая ход мыслей Дэнни.

— Так что, пока они не перевезли грузовик, я могу использовать его как ориентир и отследить, где он был, — сказал он.

Дэнни снова хлопнул его по плечу.

— Я сказал им, чтобы подождали эвакуатор, пока я не приеду, — сказал он. — Но они не будут ждать вечно, так что поехали.

Алекс допил кофе так быстро, как только позволяла горячая жидкость, и жестом подозвал Люси.

— Похоже, мне нужно, чтобы эти сэндвичи с пастрами на белом хлебе отправились в мусорку, — сказал он.

За полчаса, которые Дэнни потратил на дорогу от "У Джино" до железнодорожных депо, Алекс прикончил оба своих сэндвича. Когда он наконец съехал на обочину, Алекс увидел довольно потрепанный грузовик, переделанный из "Форда модели А". На нем не было ни краски, ни опознавательных знаков, по которым можно было бы понять, кому он принадлежит, и Алекс удивился, как патрульный смог опознать в нем один из пропавших грузовиков.