Виктория тут же проснулась, потирая глаза.

— Приехали?

— Кажется, да.

Здесь было действительно теплее, а воздух более влажный, чем в наших краях. Листва еще не успела пожелтеть, встречала буйной зеленью.

Фредерик подхватил меня на руки, веля Вики не отходить от нас. И перед нами предстало строение из светлого камня, с огромными, почти от пола, окнами, выходящими на море, с просторной террасой, увитой плющом, и аккуратно подстриженным садом, где среди зелени белели мраморные скамейки. Оно больше напоминало богатый курортный пансион, чем лечебное заведение.

Едва мы переступили порог, навстречу нам поспешила молодая женщина в белой накидке поверх темного строгого платья. Ее движения были плавным, а на лице с высокими скулами и спокойными серыми глазами лежало выражение доброжелательной собранности.

— Мистер Демси, миссис Демси, — она поздоровалась первой, — Добро пожаловать в «Приют Грача». Меня зовут Элоди, я помощница доктора. Мы ожидали вас. Доктор Грач скоро освободится и позовет вас. А пока он попросил меня устроить вас и показать все, что необходимо.

— Благодарим, Элоди, — ответил за нас обоих Фредерик, — Да, нам не помешает привести себя в порядок после долгой дороги.

— Конечно. Пожалуйста, пройдемте за мной, — она сделала легкий жест рукой, — Коляска для вашей супруги уже ожидает в вашей комнате.

Ее взгляд скользнул по мне, задержавшись на мгновение, но в нем не было ни жалости, ни любопытства — лишь профессиональная, оценивающая внимательность.

— Это главный зал. Слева — столовая, где сервируют завтрак, обед и ужин для всех пациентов. Справа — кабинеты и процедурные. Ваши апартаменты находятся на третьем этаже.

Мне показалось, что как-то не совсем удобно размещать пациентов на верхнем этаже. Но мое недоумение рассеялось, как только мы подошли к двери, отъезжающей вбок, за которой находился специальный подъемник. Как раз о подобном я как-то слышала, теперь же впервые увидела его в реальности.

— Это называется лифт, — пояснила Элоди, — Вы можете смело им самостоятельно пользоваться. Это совершенно безопасно. Вот этот нижний рычаг ведет на второй этаж, а верхний — на третий.

Виктория, притихшая и впечатленная, молча следовала за нами, ее глаза по-настоящему детским любопытством разглядывали механизмы и незнакомую обстановку.

— Мы, признаться, не знали, что вы прибудете с ребенком, — Элоди бросила на Викторию теплый, смягчившийся взгляд, — Но это вполне решаемо. Мы разместим для нее дополнительную кровать прямо в вашей комнате, если вы не против.

— Вот, кстати, и она, — она открыла очередную дверь, впуская нас внутрь светлой просторной комнаты.

— У нас будет одна комната на всех? — тихо спросила я, когда Фредерик осторожно опустил меня на край кровати.

— Ну вы же семейная пара. К сожалению, в настоящий момент больше свободных комнат нет.

— Нет-нет, ничего страшного, — поспешила заверить ее, чувствуя, как по щекам разливается румянец. Просто это оказалось неожиданным для меня.

Я окинула взглядом обстановку: широкая двуспальная кровать у стены, около огромного окна, небольшой шкаф в углу, и изящный письменный столик с двумя стульями.

— Мы уберем этот стол и разместим здесь детскую кроватку, — пообещала Элоди, следуя за моим взглядом, — Это займет не более получаса.

— Благодарим вас за заботу, — сказал Фредерик, его голос прозвучал ровно, но я уловила в нем легкую напряженность, — Скажите, а когда мы сможем встретиться с доктором Грачем?

— Примерно через час, — ответила Элоди, уже направляясь к выходу, — Этого времени, я полагаю, вам как раз хватит, чтобы освежиться и немного отдохнуть с дороги. Если что-то будет нужно, потяните за этот шнур, — она указала на шелковый шнур с кистью у изголовья кровати, — И горничная незамедлительно появится.

Дверь за ней закрылась, и мы остались втроем.

— Ну что, девочки, кто первая в душ? — спросил, усмехаясь Фредерик.

АЛЕКСАНДРА

Доктор Грач оказался молодой мужчина лет тридцати, светловолосый, с умными голубыми глазами за круглыми стеклами очков в тонкой металлической оправе, он выглядел скорее как ученый, а не лекарь.

Его одежда еще больше сбивала с толку: вместо традиционного врачебного сюртука на нем был короткий халат из простой хлопковой ткани, запахнутый на пуговицы, какие я видела разве что на рабочих на фабрике. Он казался собранным, энергичным и… обычным. Я отчего-то ожидала увидеть седовласого старца, умудренного опытом и изучившего тайные древние манускрипты, а не этого молодого человека.

— Рад знакомству, господа.

— Здравствуйте, — тихо прошептала я, в то время как мои глаза лихорадочно скользили по обстановке кабинета. Ужасно волнуюсь. В комнате пахло не травами и припарками, а чем-то свежим, незнакомым.

На полках рядом с глиняными банками и свитками стояли странные стеклянные приборы и инструменты из блестящей стали.

Все эти осмотры неизменно заставляли меня сжиматься внутри и в итоге — огорчаться. Я была уверена, что и этот принесет лишь очередное разочарование. А так не хотелось терять то приподнятое настроение, что подарила дорога и вид моря!

У меня в голове было столько планов: исследовать окрестности, и, конечно же, посетить местный рынок.

Викторию, к нашему общему облегчению, мы оставили с Элоди, которая пообещала показать ей сад.

— Мистер Демси, помогите, пожалуйста, вашей очаровательной супруге переодеться и перебраться на кушетку, — вежливо, но не оставляя пространства для возражений, сказал доктор.

— Переодеться? — спросила я испуганно, — З-зачем?

— Чего вы так испугались, Александра? — доктор Грач поднял на меня удивленный взгляд, — Это стандартная процедура.

— Это обязательно?

— Да, — его ответ прозвучал мягко, но окончательно.

Фредерик подвез мое кресло за высокую деревянную ширму в углу кабинета.

— Мне все это не нравится, — прошептала ему, как только мы оказались в укрытии, — Тут все странное, Фредерик. Вы же видите? Этот халат… эти приборы… Он не похож на доктора!

— Все хорошо, Сандра. Это просто одежда.

Это была не просто одежда, а обычного кроя сорочка с длинными рукавами, едва достававшая до колен. И в не я должна облачиться и показаться перед двумя мужчинами.

— Я не буду это надевать.

— У вас там все в порядке? — раздался из-за ширмы спокойный голос доктора.

— Да, доктор. Мы почти закончили, — ответил за нас Фредерик, и я с изумлением услышала, как в его голосе прозвучала сдержанная усмешка.

— Почему вы смеетесь? — насупилась.

— Давно не видел вас такой вредной, — он неожиданно улыбнулся, — Как тогда, когда спорили со мной по разным пустякам, когда я приходил к Ричарду в гости.

— Я не вредная, просто…

— Давайте я вам помогу, и не будем заставлять доктора ждать дольше, — его тон снова стал серьезным. Он потянулся к застежкам моего платья, но я отшатнулась.

— Я сама!

В конце концов, с помощью Фредерика и ценой немалых усилий, я облачилась в ненавистную сорочку. Он перенес меня на высокую кушетку, застеленную чистой простыней, и я устроилась на ней, чувствуя себя ужасно голой, уязвимой и совершенно подавленной, словно подопытной в каком-то непонятном и пугающем эксперименте.

— Готовы? — спросил доктор Грач, подходя. В его руках был молоточек и какой-то странный предмет с иглой на конце. Тут все было странным!

Он начал использовать тот самый инструмент с иглой — чтобы проверить чувствительность, как он объяснил. Легко покалывал кожу на разных участках ног, рук и даже лица, постоянно спрашивая: «Чувствуете это? А это? Одинаково?» Потом попросил Фредерика помочь ему: доктор поднимал мою ногу, сгибал ее в колене, а я должна была пытаться сопротивляться, напрягать мышцы, даже если ничего не выходит. Это было изматывающе и унизительно.

Затем он взял в руки небольшой молоточек и начал простукивать сухожилия ниже колен и на стопах.