В результате я так накрутил взрослых и возбудил детей, что по прибытию в Долину Некроманта – так я решил её называть – последних сразу же заперли в коровник и отрядили аж троих стражей из числа самых уважаемых уманьярских мамочек, а остальные принялись срочно прибираться. Благо было, куда всё опасное повыбрасывать – забытый в одиночестве некроэкскаватор так и копал до упора и в результате оказался на дне глубоченной ямищи. И остановился не потому что заряд кончился, а потому что упёрся в скальное основание и теперь скрёб, несчастный, голый камень. Мне его даже жалко стало, трудягу бедного. Роет и роет, устал, наверное.

Хотя, в целом, не зря рыл, получается – пригодилась яма для захоронения опасных отходов. Уже когда всё самое неприятное было сложено вниз, Вокхинн печально констатировал:

– Всё это можно было бы продать на том же Базаре. Кроме простых трупов. На такое покупатели всегда найдутся. Да и на простые трупы, будь они посвежее – тоже.

– Всех денег не заработаешь, – пожал я плечами. – Нечего и жалеть. Тем более, мы тут неплохо поживились. У него, между прочим, и золото было.

– И где оно теперь? – Тут же заинтересовался вождь, вызвав тем призрачное ворчание Мити. Дескать, вот, нахлебничек нашёлся, сразу готов к чужой добыче присоседиться.

– Поделили на троих, – сказал я. Скрывать‑то нечего. Ну, почти. – Ладно, вы тут обустраивайтесь, обживайтесь, но не сильно. А я – за твоими, вождь, детьми поеду. Логоваз, ты как?

– С тобой, конечно! – Бодро ответил уманьяр. – А то тут сейчас работать надо будет, а я это не люблю – страсть!

– Вот откуда ты знаешь, что не любишь работать? Может, ты наоборот, трудоголик, просто не пробовал ещё?

– Дорогой Дуся! – Торжественно сообщил Логоваз. – Ты путаешь амнезию с идиотизмом. Это разные диагнозы!

– Почему? – Не понял я. – В смысле, причём здесь идиотизм?

– Притом, что тяжёлый физический труд любят только те, у кого мозгов не хватает, чтобы любить другие, гораздо более интересные вещи, – Назидательно сообщил мне Логоваз. – Например, общение с прекрасными девушками.

Он, к слову, всю дорогу только и делал, что переглядывался со всеми рысьими девицами, невзирая на возраст и статус. И многим, между прочим, его внимание было явно приятно. Всё же у Рысей сильный недостаток мужчин, так что высокий, статный и очень симпатичный Логоваз вызывал интерес. Я, собственно говоря, это дело очень не одобряю. Потому что Айсе он тоже глазки строил, скотина остроухая, и я так и не понял, нравится ей это, или нет. Была у меня даже мысль его одёрнуть – нехрен на чужих женщин рот раскрывать! Не для того я его спасал! Но не стал, слишком вокруг многолюдно. Или многоэльфно – короче, постеснялся при всех заявить свои права на Айсу, просто старался держаться к ней поближе и ограждать от внимания всяких посторонних проходимцев, которые даже не помнят собственного имени. Айса, к слову, против не была. Вроде бы. Она с интересом расспрашивала меня обо всём, что случилось после расставания, ну и я не отмалчивался – разливался соловьём. Особенно остановился на том, в каком состоянии был найден Логоваз. А потому что нечего тут!

Её, правда, больше интересовал Базар – девчонке явно очень интересно было бы посмотреть на такое большое скопление разумных, да и сам рынок интерес вызывал.

– А правда, что там можно вообще всё, что угодно купить? – Спрашивала девушка. – Даже всякие женские наряды?

– О, этого добра хватает, – важно кивал я, остро жалея о собственной тупости. Можно же было сообразить и купить девушке какой‑нибудь подарок! Вот как так можно было! Съездил на рынок – и вернулся с пустыми руками. Кто будет такого любить?

Короче, на Базар я очень стремился. Во‑первых, увести от Айсы галантного Логоваза, во‑вторых – срочно исправить собственную ошибку. Вокхинн в этот раз тоже меня не задерживал, наоборот, поторапливал. Переживал об отпрысках, как они там одни?

– Торопись. Мы не знаем, когда авалонцы выйдут на след. Но слухи о том, что нас ищут, дойдут до Базара раньше. А на Базаре продаётся всё. Я боюсь, что их попытаются захватить, чтобы передать охотникам!

– Вот я, кстати, не понимаю, – задумался я. – Авалонцы ж на машинах едут, ты сам сказал. То есть, всяко быстрее, чем вы с повозками и на лошадях. Так почему о них узнают раньше, чем они сами приедут? И как вы узнали?

– Ну нельзя же быть таким наивным!

– Дуся, блин, не позорь мои седины!

– О боги, шаман! И этому гоблину я доверяю судьбу племени!

Все три фразы были сказаны одновременно, хором. Логовазом, Митей и Вокхинном соответственно.

– В степи ведь нет указателей! – Объяснил Вокхинн. – Они должны выяснить, где мы. Для этого нужно спрашивать, и убивать тех, кого спрашивают – глупо. Тогда им перестанут отвечать. А те, кого спрашивают, рассказывают соседям и друзьям что интересует пришлых авалонцев. Слухи распространяются быстрее, чем идёт самая быстрая армия, даже если она движется на машнах. Сначала они должны были найти нашу рощу. Потом – понять, куда мы ушли, и одним чтением следов тут не обойдёшься, какой бы прекрасный у них ни был следопыт. Я зря вёл племя в Долину Смерти. Там у нас был шанс скрыться.

– Или помереть, – кивнул я.

– А ещё, на их месте я бы пообещал заплатить за сведения о том, куда подалось племя, – добавил Логоваз.

Короче, застыдили меня, наивного, так, что я аж покраснел. А может, позеленел? Кто его знает, как реагирует моя кожа на смущение? Вот, кстати, очень не хватает банального зеркала. Я всего однажды себя видел, и, должен заметить, не насмотрелся, вообще‑то! Даже толком не понял, насколько я прекрасен – как Аполлон, или как Нарцисс? Хотя нет, наверное, как Давид. Который Голиафа завалил – он тоже был очень мелкий, но очень эффективный!

Что касается Илве с Киганом, я был уверен, что всё у них хорошо, что им сделается? Головы на плечах есть, соображалка работает отлично, так что должны справиться. Но в любом случае, требовалось поторопиться. Чтобы, как справедливо заметил Логоваз, не припахали. Так что мы опять двинули к Базару, даже не оставаясь на ночёвку, благо, дорога‑то уже знакомая, да и добираться недалеко. Правда, перед прощанием я здорово расстроил Вокхинна:

– Знаешь, вождь, если мы обнаружим, что слухи об авалонцах до Базара уже дошли, то придётся нам там, на Базаре, задержаться. И даже если нет – всё равно задержимся, пока эти слухи не появятся.

– Это ещё зачем⁈

– Ну как же? Чтобы у авалонцев был стимул, чтобы спешить на Базар. Не переживай, дожидаться их там мы не станем. Просто помелькаем ещё немного, чтобы инфа дошла до нужных ушей. Может, какую дезу распространим, опять же…

Пришлось объяснять, что такое деза. Вождь выслушал, и спорить не стал. Скрепя сердце согласился – это было заметно по тому, как он зубы сжал, когда прощался. Аж скулы от напряжения побледнели у бедолаги.

Я‑то, грешным делом думал, что мы до Базара доберёмся к середине ночи, не слишком торопясь. Только я не учёл, что у нас офигеть какой образовался балласт. Я про кучу лошадок и пару здоровых фур, которые требовалось тащить за собой. Они и так чересчур задержались на одном месте, и теперь уманьяр в спешном порядке заметали следы, а нам с Логовазом пришлось всю эту четвероногую толпу тащить за собой, и времени ушло… Не одним, правда – возницы для фур тоже с нами поехали. Эти здоровенные телеги, оказывается, нифига не просто катятся за лошадью. Ими тоже нужно управлять, причём куда сложнее, чем машиной! Впрочем, возниц мы тоже к делу пристроим, и я даже знаю, как. Вот только добрались уже к тому моменту, когда на востоке светать начало. Пока что едва‑едва, но мои планы поспать пару часов на лежанке, а не в седле, накрылись медным тазом. Это было возмутительно!

Ночной Базар встретил тишиной и спокойствием. Нет, полностью торговля здесь не прекращалась. Кто‑то, как я, предпочитал бодрствовать ночью – такие находились и среди продавцов, и среди покупателей. К тому же некоторые вещи не любят дневного света – это я про всякое такое, незаконное. Нам‑то оно не надо, но за территорией базара, в прериях, говорят, много всяких сомнительных сделок заключается. Договорятся обо всём здесь, на Базаре, а ночью выезжают куда подальше, в условное место, чтобы обменяться тем, чем обмениваться под чужими взглядами не стоит.