Справа арочный проем вел в помещение, похожее на мастерскую рунописца, с большим, хорошо освещенным письменным столом и полками, на которых стояли чернила и другие ингредиенты.

Слева еще одна арка вела в помещение, похожее на кабинет, с удобным креслом, полками с книгами и камином, в котором постоянно горел огонь.

Потолок был сводчатым и переходил в купол. Потолок украшали замысловатые изображения, и Алекс узнал некоторые из них, это были фрески Микеланджело в Сикстинской капелле. Другие фрески были созданы другими великими мастерами. Вдоль задней стены к сводчатому проему под потолком вела широкая винтовая лестница. Снизу Алекс мало что мог разглядеть, но верхушка кровати с балдахином возвышалась достаточно, чтобы ее можно было узнать.

— Садись на стол, — велел Игги, подошел к одному из шкафов со стеклянными дверцами и начал рыться в полке с закупоренными флаконами из темного стекла.

Алекс сел на стол, любуясь гладкими крашеными стенами и кафельным полом.

— Как ты всё это сделал? — спросил он, когда Игги вернулся с тремя алхимическими флаконами.

— Выпей это, — сказал он, сунув один из флаконов Алексу в руку.

Алекс отковырял свинцовую пломбу, которой была запечатана пробка, и открыл флакон. Его окутал резкий запах, и он едва не подавился.

— Когда будешь пить, зажми нос, — добавил Игги.

Алекс сделал, как ему сказали, и с трудом проглотил едкую жидкость. Она обожгла ему желудок, и его чуть не стошнило.

— Ты не ответил на мой вопрос, — сказал он, пытаясь отвлечься от неприятных ощущений.

Игги оглядел своё хранилище.

— Ты удивишься, узнав, на что способен, если задашься целью, — сказал он.

— Зачем тебе здесь спальня?

Игги усмехнулся.

— Ты ещё многого не знаешь о хранилищах, — загадочно произнёс он. — Я могу закрыть дверь в это хранилище, и снаружи его не будет видно. Никто не сможет войти, пока я не открою дверь изнутри.

Алекс присвистнул.

— Похоже, это хорошее место, чтобы спрятаться, если тебя ищут.

— Или если ты путешествуешь, — сказал Игги. — Просто открой дверь в задней стене вокзала или универсального магазина в любом городе, который ты посетишь, или на любой остановке по пути. У тебя будет место, где можно переночевать, не платя за номер.

— А если тебе нужно в туалет? — спросил Алекс. — Или поесть?

Игги пожал плечами.

— Здесь у меня ванная, — сказал он. — С душем и всем прочим, а еще у меня есть маленькая кухня с консервами. Кроме того, в каждом городе Америки есть закусочная, где можно перекусить.

Алекс был ошеломлен. Он и представить себе не мог, что все это возможно.

— Но как ты проводишь сюда воду для душа?

Игги взял руку Алекса и проверил, не дрожит ли она. Алекс был слишком занят, чтобы это заметить, но дрожь, похоже, немного утихла.

— А теперь выпей это, — сказал он, протягивая ему второй пузырек.

В этом пузырьке была резиновая пробка, а не свинцовая пломба. И вкус у него был приятнее, чем у первого эликсира, как у лакрицы. Алекс ненавидел лакрицу, но этот эликсир все равно был лучше первого.

— Ты должен меня этому научить, — сказал Алекс, глядя на куполообразный потолок.

— Позже, — ответил Игги, снова осматривая руки Алекса.

— Эй, — сказал Алекс, когда Игги по очереди ощупал все его пальцы. — Почему ты использовал наш кухонный стол в качестве операционного стола, если у тебя тут есть отдельная комната?

Игги усмехнулся, отпустив правую руку Алекса и взявшись за левую.

— Я оборудовал эту комнату в прошлом году, после того как тебя несколько раз подстрелили и ты приводил в дом других раненых. — Он отпустил руки Алекса и взял последний пузырек. — Кровь, это сущее наказание, когда нужно отмыть кухонный пол.

Он подошел к открытому шкафу и поставил последний пузырек на полку.

— Думаю, этот нам не понадобится.

Алекс поднял руку и внимательно осмотрел ее, пока Игги исчезал в своей лаборатории. Рука выглядела неподвижной, почти не дрожала.

— Что ты сделал? — спросил он.

Через мгновение вернулся Игги с деревянным ящиком, застеленным сеном.

— Я дал тебе тонизирующее средство для нервной системы, — сказал он, ставя ящик на стол рядом с Алексом. В ящике было полно стеклянных банок и мензурок, таких же, какие стояли в университетской лаборатории.

— Значит, я вылечился? — с надеждой спросил Алекс.

— К сожалению, нет, — ответил Игги. — Тонизирующее средство лишь на время приглушит симптомы. Тебе понадобится что-то специально разработанное, и принимать его нужно будет регулярно.

— Это дорого?

— Очень, — ответил Игги.

Алекс посмотрел на свою временно успокоившуюся руку и вздохнул.

— В таком случае, возможно, в обозримом будущем мне понадобится, чтобы ты написал для меня несколько поисковых рун.

Игги открыл свою зеленую книгу рун и вырвал из неё три страницы.

— Вот, — сказал он, кладя их на стол. — За счёт заведения. И не расстраивайся из-за тонизирующего средства, — он похлопал по ящику, полному стеклянной посуды. — Вот для чего оно нужно.

В ответ на вопросительный взгляд Алекса он достал из ящика круглодонный химический стакан с метками на горлышке, указывающими на объём. Он повернул его так, чтобы Алекс мог видеть обратную сторону, на которой было выгравировано несколько рун.

— Я договорился с одной алхимичкой из города, — объяснил он. — Я наношу на её оборудование руны, которые помогают готовить эффективнее и быстрее. Она обменивает их на медицинские эликсиры, которые я держу под рукой.

Алекс удивлялся, откуда у Игги всегда под рукой все алхимические принадлежности, которые могли бы понадобиться врачу британского флота. Игги достал из кармана сложенный листок бумаги и протянул его Алексу.

— Ее зовут Андреа Келлин, — сказал он. — Адрес на листке. Отдай ей этот ящик и скажи, что мне нужна партия тонизирующего средства, рецепт которого там указан. — Он указал на нижнюю часть листа, где была написана длинная латинская формула.

— Спасибо, Игги, — сказал Алекс. Он почувствовал облегчение, какого не испытывал уже несколько дней.

— Не за что, парень, — ответил Игги, туша окурок сигары. — А теперь тебе лучше идти, Андреа закрывается ровно в шесть.

Алекс встал из-за стола и взял ящик, стараясь не задеть стекло. Он вышел вслед за Игги из роскошного хранилища и вернулся на кухню в особняке.

— Не задерживайся по дороге домой, — сказал Игги, закрывая дверь хранилища. — Я хочу узнать, раскопал ли ты что-нибудь новое по делу о Призраке.

— Сегодня я только и делал, что выслушивал ругань от старшего лейтенанта, — усмехнулся Алекс. — Парня по фамилии Детвайлер. Но ты бы видел, что они написали в том таблоиде. Это было бы смешно.

— Если ты не занимался делом о Призраке, зачем тебе поисковые руны? — спросил Игги.

Алекс чуть не уронил ящик и выругался.

— Попридержи язык, парень. Ты же профессионал.

Алекс быстро рассказал о Ханне Каннингем и ее пропавшем муже, поставил ящик на кухонный стол, открыл собственное хранилище с помощью нарисованной Игги дверной рамы и достал одну из своих карт Манхэттена.

Он развернул ее, положил рядом компас, серебряное кольцо и одну из поисковых рун Игги. Его рука задрожала, когда он зажигал руну, но он решил, что это от волнения.

Руна вспыхнула, но на этот раз кольцо не покатилось по столу. Оно закружилось на краю, как монетка, и стало описывать широкий круг вокруг карты.

— Не понимаю, — сказал Алекс. — Ты уверен, что это была поисковая руна?

— Конечно, уверен, — ответил Игги. — Я еще не выжил из ума.

Алекс поднял глаза и увидел, что его наставник внимательно изучает вращающееся кольцо.

— Игги, — сказал он, привлекая внимание доктора к себе. — Уже второй раз руна, которую я начертил, не срабатывает, но дело не только в неудаче. Возможно ли… — он сделал вдох и попытался снова. — Возможно ли, что я теряю свою магию?

Игги долго размышлял над этим, его усы подрагивали.