- День добрый, сеньорита, - мягко начал говорить староста деревни, имени которого я со всем усилием воли вспомнить не смогла.

- Здравствуйте, сеньоры, - не спуская глаз с нервного отца и натягивая улыбку, поздоровалась с пришедшими. – Чем обязана столь… приятному визиту? – хотя ответ и был очевиден.

- Сеньорита Андраде, до нас дошли неприятные новости, что как ветряная ведьма пронеслись по всей округе. Дело в вашем заведении, что вы называете школой для девочек.

Я сощурилась. Не было смысла спрашивать, кто донес на нее – это сути не меняло.

- И что вы хотите?

- Конечно же, как и все жители нашего селения: закрыть сей ненужный институт, - пожал плечами старец, не ходя вокруг да около.

- А если нет? –жестко посмотрела на свирепого отца, зная, что таким типам не стоит бросать провокации: они как изголодавшиеся собаки накинутся.

- Я сожгу дотла эту дыру, - сквозь зубы произнес мужчина.

«Серьезная угроза», - промелькнуло в моей голове. К тому же я была уверена, весьма убедительно сказанные слова легко могут найти место в реальности.

- Благодарю за информацию, сеньоры. Я подумаю, - и не став даже прощаться, захлопнула пред ними дверь.

Стоило бы попробовать, конечно, вырвать из рук грубияна Кастодию, но понимала, что это скорее всего будет неравный бой: мужчина был в двое, а то и в трое крупнее утонченной Виктории, хотя… будь я в своем теле может и решилась бы.

«Твою мать!» - выругалась, все еще припирая дверь спиной. - «Что делать?».

За дверью все еще были слышны голоса. Друид что-то говорил верзиле про налоги, которые все еще не уплатила семья Андраде и о том, что об этом стоит написать в вышестоящие инстанции.

Оторвавшись наконец от несущей конструкции, я начала теперь нервно расхаживать по гостиной, покусывая кутикулы, чего не делала очень давно.

В своем мире я вела спокойный образ жизни и была незаметной, словно серая мышка. И проблемы не липли ко мне, как мухи на мед. Тогда я считала, что если не искать на пятую точку приключений, то и не нарвешься на них.

Здесь же, решив кардинально изменить свою жизнь, я пошла ва-банк и многим рискнула. Не только школой и девочками, но и даже недвижимостью. И пусть это имение было ненавистно Франческе, но даже она начала находить здесь что-то хорошее.

Например, не поверите, овец! Точнее ягнят, которые были до того милыми, что нереально было в них не влюбиться. Или в сад, что теперь был украшен детскими поделками в виде кормушек, звездочек, что девочки сделали из глины и потом раскрасили, а на днях они повесили на голые деревья яркие ленты тем самым превратив его в что-то волшебно-красивое.

- Что-то произошло? – спросила спустившаяся мать Виктории. – Я слышала голоса.

Я кивнула.

- Деревня узнала, что у меня школа для девочек и теперь ее требуют закрыть, - я резко остановилась и посмотрела на Франческу, как на спасательный круг. – Ты же давно здесь живешь! – озарило меня. – И должна знать законы!

- Прости, что? – Франческа взглянула на меня с непониманием.

- Как доказать этим остолопам, что эта школа нужна. Что ее нельзя сжигать по желанию какого-то мужлана? – я уже не следила за своей речью, говоря то, что придет в голову.

- Я… я не знаю, - растерялась Франческа. – Я никогда не лезла в мужские дела.

- Господи! Мужские дела, - засмеялась я надсадно. – Каменный век! –резко села на диван, посмотрев на окно, что все еще продолжалось мыться само по себе.

На это пока не было ни времени, ни сил. Надеюсь, друид и его компаньон не заметили ничего необычного. И тут, приглядевшись, я увидела всадника.

«Вот оно, мое спасение!» - подумала я. – «Он и мужчина, богат и влиятелен, и как военный должен хоть чуточку разбираться в законах!»

Окрыленная надеждами, выбежала навстречу к сеньору Герреро. Это могло бы показаться кадрами из романтического фильма, где девушка в пышном платье и развивающимися волосами на ветру отчаянно бежит к возлюбленному на крыльях любви, но правда заключалась в том, что пышное платье было единственным, что осталось чистым из нескольких висящих в шкафу (жаль, что ночью я не зашла в котельную и не приказала вещам стираться, и то полезнее было бы), волосы – не успела с утра расчесать и уложить их в прическу, а любовь в данный момент была ничем иным, как единственной возможностью к спасению.

- Виктория, - слез с коня принц, и, как и полагалось ему, приподнял деву на руки, не забыв закружить в воздухе. Он явно был рад видеть меня. даже в таком виде.

- Ты мне нужен! – проговорила я, на что у Дамиана засверкали глаза. – Нет, ты не так понял, - дошло, наконец, до меня, что мои слова не так восприняли, но было поздно, ибо Герреро впился в ее губы.

Не то чтобы я была против его страсти: это на мгновение заставило забыться о насущных проблемах, но, с другой стороны, их надо было решать, а не забывать. И едва улучив момент, я оттолкнула мужчину, при этом тяжело дыша, словно пробежала марафон.

- Дамиан, помоги мне, - попросила, чуть ли не молясь. – Как мне обойти закон и оставить школу нетронутой?

- О чем ты? – не сразу понял мужчина.

- Ах да, - хлопнула себя по лбу. Увы, в моменты, когда я нервничала, я плохо контролировала свои движения. – Приходил друид…староста, да и этот, не знаю, как его зовут, отец Кастодии, и грозился сжечь дом все ко всем чертям, если я не закрою школу.

Герреро слушал меня, приподняв бровь. Он явно пытался построить в своей голове полную картину происходящего из того, что я сумбурно вывалила на него.

- Единственное, что я вам могу предложить, это поговорить с тетушкой Дуарте. Она имеет неплохие связи, да и власть над местными чиновниками, - пожал плечами Дамиан. – Боюсь, даже знай я закон о сохранении сего заведения, он мало сыграл бы роли против ненавистников.

В этом была толика правды. Мало где в мире работают законы в полную силу, в этом я была убеждена из собственного опыта. И новый мир с новой «Испанией» девятнадцатого века не были исключением.

- Едва я, казалось бы, скрылась от грязных рук Домингеса, теперь мне угрожает все население чертовой деревни, - топнула я, давая злости выйти из наружу.

- Прости, дорогая, но я как раз-таки приехал с плохими новостями о нем, - помотал головой как бы извиняясь Дамиан, от чего у меня сердце чуть не остановилось.

Я даже не могла выговорить какого-то вопросительного звука. Перед глазами мгновенно предстал образ того, как Домингес беспощадно воткнул нож в живот бедного парня там в темном проулке.

- Он здесь. Я видел его, - сообщил Герреро, став сразу серьезным, как перед боем.

От потери сознания меня отделяли лишь только дикие мысли, что блуждали в потемках сознания.

«Надо спасаться!», «Надо что-то делать!», «Бежать?!», «Прятаться?».

- Я боюсь немного за вас, сеньорита, - официально заявил Дамиан. – В связи с чем предлагаю вам собственный кров.

- Что? – я не сразу поняла, о чем он.

- Было бы абсолютно неприлично предлагать вам переехать ко мне, ибо так поступают лишь с любовницами, в связи с чем, я хочу спросить вас: не согласитесь ли вы выйти за меня?

Я не знала куда посмотреть и что ответить. Меня одновременно радовало и возмущало то, что он сказал! Но учитывая, что я с утра была не в духе, мозг зацепился за негативную мысль.

- То есть, не будь я в беде, Вы бы и не сделали мне предложения? – возмутилась такому обстоятельству.

Дамиан явно ждал не эти слов, поэтому стоял, просто раскрыв рот и подбирая ответ.

- Я… нет… то есть да…

- Так вот, - добавила, настаивая на своем, - не надо мне тут делать одолжений, спасибо. Обойдусь и справлюсь сама.

«Что ты несешь?!» - кричал одновременно мой адекватный разум, по сравнению с чувствами. - «Это же Дамиан! И он прекрасный мужчина! Иисусе, ты только и мечтала, как выйдешь за него замуж, женщина!»

Я хотела было отвернуться и уйти, но не тут-то было, Герреро схватил меня за локоть и развернул к себе лицом.

- Нет! – лицо мужчины было немного разъяренным: губы поджаты, лоб нахмурен. - Я хочу на вас жениться! Сеньор Домингес просто «подтолкнул» меня с предложением.