– Ну и чего ты смотришь на эту фигню, Дуся? Неужто не ясно, что это пустышки?

– Красивое, – пояснил я свой интерес. Но вообще, да, тутошний продавец явно покупателей надуривает. Я своим шаманским чутьём чётко ощущал – это просто музыкальные инструменты. Не чувствовалось от него чего‑то такого, что чувствуется от моего бубна. Какого‑то едва заметного флёра… дымки… нет, не могу объяснить и описать. Слов просто нет, чтобы конвертировать в них свои ощущения от моего трофейного бубна.

– Интересуетесь, юноша? – Вкрадчиво спросили у меня. Я оглянулся, и ещё больше обрадовался. И продавец – гоблин. Удачно я в эту лавку зашёл! – У меня отличные, очень сильные бубны. Вот с этим вам будут подвластны все духи земли и огня, а этот поможет повелевать воздушными сущностями. Но, может быть, вы предпочтёте водных? В наших засушливых краях их не так уж много, но я уверяю вас, противник, встретив такого необычного соперника, будет обескуражен! Я вижу, ваш старый бубен слегка поизносился… Конечно, это ведь трофей, я правильно понимаю? Уже наслышан о вас, храбрый юноша. Так я могу принять его и выдать новый, гораздо больше и сильнее со всего лишь небольшой доплатой! Вот, дайте‑ка мне прикинуть… Пожалуй, вот этот я смогу продать вам со скидкой. Всего сорок унций золотого песка!

Короче, мой носатый знакомец на ходу подмётки режет! Куда мне с моими неуклюжими попытками торговли!

– Дуся, это наглость! – Возмущённо орал мне на ухо Митя, помахивая крыльями. – Ты вообще представляешь, сколько может стоить твой бубен⁈ Да он дороже всей этой лавки! Да, понятно, что ты понятия не имеешь, как им пользоваться, и у тебя там враждебные сущности, но это – настоящий шаманский бубен, который носили хрен знает сколько сотен лет! А это – новодел голимый! Дуся, нас держат за идиотов! Сорок унций доплаты! Да мы втрое меньше за оружие выручили, а тут… заготовка, максимум! Дуся, это наглый грабёж! Дай я ему всеку, Дуся! Или сам всеки!

Короче, сбивал меня с мысли изо всех сил, зараза такая, фиг сосредоточишься под его бубнёж!

– Но я к нему уже как‑то привык, – светло и глупо улыбнулся я. – А скажите, почтенный, вы здесь живёте?

– Да уже практически живу, – покивал гоблин. – Торговый представитель на постоянной основе! – Он зачем‑то поднял вверх узловатый указательный палец. Видно, подчеркнуть хотел, какая это уважаемая и нужная должность. – И всё‑таки, юноша, я бы не рекомендовал вам носить с собой такую вещь. Скажу вам по секрету, храбрый юноша, она может быть для вас опасна. Кто знает, дух прежнего владельца может по‑прежнему оставаться здесь, рядом с ним. И он может быть враждебен! Очень, очень рекомендую вам избавиться от этой вещи! Доверьте её профессионалам, мы знаем, как с такими обращаться!

Учитывая, что в лавке даже ловцов снов банальных не было, я что‑то очень сомневался, что этот гоблин знаком хоть с одним профессионалом.

– Вы так думаете, уважаемый торговец? – С придыханием спросил я. – А откуда вам это известно? Вы и сами не чужды шаманского искусства?

– Что? Нет‑нет, я далёк от столь высоких материй. Но среди моих товарищей есть разумные которые в этом неплохо разбираются! И поверьте, я не шучу, когда утверждаю, что эта вещь может быть опасна!

Само смешное – не врал ведь, скотина! Так оно и есть, действительно, опасная штуковина у меня на поясе. Я ж толком поспать не могу с тех пор, как она у меня появилась – каждый раз проваливаюсь незнамо куда, и там меня все не любят. Того и гляди тело украдут! Вот, кстати, интересно, а что они потом делать‑то с ним будут, с телом?

Дядька никак не хотел меня отпускать. Чёрные блестящие глазки так и горели от восторга – он уже был практически уверен, что бубен у него в руках! Видно, глаз у торговца намётан, понимает, что ценный инструмент и заранее подсчитывает прибыль…

А я особо и не сопротивлялся. Во‑первых, интересно пообщаться с соплеменником – в кои‑то веки его встретил! Ну и торговец, заглотив наживку, охотно отвечал на мои вопросы и щедро делился местными раскладами. Правда, всё время переводил тему на вожделенный бубен, но мне это не мешало. Всё‑таки как хорошо иногда выглядеть безобидным юным придурком! Мы быстро перешли на ты. Точнее, он перешёл:

– Ты, парень, здесь явно новичок. Да ещё один! Зачем‑то с Рысями связался. Это ты зря, нужно со своими держаться. Вот, кстати, у нас всегда рады соплеменникам! Даже если они из какой‑то задницы прибыли, – приобняв меня за плечи рассказывал продавец. – Хочешь – пошли к нам! Ты паренишка ловкий, не простой, раз такую добычу где‑то взял! Значит, полезен будешь! У нас и девки есть, и сыт всегда будешь. Дело тебе по силам найдём! Да вот хоть ко мне пойдёшь помощником… Бубен этот пойдёт как вступительный взнос. Что тебе с этих уманьяр, они малахольные все. И всё одно нас не любят. У нас своя компания, тут продаём, там покупаем. Мирные, понимаешь, занятия. Но и по зубам можем дать, если вдруг что! Мы за своих – горой! Нас тут уважают и боятся, даже орки не трогают! Старый Пупок тебе и протекцию окажет!

Пупок – это он так представился, если что.

– Нет, уважаемый Пупок, я ещё свои обязательства не выполнил. Я могу рассчитывать на конфиденциальность нашего разговора?

– О, конечно можешь, парень! Я – могила!

– Дело в том, что там, за горами, томятся в плену мои соотечественники. Трудятся на шахте за миску дрянной похлёбки. Я рассчитываю их освободить!

– Шахта в Грасс–Вэлли? – Тут же сообразил гоблин. И даже серьёзен стал. – Бестолковое дело. Освободить, может, и можно. Уйти потом будет сложно. Авалонцы над золотом трясутся, как драконы над… золотом. Они не позволят нарушить поставки. А уж с тех пор, как у них нового губернатора поставили, этого Морьо, стало совсем паршиво. Он наладил систему охраны. А система, парень, это главное. Система будет работать не зависимо от исполнителей, всегда. Нет, я бы на твоём месте в это не лез. У нас иногда появляются желающие… но тут ведь как, все между собой собачатся. Каждый на себя одеяло тянет. Это ведь деньги нужны юноша, а вкладываться в такое сомнительное дело никто не захочет. Наши туда тоже попадали, чтоб ты знал… Может, и сейчас ещё живы. Так мы тоже об этом думали. Налететь‑освободить, как положено. Но тут нет, глухо. Никто не подпишется. Так что, считай, они мёртвые уже. Давай, кстати, выпьем за помин души… сейчас‑сейчас, я клюкаловку принесу. – И скрылся где‑то в подсобке. Напоить клиента – это ж первое дело!

– Всё, – печально вздохнул Митя. – Раз до клюкаловки дело дошло, он на тебя серьёзно глаз положил! Теперь так просто не отцепишься.

А мне вдруг пришёл в голову отличный прикол.

– Митя! – Говорю шёпотом. – Слушай сюда!

Дух поначалу не вкурил, но потом до него дошло. Эх, жаль, подробно объяснить, что от него требуется, не получится. Остаётся только надеяться на его актёрские способности.

Торговец вернулся, торжественно неся на подносе пыльную бутыль. Не такую, как во всяких сверхдорогих винных подвалах. Это просто была бутыль светло‑зелёного стекла, слегка извалянная в песке. Внутри до половины плескалась жидкость неопределённого цвета. Такая себе элитарность, надо сказать, но торговец не смущался, и нёс бутылку как величайшую драгоценность.

– Наш, секретный рецепт! – Гордо возвестил он. – Никому чужакам не предлагаю! Какой букет! А какой эффект!

Он разлил жидкость по прозрачным стопочкам. Мы выпили. Дрянь оказалась – редкостная, на вкус, по крайней мере. И горло продрало – я еле‑еле сглотнул, а хотелось вообще обратно выплюнуть. Зато сам торговец опрокинул свою порцию легко, не без изящества даже. Благостно, с хитринкой взглянул на меня. И вытаращил глаза в ужасе.

Я глянулся. За спиной у меня стоял давешний шаман. Один в один – высохшая кожа, провалившиеся глаза и нос, в глазницах – тьма. Стоял и смотрел на меня пронизывающим пустым взглядом. Настоящая жуть! Всё как я люблю.

– Что такое, уважаемый? Не в то горло пошло? – Говорю.

– Да, давненько я не пил хорошей клюкаловки, – кивнул торговец нервно, и уставился на бутылку. Видно, проверял, не перепутал ли.