- Простите, - извиняясь бросилась к осколкам, чувствуя себя так, будто привела домой к аллергику бешенную собаку. – Мне стоило предупредить.

Лусия так и стояла, схватившись за сердце.

- Вы - ведьма! – с ужасом произнесла она. – А я вам верила.

- Она не ведьма! – встала на мою защиту Гульджамал. – Она волшебница.

- Это происки дьявола, - гнула свое Лусия, все дальше отходя назад.

- Нет же, вы не так поняли.

- Стоило поверить сеньоре Франческе. Она говорила правду о вас. О том, что вы исчадие ада.

- Замолчите, Лусия, - выпалила я, не выдержав безосновательных обвинений в свой адрес, сгустив воздух за долю секунды, от чего испуганная женщина резко прикрыла рот и в ужасе уставилась на меня. Магия внушения сработала молниеносно, удивив не только кухарку, ну и меня саму. – Я не ведьма, и точно не из ада, - произнесла, немного подуспокоившись. – Я… волшебница. Я с детства обладаю этим даром, - решила взять на себя ответственность, постоять за Викторию, бывшую хозяйку этого тела, в которое я попала по стечению обстоятельств. – У меня дар, понимаете. Я не сумасшедшая.

В столовой установилась оглушающая тишина. Гульджамал чуть не плакала от того, что ее сеньориту обвинили в страшном деянии вместо того, чтобы увидеть чудо. Лусия все еще стояла в ступоре у дальней стены, не имея права голоса, а я неожиданно чувствовала такое опустошение, словно отработала на заводе две смены подряд, словно по мне проехался трактор.

«Надо развеять магию», - подумала я и постаралась произвести обратное действие, но у меня так ничего и не получилось.

«Ну здрасьте, приехали!»

- Я не могу снять чары, Лусия, - сдалась после тщетных попыток. – Но уверена, что эффект это временный и на утро вы будете, как и прежде разговаривать, - после моих слов служанка поникла, но приняла ситуацию. – Если у вас есть все же желание оставить сей дом и меня, то вы можете уехать.

Свобода, по моему мнению, была самым важным составляющим у человека. Отнять ее – значит лишить смысла жить дальше. И даже если нам с девочкой будет потом намного сложнее обходиться без служанки, мы справимся. Нам придется справиться, ведь постороннего человека я просто не приму в свой дом.

- У меня будет все та же одна просьба: не говорить ни единой живой душе про Гульджамал. Ровно до тех пор, пока я не придумаю, как выйти из этой ситуации с меньшими потерями.

Я в ожидании хоть какого-либо знака уставилась на Лусию, на что та лишь кивнула с немым ответом.

Утро выдалось неожиданно резким. Если все предыдущие дни были либо сонливо-протяжными, либо бодрыми и трудовыми, то сегодня я буквально вскочила с постели, заслышав мужские голоса. Сердце заполошно забилось в груди от одной только мысли о бандитах. А ведь наш дом находится далеко относительно деревни и его с легкостью можно назвать «глухим».

И каково же было мое удивление, стоило мне только открыть окно и увидеть, как Хуан с кем-то ожесточенно спорит.

На скорую руку одевшись (Господи, какой садист придумал столько юбок?!) и попросив лишний раз не высовываться девочку, побежала вниз.

У ворот стояли сторож и сказочный мужчина с длинною седой бородой. Я даже невольно засмотрелась на него, наконец-то поняв, кого он мне напоминает. Как пить дать – друид из мультфильма «Астерикс и Обеликс».

Мужчины ожесточенно спорили. Хотя вернее будет сказать, что Хуан пытался что-то доказать, переходя на крик, то время как «друид» спокойно ему отвечал.

- Доброе утро, господа! – поздоровалась я, оторвав взгляд от мужской фигуры. – Что-то произошло?

- Сеньорита, это вас не касается, - грубо отмахнулся от нее Хуан, чем вызвал мой гнев, благо я смогла себя сдержать и не нагрубить сторожу.

- Как раз-таки касается, друг мой, - ответил бородач.

- Не впутывай молодую госпожу в ваши грязные дела. Обормоты!

Я была потрясена манерой разговора Хуана, ведь со дня нашего знакомства он показался мне если и не кротким, но вполне скромным и тихим. А тут аж ругается со слюной на губах.

- Налоги – это ее забота, дорогой мой, - как священник проговорил «друид».

Я была далеко не глупой и начала понимать, о чем шли дебаты.

- Мы просрочили выплаты? – уточнила, повернувшись к белоснежному мужчине.

- Да они постоянно что-то придумывают! Из года в год! – все продолжал неистовствовать Хуан.

- Помолчите, пожалуйста! – прикрикнула на него, не выдержав.

В кои-то веки повысила голос на человека, а ведь всегда старалась держать себя в руках. Скорее всего дело не в эмоциях, что сейчас бушевали во мне, а в желании разобраться в источнике скандала. В желании обсудить, так сказать, а потом уже делать выводы.

Друид смотрел на своего собеседника как на малого ребенка, улыбаясь по-доброму и все еще пытаясь объяснить ему, что да почему.

- Хулио Армас долгие годы держал как крупнорогатый скот, так и мелкий, постоянно выплачивая причитающиеся ему налоги. Сейчас у вас на счету более 30 овец. И даже если и сеньор Армас-младший скончался, да будет земля ему пухом, вы продолжаете его дело. Следовательно, налоги тоже необходимо уплатить.

- Ясно, - произнесла я, нахмурившись и подумав о том, что проблемы экономического характера и в этом мире имеют место быть.

- Да куда уходят эти налоги?! Бедные люди выплачивают их? Выплачивают! А в итоге ничего лучше не становится!

- Я решу этот вопрос в ближайшие дни, - пообещала «друиду», так и не спросив даже его имени.

Видимо этого только и ждал «друид». Стоило мне только произнести фразу, как он поклонился и пошел обратно в сторону деревни.

Меня же одолела головная боль. А причитания пастуха тире сторожа уж ясно не способствовали моему выздоровлению. И до кучи, как вишенка на торте — это постоянное громкое блеяния овец, лай собаки обострили ситуацию до такого предела, что я просто не выдержала и крикнула:

- Хватит, - тыкнув в Хуана.

И тут произошло то, к чему я совсем не была готова, да и признаться честно - благополучно забыла. Произошло чудо! Хуан в мгновение ока превратился в барана!

- Мать вашу! – закричала я в ужасе. – Вашу ж дивизию! Какого черта!? Аааа!

И, схватившись за голову, начала бегать как угорелая по маленькому кругу, не зная, что предпринять и как теперь быть.

- Хуан! Хуан! – пыталась докричаться до барана, но тот был до того в шоке, что просто шарахался от нее, пока в итоге вообще не побежал в сторону остальных овец.

- Нет! Нет, - пыталась остановить его, прекрасно осознавая, что среди остальных подобных особей я его точно не узнаю!

Неужели Хуану суждено прожить остатки жизни бараном? Какой ужас! И это я, Мария Ивановна, превратила его в это никчемное глупое животное!

На мои крики выбежала Гульджамал и поспешила Лусия, которая, судя по фартуку и испачканному мукой лицу, что-то стряпала на кухне.

- Что произошло, сеньорита? – спросила Лусия.

Слава Богу, хоть к ней голос вернулся сам собой. И как теперь все это объяснить? Везением или неопытностью в магии? Хотя, относительно Лусии для меня уже было не важно, главное, что она смирилась за ночь и не ушла.

И вот казалось бы, что служанка вновь приняла со всеми моим потрохами, как тут… Нет, она явно не обрадуется тому, как ее потенциальный жених и ухажер стал жвачным парнокопытным семейства полорогих, в простонародье именуемого бараном.

- Она превратила сеньора Хуана в барана, - радостно сообщила новость Гульджамал, совершенно не думая о последствиях своих слов.

- Что? – вскрикнула Лусия. – Нет, этого не может быть!

- Я сама лично видела из окна! – чуть ли не хлопая в ладошки, продолжила говорить девочка.

- Это произошло случайно, ну вот честное слово, - взмолилась я, пытаясь скрыть набежавшие на глаза слезы.

- Сеньорита! Да что же это с вами твориться? Ведь я изо всех сил пытаюсь не сбежать от вас, в надежде, что всему этого придет конец, а вы все идете на поводу у дьявола!