Так, спокойно. У меня в кармане, пусть даже виртуальном, билет в Питер.

В любой непонятной ситуации поезжай в Питер, ведь так, да?

Бросить все и уехать в Питер, Чемодан свой не взяв дорожный, Бросить даже любимый свитер, И тебя, кстати, бросить тоже.

Бросить все и уехать, срочно, Просто взять и сорваться, знаешь. Так же делают в фильмах точно Или в книгах (ты же читаешь?)**

Ни фига Стас книг не читает, кстати. Да и хрен с ним. Разводиться он не хочет, видали? Кого это волнует? Уж точно не меня.

Четверг почти закончился. Осталось три дня. В Контакте с утра ничего нового. Пересматриваю на странице Данилы все старые фотографии, пролистываю до самого начала. Картинки, музыка – пытаюсь по ним узнать его хоть капельку лучше, понять, какой он.

Придурок чокнутый! Чертов хаски! Почему мне нужен именно он? Почему вообще так получается, что тебе становится нужен тот, о существовании которого только что даже не подозревала? А я еще считала себя взрослой, умной. Ну да, как же, замужем побывала!

Точнее, вышла замуж – а потом вышла из замужа. Из-за мужа вышла. А была за ним. Не за каменной стеной, а в тени. Вышла из тени, и оказалось, что ни хрена о жизни не знаю. И о любви тоже.

Но разве это любовь? Наверно, пока еще нет. Но корни уже пустила, глупо отрицать. Может, вырастет, может, завянет.

Лежу в постели, смотрю в потолок, ворочаюсь с боку на бок. Рил болезнь. И ладно бы только Данилой заболела. Но Данила – это Питер. Так что не просто болезнь, а с терминальным осложнением. Вакцины не придумали, лекарств тоже.

Просыпаюсь с тяжелой головой, но – почему-то! – с предчувствием… Чего? Не знаю. Даже не могу сказать, хорошее оно или дурное. Оно просто есть.

В Контакте – туда первым делом, даже раньше туалета! – новое фото. Только это не Питер. Какое-то южного типа кафе, со столиками на тротуаре. И подпись: «Кафана “Знак питања”. Или просто “?”».

Знак вопроса… То есть это вопрос?

Ну нет, Данила, уговор дороже денег. Неделя еще не прошла. Я могу ответить, но точно так же. Угадайкой.

Встаю с постели, бросаю на нее зеленый свитер, любимый, фотографирую. И выкладываю вместе с этим самым стихотворением Аделлаиды Карловой.

Все понял, Даня?

Еще три дня. Долгих-долгих дня. Но, кажется, у меня появилась надежда. Не хочу гладить ее, чтобы не распушилась до размеров кота. Просто пусть будет.

Душ, завтрак – а дальше что? Влезаю в спортивный костюм, начинаю вылизывать квартиру. Как будто жду гостей. Зачем?

Белградская бабушка говорила, что, наводя порядок вокруг себя, приводишь в порядок и внутреннее содержимое. Спорно, конечно, но что-то в этом есть. Отвлекаешься от пережевывания проблем, и они потихоньку трамбуются сами.

Белград… А кафана эта вопросительная не в Белграде случайно?

Бросаю тряпку, лезу в гугл. И правда там. Одна из старейших кофеен не только Белграда, но и Сербии. Когда поеду к бабушке с Зораном в следующий раз, обязательно туда зайду. Интересно, а Данила сам был там? Да нет, вряд ли. Просто нашел в сети картинку. Я же говорила, что у меня бабушка в Белграде, он бы сказал, если бы был. А поехать бы вместе, зайти туда…

Размечталась! Давай, не отлынивай!

Снова беру тряпку, продолжаю. Наверно, первый раз в этой квартире вылизываю все так основательно. Чужое жилье, временное – не было ни желания, ни настроения. Может, позвать девчонок? Хотя нет, я с ними виделась… когда? Время сошло с ума окончательно. Вроде бы в прошлом веке, а на самом деле всего три дня назад, во вторник.

Ожидание – это невыносимо. Даже не знаю, какое хуже: когда ждешь у моря погоды, неизвестно чего, или когда решение принято, но с отсрочкой. Может, вещи пока собрать? Или опять уехать с одной сумочкой? Нет, не стоит. Придется тратить время, чтобы купить все нужное. Это здесь его приходится убивать, а там…

Черт, я не знаю, что будет там. Но в любом случае шопинг в мои планы не входит. Поэтому соберу, но только необходимое.

Вытаскиваю из шкафа чемодан – нет, чемоданчик. Надолго зависаю, разглядывая полки и вешалки. Выбираю, что надо взять, если будет жарко. И что – если холодно. Прогнозам верить нельзя.

Неожиданно оказывается, что уже вечер. Вот как надо убивать время, Лика! А ты и не знала! Обед где-то потерялся. Залитый очередной порцией кофе желудок обиженно ворчит, требуя компенсации. Заказать что-нибудь? Разбаловала я доставку. Или она меня.

Нет, лучше схожу в пекарню на первом этаже. У них там роскошные сэндвичи капрезе, большие. Ну и сладенького чего прихвачу к кофе.

Выхожу прямо так: лохматая, в спортивном костюме и сланцах. Беру сэндвич, кусок наполеона, несколько разноцветных макарон и латте «Теахупу». У подъезда останавливаюсь, ставлю на коробку стакан, который так и норовит съехать, другой рукой пытаюсь выудить из кармана ключи.

- Давай подержу.

Стакан шлепается на асфальт, крышка слетает, кофе выплескивается и чудом не попадает мне на ноги.

- Ой, блядь… - только и могу сказать я.

-------------------

*Известная фраза из телефильма Ю. Гусмана «Не бойся, я с тобой»

**Аделлаида Карлова. «Бросить все и уехать в Питер»

Александра

Лика на новость отреагировала вяло. В голосе сквозило: господи, как же вы меня достали. А еще такое… рукалицо, очень густо. Я ее понимала прекрасно. Меня тоже плющило от испанского стыда.

Ну вот как так, а?

Так подло и мелко – хотя если в денежном эквиваленте, как раз очень даже крупно и жирно. Но по сути все равно мелко.

Это, наверно, такое экзистенциальное: я с этим человеком прожила столько лет, любила его, ребенка ему родила. Спала с ним, ела вместе, всяким задушевным делилась. Считала его частью себя. А он…

Просто фу. Вот правда, даже измену заслонило, хотя все из одной коробочки.

Но с другой стороны, это был по-настоящему скальпель. Протонный нож, которым оперируют опухоль. Чтобы начисто. Никаких метастазов.

Я-то думала наивно, что поставила точку на прошлом поездкой в Питер, а на самом деле вот она – точка. Настоящая. И ведь что интересно, когда об этом догадалась сама, когда туманно подтвердил Кирилл – это было еще не так остро. А вот когда услышала определенно от Бунечки, информация обрела объем и четкие очертания. 3-D.

Вернувшись домой, я открыла бар, достала бутылку коньяка. Утром на работу? Ничего, пешком дойду. А если дождь не перестанет, то на такси. У меня не было привычки заливать горе спиртным, но сейчас требовалась даже не анестезия, а дезинфекция. Не смаковала и не закусывала. Просто махнула два бокала и легла спать. И что характерно, утром проснулась как огурец.

Ладно, живем дальше.

Шла пешком, а в голове снова крутился, перебивая такт шагов, «Ленинградский блюз». Как-то я прочитала, что это называется «ушной червь» - когда никак не можешь избавиться от навязчивой мелодии. Но сейчас даже и не знала, а хочу ли избавляться?

Вспомнилось, как мы с Андреем обменялись телефонами, прощаясь у гостиницы. Я записала его номер, сделала дозвон и вздрогнула от бьющего по нервам рингтона.

Просто будем на связи, сказал он. Мало ли что.

Какое «мало ли что»? Пригласить на похороны?

Хотя… Лика и Данила – вот тут точно может приключиться какое-нибудь «мало ли что». Скорей бы уж они решили, что будут делать: вешаться или освобождать табурет.

А что бы предпочла я – для них?

Ничего. Пусть разбираются сами. А мне останется только это принять.

- Сашенька, у нас оценка сегодня, не забыла? – спросил Левушка, когда я вошла в предбанник кабинета.

Разумеется, забыла. Договоренность с художником была давняя, предстояло решить, возьмем его работы на реализацию или нет. И ехать для этого аж в Люблино. Придется такси вызывать.

- Спасибо, Левушка. Хорошо, что напомнили. Со мной поедете?

- Вряд ли. Должен же кто-то в лавке остаться.

Встреча была назначена на час дня, могла заняться текучкой. Вот только звонки отрывали. Новость полетела в массы. Звонили знакомые и осторожно интересовались, правда ли, что Олег ушел к моей помощнице и пытался нагреть меня с разделом имущества. Бунечка вовсе не был моим другом, даже хорошим приятелем, но все равно – моим человеком. Поэтому акцент выставил правильно. Грамотно.