Быть может, у лорда Ларкинса была любовница? Ведь я совсем ничего о нём не знала. Но если бы это было так, то дворецкий сейчас вряд ли так беспокоился бы о своем хозяине.

Да и мне показалось, что его светлость был из тех людей, которые ратовали за соблюдение хотя бы внешних правил приличия. А эти правила требовали, чтобы женатый лорд ночевал дома. И для посещения своей любовницы он наверняка нашел бы какой-то другой вечер, а не тот, в который ему пришлось решать столь важные вопросы.

И всё-таки поднимать панику с утра я не решилась. Если бы всё оказалось в порядке, то устроенная мною суматоха лорду могла не понравиться. И я досидела дома до обеда. А вот после него снова позвала Бэрримора и сказала:

— Велите заложить экипаж. Я сама поеду к герцогу Шекли!

Бэрримора если и удивила моя решительность, то он этого не показал.

— Экипаж будет готов через четверть часа, миледи!

Я не знала, что я скажу этому герцогу, но я, по крайней мере, спрошу, приезжал ли к нему лорд Кларенс. И если да, то он наверняка не откажется ответить мне, чем закончился их разговор.

Меня немного пугал этот визит. Не потому, что мне нужно было ехать к ужасному, по выражению лорда Кларенса, человека. А потому, что это вообще был мой первый официальный выезд из дома. Я еще никому не наносила визитов, если не считать вчерашней поездки в дом Джеси. Но там леди Кларенс никто не знал, и я могла позволить себе быть самой собой.

А сейчас я даже не знал, была ли настоящая Алиса знакома с этим Шекли. Встречались ли они когда-нибудь? Возможно, в столице.

Более того, я понятия не имела о здешнем светском этикете. Пока я старалась себя вести так, как вели себя героини в фильмах по произведениям английских классиков. Но правильно ли это? И может ли вообще замужняя дама приехать с визитом в дом незнакомого мужчины одна?

У меня было слишком много вопросов, но ответить на них было некому. Если бы я отправилась в другой город, я взяла бы с собой горничную. Но разъезжать по городу со служанкой вряд ли допустимо. А компаньонки у леди Алисы, судя по всему, не было.

В итоге я решила, что даже если я нарушу какие-то правила в сложившихся обстоятельствах, то в этом не будет ничего дурного. Жена испугалась, что с ее мужем что-то случилось, и отправилась его искать. Так поступила бы каждая любящая женщина. И пусть я, не будучи настоящей Алисой, не питала к лорду Кларенсу никаких нежных чувств, общество-то об этом не знало!

— Мы будем с нетерпением ждать вашего возвращения, миледи! — такими словами напутствовала меня экономка миссис Бишоп, которая вместе с Бэрримором вышла на крыльцо вслед за мной.

Это еще раз убедило меня в том, что такие ночные отлучки были не в привычке Кларенса.

И только уже садясь в карету, я сообразила, что не знаю, где именно мне следует искать герцога Шекли. Есть ли у него здесь собственный дом, или он остановился в гостинице.

Всё это я сказала и вслух, но дворецкий тут же меня успокоил:

— Его светлость вчера обмолвился, что герцог снял целый этаж в гостинице «Приют дуэлянтов».

Я усмехнулась, услышав такое забавное название, но не стала комментировать его. Сейчас я особенно ясно осознавала всю двусмысленность ситуации. Замужняя леди не может посещать в гостинице джентльмена, который не доводится ей родственником. В этом можно было не сомневаться, даже не будучи знакомым с местным этикетом.

Но и повернуть назад я не могла. Ах, как же глупо всё получилось.

— Если хотите, ваша светлость, я могу поехать с вами, — вывел меня из затруднения Бэрримор.

И я сразу ухватилась за его предложение.

Экипаж снова повез нас в центр города, и не прошло и десяти минут, как он остановился на узкой, припорошенной снегом улице, по обеим сторонам которой стояли фахверковые дома.

Мы поднялись по ступенькам невысокого крыльца, и Бэрримор распахнул передо мной дверь.

— Добрый день, миледи! — поприветствовал меня одетый в зеленую униформу портье. — Чем могу вам помочь?

Бэрримора он словно и не заметил.

Это явно было весьма статусное заведение, всё здесь свидетельствовало о высоком уровне гостиницы — мебель из дорогих пород дерева, хрустальные люстры и бра, мягкие ковры на полу.

— Мы хотели бы поговорить с герцогом Шекли, — сказала я. — Он ведь остановился именно здесь?

— Да, ваша светлость! — с гордостью подтвердил мужчина. — Я сейчас же доложу ему о вас!

Он вышел из-за конторки, за которой стоял и поднялся по лестнице на второй этаж. Отсутствовал он всего несколько минут, но вернулся обратно с весьма сконфуженным выражением лица.

— Простите, ваша светлость, но герцог Шекли сегодня никого не принимает. Он только вчера прибыл в Таунбридж и еще не успел должным образом отдохнуть с дороги.

Я заметила, что ему было неловко говорить мне это. Наверняка герцог уже принимал других посетителей и только мне он отказал.

И мне показалось, что и сам портье тоже этим отказом в некоторой степени оскорблен. Словно прибывший из столицы вельможа таким своим отношением к местной знати обидел и его самого.

— Но нам решительно необходимо с ним поговорить! — воскликнула я.

— Простите, ваша светлость, — портье расстроился еще больше, — но я ничем не могу вам помочь. Вот разве что вам обратиться к дворецкому герцога.

И он указал взглядом на важного господина, как раз спускавшегося по лестнице. Если бы портье не сказал, что это дворецкий Шекли, я вполне могла бы принять его и за самого герцога, до того респектабельно он выглядел. На его фоне Бэрримор тянул не больше, чем на старшего лакея.

И я поспешила воспользоваться советом.

— Леди Ларкинс? — дворецкий герцога церемонно поклонился. — Простите, но его светлость сейчас действительно никого не принимает.

Сообщая мне об этом, он, в отличие от портье, никакой неловкости не испытывал. В его представлении здешние дворяне, разумеется, не шли ни в какое сравнение со столичными.

— Тогда, быть может, вы сами ответите мне на один вопрос? — спросила я.

С его стороны последовал еще один наклон головы.

— Был ли вчера вечером у его светлости мой муж, лорд Ларкинс?

Он ответил, не замешкавшись ни на секунду:

— Никак нет, миледи!

Я вздрогнула и посмотрела на него с изумлением. Лорд Ларкинс не приезжал сюда? Но где же он тогда провел всё это время?

— В том, что он не солгал, я не усомнилась. Если бы лорд Ларкинс действительно был здесь, скрыть это было бы невозможно. Его увидел бы тот же портье или другие гости.

Но если лорда тут не было, то куда он на самом деле поехал?

Впрочем, выяснять это в холле гостиницы мне совсем не хотелось. Я и так же дала повод для сплетен. И если в Таунбридже есть желтая пресса, то я не удивлюсь, если в газетах напишут заметку о том, как одна знатная дама искала своего мужа по всему городу.

Поэтому я вышла на крыльцо и села в наш экипаж. Бэрримор последовал за мной. Мы отъехали от гостиницы, и когда выехали на площадь, я попросила остановиться.

— Как его светлость уехал вчера из дома? — спросила я. — Он воспользовался нашим экипажем?

— Именно так, миледи, — подтвердил дворецкий.

Он выглядел несколько растерянно — должно быть, встреча с собратом по профессии произвела на него неизгладимое впечатление.

— Я хочу поговорить с кучером, — сказала я.

Бэрримор снова вышел на улицу, и через мгновение возница подошел к распахнутой двери экипажа.

— Накануне вечером вы привезли его светлость именно к той гостинице, в которой мы сейчас были?

— Да, миледи, — кивнул он. — Я собирался дождаться его светлость, но он сказал, что это ни к чему. Что его визит может затянуться не на один час, а улица тут узкая, и экипажу придется стоять чуть не самом тротуаре. Его светлость собирался вернуться домой в наемном экипаже.

— Вы видели, как он вошел внутрь? — если Ларкинс всё-таки был внутри, то нам придется вернуться в гостиницу и еще раз расспросить портье.