Мне он тоже необходим, потому что я, без всяких сомнений, именно такой и есть — гениальный и восхитительный. Но Чувайо на моего Ватсона явно не тянет. И вот это — уже обидно. Как бы не сдохнуть так-то, на самом взлёте без верного товарища, который будет за мной хвост на поворотах заносить!

Чувайо, наконец, выдохся и перестал сыпать претензиями. Его, в принципе, тоже можно понять. Обстановка необычная, не его родные леса и прерии. Они ведь, уманьяр, в человеческих городах и не бывали никогда. Да ещё и совсем один, в компании со странным гоблином, про которого ему уже всё ясно. Страшно, неуютно, и чувство собственной бесполезности давит. Ну, хорошо, что он утомился и заткнулся — мне как раз пришло вдохновение. Я понял, каким танцем можно помочь Вите с Митей. Им же энергии не хватает!

У меня в башке заиграла композиция Металлики. Интересно, почему в голову приходит всякое старьё древнее?

— Гимме фуэл, гимме фаер, гив ми зет вот ай дизаер! — Запел я, не слишком заботясь о том, что меня могут услышать. Звукоизоляция на складе хорошая, а я всё ж не в полный голос орал. Тут ведь главное, как оно у меня в голове звучит, правильно? А в голове Джеймс Хэтфилд отжигал по полной, так что аж уши закладывало. Я затрясся, как в припадке, а потом бросился крутиться по залу в бешеной пляске. Электрогитары ревели, Хэтфилд ревел, а меня несло. Ох, как же я мечтал в прошлой жизни хоть раз послэмиться на рок концерте! И как же прекрасно, что у меня такое замечательное воображение. Может, поэтому я — шаман, кто знает?

Выложился по полной. К концу композиции вспотел, хоть одежду выжимай. Первый раз в жизни! Как только ни приходилось бегать за эти несколько дней, а устал — только теперь. Можно даже сказать — вымотался. Зато Витя с Митей были довольны. Аж светились от переполняющей их энергии.

— Да-а-а, — протянул Витя, когда я закончил танцевать. — Всё-таки Дуся — отличный шаман. За такое можно простить даже засовывание в трупы. — И тут же спохватился: — Один раз! Один раз простить!

А Митя задумчиво поднёс к глазам поднятую с пола консервную банку:

— Вообще усилий прилагать не приходится! Мы так с ним в высшие духи переродимся!

— Угу, — кивнул Витя, взмахнув крылышками. — Если он до этого нас не уничтожит окончательно.

Один Чувайо, как всегда, был недоволен и ничерта не понял. Так и дулся остаток дня, как мышь на крупу.

Время для тёмных дел, как я уже упоминал, наступает после заката. Я всё-таки выспался, потом ещё некоторое время наблюдал в окошко, как местные жители расходятся. Сначала на выход с завода убрели невольники, потом до сих пор взбудораженные охранники всё тщательно осмотрели, и суета, наконец, затихла. Витя с Митей без споров просочились через дверь склада — вскрывать замок. После сейфового он их затруднить не должен был. Я с интересом наблюдал, как они возятся, через окошко. Очень впечатляюще, между прочим! Духам никакая отмычка не нужна — у них и пальцы прекрасно проходят через корпус замка, а осязаемыми они их делают только там, где это нужно. Даже завидно на секунду стало. Всего несколько секунд, и замок, который с таким трудом ночью разыскивали охранники, повис на дужке.

И в этот момент стену склада осветило светом фар. От самых ворот к ним ехал грузовик.

Чего у моих призрачных товарищей не отнять — так это скорости реакции. Замок они закрыли так же быстро, как и открыли — как раз успели к тому моменту, как грузовик развернулся кузовом к дверям склада. Из кабины вылез водитель — ноги размять. Знакомый по ночным приключениям сержант. Из кузова, соответственно, грузчики — парочка его подчинённых. Сержант сунул ключ в замок, пошевелил. Не открывается. На челе вояки появилось недоумение.

— П-с-ст! Митя! Вы чего, замок сломали? — Шепчу.

— Ничего мы не ломали! — Оскорбился дух. — Ты что, Дуся, фирма веников не вяжет! Всё чётко, как в аптеке!

Впрочем, выяснилось, что я зря духов подозревал. Просто недооценил степень человеческого идиотизма. Сержант хлопнул себя по лбу и выкинул ключ — этот был от старого замка, который я вчера ночью тёмной магией попортил. А от нового у сержанта не было. Он его, похоже, просто забыл попросить у подчинённых. Но себя ругать идиотом не стал, так что невозмутимо приказал солдатам сбить замок. Взгляды, которыми на него посмотрели охранники, когда сержант отвернулся… В общем, они были далеки от восхищённых.

— Да быстрее, шевелитесь! — Прикрикнул сержант, а я решил, что пора прятаться. Интересно, чего это они припёрлись?

В общем, с тем, что ночь — время тёмных дел, согласен не только я. Похоже, пришло время для передачи покупателю очередной партии ворованного товара. Солдаты бодренько закидывали в кузов ящики с консервами, а я вдруг почувствовал, как у меня начинают руки подрагивать от возбуждения. Это ж такой случай!

— Эй, Чувайо! Хорош там валяться, готовься. Сейчас они погрузятся, и мы тоже в кузов полезем.

— Шаман, ты рехнулся? Разве не понимаешь, что они это не в лагерь повезут⁈ — Чувайо никакого энтузиазма не испытывал. Наверное, просто не понял до сих пор красоты моей задумки.

— А нам какая разница, куда они собираются везти эти консервы? — Спрашиваю. — Мы-то их совсем в другое место повезём!

Короче, Чувайо так и не проявил энтузиазма, но меня это совсем не смутило. Я даже договариваться о совместных действиях не стал. Не нравится — пусть делает, что хочет, а меня ведёт вдохновение, как Оби Ван Кеноби — сила!

Солдаты закончили грузить ящики — чуть ли не полсклада вынесли! — и полезли в кузов. Сержант, тем временем, прикрыл склад и полез в кабину. Педантичный какой, замок повесил, хотя закрыть было нечем.

— Вить, Мить, откроете мне? — Спросил я, дрожа от предвкушения.

Духи, чувствуя моё возбуждение, ничего переспрашивать не стали, а послушно просочились через дверь. А вот уманьяр не замедлил поделиться своим скепсисом:

— Ну что, хорошо всё придумал, шаман? А ты не обратил внимания, что в кабине — люди? Как ты собираешься прятаться?

А я прятаться и не собирался, но Чувайо ничего объяснять не стал. Как только дверь оказалась приоткрыта, юркнул в щёлку, и рванул к кузову. Подскочил, пыхнул тьмой, заполняя пространство под тентом вязкой, густой чернотой. Солдаты ещё только начали пугаться, а я уже был внутри и вооружён прекрасным оружием — у меня в каждой руке было по банке тушёнки.

Бросать их с двух рук побоялся, хотя это было бы красиво, конечно. Но и так получилось прекрасно. Увесистые металлические цилиндрики с разницей в секунду прилетели в лица охранникам, а потом я для верности ещё «проконтролировал» каждого рукоятью револьвера. Вот и все сложности! А Чувайо боялся. Он, кстати, забрался внутрь вслед за мной, и теперь слепо шарил по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Тьма-то ещё не рассеялась.

— Сядь! — Шепчу и дёргаю за штанину. — Щас же поедем уже, выпадешь, придурок!

— Ты же сам говорил, что нам нельзя поднимать тревогу⁈ — Возмутился Чувайо. — Что ты натворил⁈

— Не писай в рюмку! Всё учтено могучим ураганом! Лучше сядь, заткнись, и не мешай, понял?

Машина тем временем уже выехала за ворота завода и потихоньку ехала в сторону лагеря — выезд с территории комплекса был только там. Ну, нам это только удобнее. Я, не сдержавшись, захихикал. Это будет прикол!

— Вить, Мить, у вас силёнок-то сейчас полно? Можете сделать, чтобы машина заглохла? Только сильно не ломайте, она нам ещё понадобится.

Витя пожал плечами и поплыл в кабину. Выдумывать что-то затейливое дух не стал — просто повернул ключ зажигания, двигатель и заглох. Ещё несколько метров грузовик проехал накатом, а потом сержант нажал на тормоз. Паниковать сразу он не стал, и снова завёл машину — она, естественно, послушно зарычала, но напрасно сержант облегчённо вздыхал. Витя снова заглушил двигатель. Сержант с руганью полез из кабины.

— Эй, Мик, Рол, выходим. Похоже, приехали. Что за чёрная полоса пошла⁈

Мик и Рол, понятно, никуда выходить не стали, потому что пребывали в глубокой нирване, вызванной встречей их затылков с рукоятью револьвера. Надёжное средство познать дзен! Но разозлиться как следует из-за такой нерасторопности подчинённых сержант не успел.