Здесь, в Питере, вообще очень много воды. После персидской жаркой сухости дней и холода горных ночей, это ощущалось особенно ярко.

Приятно. Однако, несмотря на это, я, всё равно, не чувствовал здесь себя — дома. Этот город, этот Дворец, даже эта река и этот залив… не моё это. Не мной найдено, не мной покорена, не мной построено… и не для меня. Погостить пару недель-месяцев — да, вполне себе неплохое место, но остаться здесь жить? Нет. Не смогу.

Что ж, с такой точки зрения, мысль о переносе столицы Империи в куда более солнечную, яркую и приветливую Москву, уже не выглядит такой уж взбалмошной и глупой. Скорее уж, как прорыв подсознательного желания наружу в момент ослабления сознательного контроля. Я ведь, всё равно, не смогу тут жить. Не моя это климатическая зона. Здесь слишком мало тепла и солнца. Воды — много, это верно. Но, это бы имело решающее значение, если бы я всё ещё оставался «чистым» Водником. Однако, это давно уже не так. И моему Огню здесь не нравится. Мне здесь не нравится. Некомфортно мне тут.

Я вздохнул.

Ночь. Множество огней на городских зданиях, башнях, на маяке и Кепости. Блеск и дорожки этих огней на неспокойных Невских волнах… Закат я сегодня пропустил. Не смог им насладиться. Не успел. Он отгорел задолго до того, как я вернулся в Зимний. Да и можно ли вообще его разглядеть осенью с этого балкончика? Где тут Запад? В какой стороне садится Солнце? Как-то я ещё не очень хорошо ориентируюсь по сторонам света в этом чужом для меня городе. Может, немного позже, когда хоть сколько-то обживусь… нет, вряд ли. Не стану я тут задерживаться.

Почему не успел к закату? По вполне объективной причине: потому что вернулся в сам город уже затемно. Вернулся откуда? С одного из дальних полигонов, расположенных за пределами городской агломерации, среди диких болот и лесов, которые, как ни невероятно это звучит, легко можно найти в каких-то сорока-пятидесяти километрах от нынешней Столицы. С того полигона, где происходил наш Поединок с Богатырём Белозёрским.

Хотя, честно говоря, я бы не стал называть это таким громким словом. Не то, что на Поединок, это даже просто на бой как-то не очень тянуло.

Белозёрский — Богатырь Металла. Есть, оказывается, здесь и такая специализация по Стихиям, хоть и довольно редкая. Я бы, правда, назвал её иначе: не самостоятельной Стихией, а производной, сочетанием двух других Стихий: Земли и Огня, ведь его Металл был горячим и шёл из земли.

Наше… столкновение происходило на большой рукотворной поляне, кем-то заотливо расчищенной от леса на несколько километров вокруг, как в длину, так и в ширину… в общем-то, почти стандартное стрельбище, для тех, кто понимает, о чём я.

Встали друг против друга. Дождались, пока все сопровождающие лица и зрители отдалятся на условно безопасное расстояние и займут там наблюдательные позиции. Потом дождались, пока в небо взмоет «ракета», означавшая формальное начало Поединка. После чего Белозёрский мгновенно покрыл своё тело горячим металлом, став сразу похожим на «ОБЧР» или «мобильный роботизированный доспех» — такой же массивный, такой же большой, такой же страшный и внушительный. И большой — буквально, то есть высота этого чуда составляла, наверное, метров двенадцать-пятнадцать, а масса — под две сотни тонн точно, а то и за две сотни — металл же!

Настоящее тело Князя спряталось в туловище этого ОБЧР, где-то примерно в районе широкой «грудной клетки» того, полностью скрывшись под слоями сплошной крепчайшей брони.

Очень внушительно у него получилось. Особенно, с учётом того, что вся «трансформация» не заняла и пяти секунд — серьёзный результат даже для уровня Богатыря. Добавляли красоты и опасности этому «Гандаму»: здоровенный пятиметровый пылающий, в прямом смысле этого слова, меч в одной руке, и мощный массивный почти ростовой щит в другой.

Но не это было главной опасностью. Ей оказались острейшие длинные стальные колья-копья-пики, которые целым лесом полезли из земли, покрывая площадь в сотни и сотни квадратных метров разом, в то самое время, пока происходила трансформация. Ни отпрыгнуть, ни увернуться…

Что ж, всё это могло бы быть опасно для меня… раньше. Несколько месяцев назад. Сейчас… это вызывало скуку.

Я мог бы позволить ему проткнуть меня этими пиками — при моей Водной «регенерации», это даже не раны, а просто щекотка. Мог взлететь в небо, воспользовавшись своим умением летать, даруемым сразу двумя Стихиями.

Мог бы просто убить его, срубив своим мечом ему голову ещё до того, как он успел завершить формирование своего Стихийного Покрова-доспеха из вытягиваемого из-под земли Металла, ведь пять секунд — это для обычного человека много, для Воздушника — это издевательски медленно. Подскочить и срубить его голову — доля секунды! Особенно, если ты не просто Воздушник, а настоящий, хорошо тренированный, заточенный на ближний бой Сянь. Уже сам факт того, что он позволил нам начать бой с настолько короткой дистанции, делает его заведомо проигравшим: у Богатырей и Сяней слишком разная специфика развития.

Мог бы. Но не стал. Позволил Белозёрскому и «одеться», и пики его сформировать. Вот только, ни одна из них в моё тело не вонзилась. Он сам не понял, почему и как оно так произошло. А секрет был прост: я не позволил ему прицелиться. Разум — страшная штука, когда он развит до уровня Шестой и даже Седьмой Ступени. Не так уж и сложно оказалось воздействовать на сознание Богатыря, стоящего напротив, в прямой видимости, в жалких пяти-шести метрах и имеющего со мной прямой зрительный контакт. Не готового защищать свой разум.

Он, повторюсь, не понял даже, что я на него воздействую. Его пики просто выросли везде, кроме того места, где стоял я.

Затем был удар огненным мечом, который должен был меня располовинить, но… он тоже в меня не попал. Промахнулся на пару метров в сторону — прицел, видимо, сбился. Бывает…

Потом была туча мечущихся со страшными скоростями мелких лезвий, накрывшая собой круг в три сотни метров диаметром, уничтожившая, стёршая, пошинковавшая в мелкий-мелкий салат всё, что в этот круг попало… кроме меня. Ни одно из этих бешенных лезвий меня даже не коснулось. Они все пролетали мимо. Где угодно, только не там, где я на самом деле стоял.

Это… его напугало и разозлило до такой степени, что он отбросил любые тормоза и начал формировать под нами настоящий, всамделешный реальный вулкан с раскалённой лавой, которую он потянул из земных недр наверх, проламывая тектонические плиты, не думая ни о каких последствиях.

Честно говоря, я до этого, даже не представлял, что Богатырь — это что-то настолько мощное! Что они способны даже на такое! На что-то настолько крутое и масштабное…

Ну, в любом случае, новый действующий вулкан в моей Империи, да ещё и в непосредственной близости от (пока ещё) столицы, мне был совершенно не нужен. Как будто других проблем без него мало? А, если это ещё и супервулкан получится? А, если этот недоумок перестарается и вообще материковую плиту пополам расколет⁈ С этого упёртого недоделанного «Магнетто» станется!

В общем, я атаковал его сразу, как почувствовал, что магма действительно дёрнулась вверх. Атаковал одновременно Ментально и физически. Ментально атаковал сознание, сбивая его концентрацию на управлении магмой. А физически — с небес рухнула толстенная молния, что ударила точно в макушку этого железного болвана.

Что оказалось действеннее, трудно сказать, но факт: доспех от удара молнии, раскололся пополам, словно скорлупа ореха. Или, если быть более точным, одновременно с ударом этой молнии, я разорвал пополам его доспех, ведь, как уже упоминал, по моему мнению, Металл — это производная Земли и Огня, а у меня и та, и другая Стихия были проявлены. И, оставшийся без управления в связи с утратой концентрации кусок металла, легко, и даже с готовностью, подчинился мне, разделяясь надвое и выбрасывая на землю ошеломлённого и находящегося на грани потери сознания Богатыря на землю, мне под ноги, где я его демонстративно схватил рукой за горло и поставил перед собой на колени, после чего брезгливо от себя отшвырнул.