— А что он там делал-то? — сообразила спросить. — Дома у северной стены же вроде нежилые?

— Ага, это от княжьего имения остались, — кивнула Груня. — Там псарня у него была, кузня, сторожа жили… Сейчас пустое всё стоит, разве только мётлы хранятся.

— А вот что он делал — хороший вопрос! — встряла Углеша. Вот, значит, чего она так раззадорилась, любопытство взыграло. — Зонтик за ужином сказал, мол, дополнительное занятие он там проводил, и, дескать, произошёл несчастный случай, но все выжили.

— Дополнительное занятие? — медленно проговорила я. — Что-то не припомню, чтобы Школа кому дополнительные уроки давала, пусть и за деньги.

— Вот и я о чём! — Углеша аж подскочила на месте. — Да мало того, вот скажи, а где тот ученик-то? Кто занимался?

Девицы согласно закивали.

— На ужин никто подкопчёным не пришёл, — заметила Груня.

— И плетей никому не выписали! — звонко хихикнула Малаша. — А представь, ежели мы бы на уроке дом сожгли?

Я представила легко. Хорошо если семья при деньгах, откупились бы, а нет — так показательной поркой не отделаться.

— Может, заплатили ему? — предположила я.

— Это ж сколько надо было заплатить? — фыркнула Малаша. — У Зонтика аж борода обгорела, думаешь, он за пару золотых такое спустил бы? Он так-то и сам при деньгах, а у нас тут не столица, чтобы в учениках дети из Иванской сотни ходили.

Я открыла было рот назвать Глазуновых да Жаровых, но язык-то прикусила. Рода их не бедствуют, но до того размаха, как они в старом будущем выросли, сейчас ещё далеко. А так Малаша права, вряд ли кто в Школе мог так ректору заплатить, чтобы тот даже имени не назвал провинившегося.

— Думаете, он Лиходеева покрывает?

— Да вся Школа гудит полдня, — Углеша аж руками взмахнула от чувств, словно большой снежный ком вперёд кидала. — И знаешь, что говорят?

— Не томи, — я наконец башмаки стянула и подсела к соседкам за стол.

— Лиходеев этот взялся из ниоткуда, никто его не знает. Место получил ни за что! — страшным шёпотом начала Углеша.

— Не просто ни за что, а занял место Белокопытова, который ни с того ни с сего сбежал, — заметила Груня.

— Вот и думай, — подытожила Малаша. — Небось Лиходеев на Зонтика имеет что-то, вот и вымогает что ему надобно!

Я аж губу прикусила до боли. А ведь и правда!

— А что ему надобно? — спросила тут же. — Об этом не говорят?

— А как же! — выдохнула Углеша, и барабашки у неё в глазах аж запрыгали от возбуждения. — Известно что, Школу нашу закрыть хочет!

— Чего⁈ — вырвалось у меня да так громко, что от потолка отразилось. Девчата зашикали.

— Да того! — хмыкнула Груня. — Слух прошёл, что князь наш не угодил кому-то в столицах, вот под него и роют. В Тишме, окромя Школы да Ухтиша, ничего важного нет, но Ухтиш большой, можно и в другом месте из него силу черпать. Так что коли Школу убавить, у князя власти поубудет. Вот того и хотят.

Я аж к лавке приросла. Мою школу⁈ На мою грамотку позарились, супостаты⁈ Да не бывать такому!!!

— На постоялый двор пойдём? — спросила Загляда, чуть голову пригнув и локон выбившийся за ухо подтыкая. Эге-е, да она уже надумала себе невесть чего.

Насчёт постоялых дворов Яросвет думал, но передумал. В Тишме их раз два и обчёлся, город маленький, все всех знают. А сколько тут ворогов да какие у них подвязки — это пока неизвестно. Был бы у Яросвета здесь надёжный человек, у него можно было бы припрятать, да и то: сколько времени на расследование уйдёт, кто же его знает, и что, девице так и сидеть в дому, на улицу носа не казать? Захиреет, озвереет. Нет уж.

А потому, пока Загляда собирала пожитки да приводила себя в вид подобающий, Чудин связался по зеркалу с Олехом да и договорился обо всём.

— Тут городок неподалёку есть, Тухлома называется. Сейчас с тобой туда поедем, там однополчанин мой живёт. Он-то и отвезёт тебя в столицу.

На самом деле человек тот был вовсе никакой не однополчанин, а соглядатай Убойного приказа, что в этой самой Тухломе приглядывал за ворьём местным в связи с другим делом, но Олех договорился с приятелем, чтобы человечка на время позаимствовать.

— В столицу? — изумилась Загляда. — Почто так далече?

— Ты тутошнюю кончанскую управу видала? — вопросом на вопрос ответил Яросвет. Загляда неуверенно кивнула. — Как думаешь, долгонько ли они будут выяснять, кто на тебя напал да где его искать?

Девица приуныла.

— Так они, может, и вовсе не выяснят.

— Вот и я о чём. А раз не они, значит, мы сами должны. Только уроков да обязанностей никто не отменял. Вот и прикинь, как долго мы будем ковыряться.

— Что же мне, вечно прятаться? — вспылила наставница, аж волосы разлетелись от лица.

— Вот чтобы тебе не прятаться, в столицу-то и надобно, — мирно пояснил Чудин. — Наука твоя с помощниками больно редкая, в ведомствах наших ещё не освоена, вот обучишь дознавателей. И государству благо, и тебе хлеб, пока в Школе не утрясётся.

— Вон оно что… — пробормотала Загляда и вздохнула. — Ну ладно, дознавателей так дознавателей. Когда только успел договориться, — она покосилась на него, но Чудин лишь плечами пожал.

— У меня по городам да весям много однокашников знакомых, уж толкового человека пристроить не штука.

От похвалы девица приосанилась, и Чудин решил и дальше в ту же степь править.

— Я бы и сам у тебя поучился, кабы не обстоятельства, — заявил он голосом игривым, хотя на самом деле серьёзен был дальше некуда. Всё ведь к тому шло, что помощники чародейские на подложных людей бросались да чары с них обрывали. Иначе как объяснить историю с Белокопытовым? И ясно тогда, с чего заговорщики на Загляду напали: не нужен им в Школе человек, что может своей магией их колдовство перебороть. А это означало, что Яросвету кровь из носу нужно помощника завести, да так, чтобы не знал никто.

— Из столицы тебя не обучу, как ни крути, — вздохнула Загляда и глазами так стрельнула, что Чудин сразу тоже пожалел об её отъезде. — Но коли тебе не для красного словца, а для дела, то спроси Велижану Горихвостову, она изо всех учеников моих в этих чарах самая сметливая.

— Горихвостова? — Чудин нахмурился, припоминая рыжие косы. — Первогодка, что ли?

— Ан вот же, хоть первогодка, а многих выпускников обгонит, — хмыкнула Загляда. — Думается мне, ей учителей брали дома, больно гладко чешет. У других помощники только-только проявляются полностью, а у неё уж сразу слова понимают. Видать, токи нутряные к магии привычные, лужёные да ум чарами управляет не первый год. Да и не пятый.

— Вот оно что… — протянул Яросвет задумчиво. Значит, не померещилось ему, что-то с той Горихвостовой не так. Может, и правда батяня тайком учителей нанимал, а может, она тоже подложная? Как бы там ни было, помощник чародейский — это хороший повод к ней обратиться. Решено!

⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡⋄⟡

Наутро первым уроком значился призыв, да вот только ещё на завтраке Зонтик объявил, что, мол, Загляда Светославна по острой нужде к семье отбыла на неизвестный срок, а поелику наравне с ней в помощниках никто не смыслит, придётся нам самостоятельно навык оттачивать, пока она не вернётся.

— Ну во-от, — протянула Милада, заслышав новости. — А я так и не смогла своего призвать. К кому теперь за подсказкой пойти?

— Вон к Вельке, — тут же посоветовала ей Малаша. — У ней спорее всех получается.

Я кашу еле проглотила с бульканьем, а уж весь стол нас ко мне в очередь выстроился на обучение. Как по мне, они на Заглядиных уроках такого рвения не казали, как сейчас!

Я, понятно, пошла в отказ. На кой оно мне надо, с неучами возиться? А кто учится прилично, тот сам освоил, там наука-то невелика. Дальше же только опытом берётся, я вот своих помощников гоняю то так, то этак, вот они и работают всё лучше. Да только попыталась я это объяснить, как воздвиглась надо мною тень в синем кафтане.

Задираю голову — нависает над столом Лиходеев личиной собственной. Точнее как раз не собственной, а мною сотворённой.